Неточные совпадения
Наши
сборы в экспедицию начались
в половине марта и длились около двух месяцев. Мне предоставлено
было право выбора стрелков из всех частей округа, кроме войск инженерных и крепостной артиллерии. Благодаря этому
в экспедиционный отряд попали лучшие люди, преимущественно сибиряки Тобольской и Енисейской губерний. Правда, это
был народ немного угрюмый и малообщительный, но зато с детства привыкший переносить всякие невзгоды.
Надо помнить, что раз упущено на месте
сборов, того уже нельзя
будет исправить
в дороге.
Работа между участниками экспедиции распределялась следующим образом. На Г.И. Гранатмана
было возложено заведование хозяйством и фуражное довольствие лошадей. А.И. Мерзлякову давались отдельные поручения
в сторону от главного пути. Этнографические исследования и маршрутные съемки я взял на себя, а Н.А. Пальчевский направился прямо
в залив Ольги, где
в ожидании отряда решил заняться
сбором растений, а затем уже присоединиться к экспедиции и следовать с ней дальше по побережью моря.
В день выступления, 19 мая, мы все встали рано, но выступили поздно. Это вполне естественно. Первые
сборы всегда затягиваются. Дальше
в пути все привыкают к известному порядку, каждый знает своего коня, свой вьюк, какие у него должны
быть вещи, что сперва надо укладывать, что после, какие предметы бывают нужны
в дороге и какие на биваке.
1 июля прошло
в сборах. Лошадей я оставил дома на отдыхе, из людей взял с собою только Загурского и Туртыгина. Вещи свои мы должны
были нести на себе
в котомках.
Пока я
был на реке Арзамасовке, из Владивостока прибыли давно жданные грузы. Это
было как раз кстати. Окрестности залива Ольги уже
были осмотрены, и надо
было двигаться дальше. 24 и 25 июля прошли
в сборах. За это время лошади отдохнули и оправились. Конское снаряжение и одежда людей
были в порядке, запасы продовольствия пополнены.
26-го августа мы отдыхали, 27-е посвятили
сборам, а 28-го вновь выступили
в поход. Я с Дерсу и с четырьмя казаками пошел вверх по реке Тютихе, Гранатман отправился на реку Иодзыхе, а Мерзлякову
было поручено произвести обследование побережья моря до залива Джигит.
Сборы наши
были недолги. Через 20 минут мы с котомками за плечами уже лезли
в гору.
С правой стороны
в том же последовательном порядке
будут: Вагунбе (40 км) с притоком Тайнгоу [Дя-янь-гоу — долина, засеянная маком для
сбора опия.] (6 км) и Цуцувайза (15 км).
Забрав свой трофей, я возвратился на бивак. Та м все уже
были в сборе, палатки поставлены, горели костры, варился ужин. Вскоре возвратился и Дерсу. Он сообщил, что видел несколько свежих тигриных следов и одни из них недалеко от нашего бивака.
Все гости
были в сборе, когда взошел, холодно кланяясь, человек, которого оригинальная наружность, красивая и самобытно резкая, должна была каждого остановить на себе.
Накануне введеньева дня наш околоток почти поголовно (очень часто больше пятидесяти человек)
был в сборе у всенощной в церкви села Лыкова, где назавтра предстоял престольный праздник и церковным старостой состоял владелец села, полковник суворовских времен, Фома Алексеич Гуслицын.
Неточные совпадения
Бурсаки вдруг преобразились: на них явились, вместо прежних запачканных сапогов, сафьянные красные, с серебряными подковами; шаровары шириною
в Черное море, с тысячью складок и со
сборами, перетянулись золотым очкуром; [Очкур — шнурок, которым затягивали шаровары.] к очкуру прицеплены
были длинные ремешки, с кистями и прочими побрякушками, для трубки.
Мы спросили Абелло и Кармена: он сказал, что они уже должны
быть на службе,
в администрации
сборов, и послал за ними тагала, а нас попросил войти вверх,
в комнаты, и подождать минуту.
Город посредством водопроводов снабжается отличной водой из горных ключей. За это платится жителями известная подать, как, впрочем, за все удобства жизни. Англичане ввели свою систему
сборов, о чем также
будет сказано
в своем месте.
Японская экспедиция
была тут почти вся
в сборе,
в лице главных ее представителей, кроме бывшего командира «Паллады» (теперь вице-адмирала и сенатора И. С. Унковского), и я
в этом, знакомом мне, кругу стал как будто опять плавателем и секретарем адмирала.
Было это уже очень давно, лет пред тем уже сорок, когда старец Зосима впервые начал иноческий подвиг свой
в одном бедном, малоизвестном костромском монастыре и когда вскоре после того пошел сопутствовать отцу Анфиму
в странствиях его для
сбора пожертвований на их бедный костромской монастырек.