Неточные совпадения
Живя
в таких
местах, где рыбы было мало, а тайга изобиловала зверем, они на охоту обратили все свое внимание.
Надо заметить, что тогда
в Уссурийском крае не было ни одного стекольного завода, и потому
в глухих
местах стекло ценилось особенно высоко.
В одном
месте мы спугнули двух изюбров — самца и самку.
После отдыха отряд наш снова тронулся
в путь. На этот раз мы попали
в бурелом и потому подвигались очень медленно. К 4 часам мы подошли к какой-то вершине. Оставив людей и лошадей на
месте, я сам пошел наверх, чтобы еще раз осмотреться.
К вечеру мы дошли до того
места, где две речки сливаются вместе, откуда, собственно, и начинается Лефу [Ле-фу-хэ — река счастливой охоты.]. Здесь она шириной 6–8 м и имеет быстроту течения 120–140 м
в минуту. Глубина реки неравномерная и колеблется от 30 до 60 см.
От
места нашего ночлега долина стала понемногу поворачивать на запад. Левые склоны ее были крутые, правые — пологие. С каждым километром тропа становилась шире и лучше.
В одном
месте лежало срубленное топором дерево. Дерсу подошел, осмотрел его и сказал...
Кругом вся земля была изрыта. Дерсу часто останавливался и разбирал следы. По ним он угадывал возраст животных, пол их, видел следы хромого кабана, нашел
место, где два кабана дрались и один гонял другого. С его слов все это я представил себе ясно. Мне казалось странным, как это раньше я не замечал следов, а если видел их, то, кроме направления,
в котором уходили животные, они мне ничего не говорили.
Истоки каждой из них состоят из нескольких горных ручьев, сливающихся
в одно
место.
В этих
местах Лефу принимает
в себя 4 притока: Малую Лефу и Пичинзу — с левой стороны и Ивановку и Лубянку — с правой.
От описанного села Казакевичево [Село Казакевичево основано
в 1872 году.] по долине реки Лефу есть 2 дороги. Одна из них, кружная, идет на село Ивановское, другая, малохоженая и
местами болотистая, идет по левому берегу реки. Мы выбрали последнюю. Чем дальше, тем долина все более и более принимала характер луговой.
По всем признакам видно было, что горы кончаются. Они отодвинулись куда-то
в сторону, и на
место их выступили широкие и пологие увалы, покрытые кустарниковой порослью. Дуб и липа дровяного характера с отмерзшими вершинами растут здесь кое-где группами и
в одиночку. Около самой реки — частые насаждения ивы, ольхи и черемухи. Наша тропа стала принимать влево,
в горы, и увела нас от реки километра на четыре.
Подгоняемая шестами, лодка наша хорошо шла по течению. Через 5 км мы достигли железнодорожного моста и остановились на отдых. Дерсу рассказал, что
в этих
местах он бывал еще мальчиком с отцом, они приходили сюда на охоту за козами. Про железную дорогу он слышал от китайцев, но никогда ее раньше не видел.
Ярко блестевшие на солнце
в разных
местах лужи свидетельствовали о том, что долина Лефу
в дождливый период года легко затопляется водой.
В этих
местах так же легко заблудиться, как и
в лесу.
В нижнем течении Лефу принимает
в себя с правой стороны два небольших притока: Монастырку и Черниговку. Множество проток и длинных слепых рукавов идет перпендикулярно к реке, наискось и параллельно ей и образует весьма сложную водную систему. На 8 км ниже Монастырки горы подходят к Лефу и оканчиваются здесь безымянной сопкой
в 290 м высоты. У подножия ее расположилась деревня Халкидон. Это было последнее
в здешних
местах селение. Дальше к северу до самого озера Ханка жилых
мест не было.
Глубина Лефу
в этих
местах весьма неровная.
То лодка наша натыкалась на мели, то проходила по глубоким
местам, так что без малого весь шест погружался
в воду.
Заметив лодку, выпь забилась
в траву, вытянула шею и, подняв голову кверху, замерла на
месте.
Через час я вернулся к своим. Марченко уже согрел чай и ожидал моего возвращения. Утолив жажду, мы сели
в лодку и поплыли дальше. Желая пополнить свой дневник, я спросил Дерсу, следы каких животных он видел
в долине Лефу с тех пор, как мы вышли из гор и начались болота. Он отвечал, что
в этих
местах держатся козули, енотовидные собаки, барсуки, волки, лисицы, зайцы, хорьки, выдры, водяные крысы, мыши и землеройки.
В одном
месте мы заблудились и попали
в какой-то тупик.
В одном
месте было много плавникового леса, принесенного сюда во время наводнений. На Лефу этим пренебрегать нельзя, иначе рискуешь заночевать без дров. Через несколько минут стрелки разгружали лодку, а Дерсу раскладывал огонь и ставил палатку.
Увидев нас, гуси сразу взмывали кверху, но, обойдя опасное
место, опять выстраивались
в прежний порядок и снова спускались к земле.
В одном
месте мы нашли сухую полоску земли.
В некоторых
местах Дерсу не велел резать траву.
Теперь я понял, почему Дерсу
в некоторых
местах не велел резать траву. Он скрутил ее и при помощи ремней и веревок перетянул поверх шалаша, чтобы его не разметало ветром. Первое, что я сделал, — поблагодарил Дерсу за спасение.
В сумерки мы дошли до Черниговки и присоединились к отряду. Вечером
в тот же день я выехал во Владивосток, к
месту своей постоянной службы.
В то время все сведения о центральной части Сихотэ-Алиня были крайне скудны и не заходили за пределы случайных рекогносцировок. Что же касается побережья моря к северу от залива Ольги, то о нем имелись лишь отрывочные сведения от морских офицеров, посещавших эти
места для промеров бухт и заливов.
Надо помнить, что раз упущено на
месте сборов, того уже нельзя будет исправить
в дороге.
Вьюками были брезентовые мешки и походные ящики, обитые кожей и окрашенные масляной краской. Такие ящики удобно переносимы на конских вьюках, помещаются хорошо
в лодках и на нартах. Они служили нам и для сидений и столами. Если не мешать имущество
в ящиках и не перекладывать его с одного
места на другое, то очень скоро запоминаешь, где что лежит, и
в случае нужды расседлываешь ту лошадь, которая несет искомый груз.
Там, где поблизости жили люди, ящики оставили близ их жилья, там же, где берег был пустынный, их просто сложили
в кучу и прикрыли брезентом, обозначив
место вехой.
Правда, оно занимало много
места и это не спасало его от плесени, но все же его можно было употреблять
в пищу.
В этом
месте течение реки Уссури чрезвычайно извилистое.
Благодаря крутому падению тальвега [Самые низкие
места, по которым сбегает вода.] вода
в реке движется быстро, смывает все, что попадается ей на пути, и выпрямляет течение.
При этих условиях немного нужно, чтобы заставить реку изменить направление, например случайное скопление
в одном
месте глины или гальки, тогда как рядом находятся рыхлые пески.
Если окрестности были интересны, мы останавливались
в этом
месте на двое суток, а то и более.
Вечером приходили крестьяне-старожилы. Они рассказывали о своей жизни
в этих
местах, говорили о дороге и давали советы.
Выбрав
место, где не было бурелома, казак сквозь кусты пробрался к реке, остановился
в виду у плывущей лошади и начал ее окликать; но шум реки заглушал его голос.
С интересом мы наблюдали эту борьбу. Кто кого одолеет? Удастся ли муравьям проникнуть
в улей? Кто первый уступит? Быть может, с заходом солнца враги разойдутся по своим
местам для того, чтобы утром начать борьбу снова; быть может, эта осада пчелиного улья длится уже не первый день.
Когда идешь
в дальнюю дорогу, то уже не разбираешь погоды. Сегодня вымокнешь, завтра высохнешь, потом опять вымокнешь и т.д.
В самом деле, если все дождливые дни сидеть на
месте, то, пожалуй, недалеко уйдешь за лето. Мы решили попытать счастья и хорошо сделали. Часам к 10 утра стало видно, что погода разгуливается. Действительно,
в течение дня она сменялась несколько раз: то светило солнце, то шел дождь. Подсохшая было дорога размокла, и опять появились лужи.
На другой день мы встали рано и рано выступили
в дорогу. Фанзы, которые вчера мы видели с перевала, оказались гольдскими. Местность эта называется Чжумтайза [Чжун-тай-цзы — горный ручей.], что по-китайски означает — Горный ручей. Живущие здесь гольды принадлежали к роду Юкомика, ныне почти совершенно уничтоженному оспенными эпидемиями. Стойбища их были на Амуре, на том
месте, где теперь стоит Хабаровск.
Покончив с осмотром фанз, отряд наш пошел дальше. Тропа стала прижиматься к горам. Это будет как раз
в том
месте, где Улахе начинает менять свое широтное направление на северо-западное. Здесь она шириной около 170 м и
в среднем имеет скорость течения около 5 км/ч.
Иногда среди темного леса вдруг появляется просвет. Неопытный путник стремится туда и попадает
в бурелом. Просвет
в лесу
в большинстве случаев означает болото или
место пожарища, ветролома. Не всегда бурелом можно обойти стороной.
Путевые записки необходимо делать безотлагательно на
месте наблюдения. Если этого не сделать, то новые картины, новые впечатления заслоняют старые образы, и виденное забывается. Эти путевые заметки можно делать на краях планшета или
в особой записной книжке, которая всегда должна быть под рукой. Вечером сокращенные записки подробно заносятся
в дневники. Этого тоже никогда не следует откладывать на завтра. Завтра будет своя работа.
Надо было дать вздохнуть лошадям. Их расседлали и пустили на подножный корм. Казаки принялись варить чай, а Паначев и Гранатман полезли на соседнюю сопку. Через полчаса они возвратились. Гранатман сообщил, что, кроме гор, покрытых лесом, он ничего не видел. Паначев имел смущенный вид, и хотя уверял нас, что
место это ему знакомо, но
в голосе его звучало сомнение.
Часов
в 8 вечера на западе начала сверкать молния, и послышался отдаленный гром. Небо при этом освещении казалось иллюминованным. Ясно и отчетливо было видно каждое отдельное облачко. Иногда молнии вспыхивали
в одном
месте, и мгновенно получались электрические разряды где-нибудь
в другой стороне. Потом все опять погружалось
в глубокий мрак. Стрелки начали было ставить палатки и прикрывать брезентами седла, но тревога оказалась напрасной. Гроза прошла стороной. Вечером зарницы долго еще играли на горизонте.
В другом
месте,
в старой болотистой протоке, я вспугнул северную плиску — маленькую серо-зеленую птичку с желтым брюшком и желтой шеей.
Все тело их было покрыто каплями крови —
в особенности круп, губы, шея и холка, то есть такие
места, которые лошадь не может достать ни хвостом, ни зубами.
6 июня мы распрощались с Кокшаровкой. Наши лошади отдохнули и теперь шли гораздо бодрее, несмотря на то что слепней и мошек было так же много, как и вчера. Особенно трудно было идти задним. Главная масса мошкары держится
в хвосте отряда.
В таких случаях рекомендуется по очереди менять
местами людей и лошадей.
От деревни Кокшаровки дорога идет правым берегом Улахе, и только
в одном
месте, где река подмывает утесы, она удаляется
в горы, но вскоре опять выходит
в долину. Река Фудзин имеет направление течения широтное, но
в низовьях постепенно заворачивает к северу и сливается с Улахе на 2 км ниже левого края своей долины.
К полудню отряд наш дошел до того
места, где долина делает крутой поворот на север. Пройдя
в этом направлении 3 км, она снова поворачивает к востоку.