Неточные совпадения
В то
время постоянного пароходного сообщения по побережью Японского моря не существовало. Переселенческое управление первый раз, в виде
опыта, зафрахтовало пароход «Эльдорадо», который ходил только до залива Джигит. Определенных рейсов еще не было, и сама администрация не знала, когда вернется пароход и когда он снова отправится в плавание.
Видя, что золото не так-то легко найти и что для этого нужны
опыт,
время и деньги, они решили поселиться тут же, где-нибудь поблизости.
Пробираться сквозь заросли горелого леса всегда трудно. Оголенные от коры стволы деревьев с заостренными сучками в беспорядке лежат на земле. В густой траве их не видно, и потому часто спотыкаешься и падаешь. Обыкновенно после однодневного пути по такому горелому колоднику ноги у лошадей изранены, у людей одежда изорвана, а лица и руки исцарапаны в кровь. Зная по
опыту, что гарь выгоднее обойти стороной, хотя бы и с затратой
времени, мы спустились к ручью и пошли по гальке.
Пока делались нарты и лыжи, я экскурсировал по окрестностям, но большую часть
времени проводил дома. Надо было все проверить, предусмотреть. Из личного
опыта я знал, что нельзя игнорировать многовековой
опыт туземцев. Впоследствии я имел много случаев благодарить удэгейцев за то, что слушался их советов и делал так, как они говорили.
Потом вышла замуж за некоего Попова, кажется, инженера, поселилась с ним на Ижевских заводах и двадцати девяти лет погибла от взрыва фосфористого водорода во
время опытов, которые делала в своей лаборатории.
Самородок, который продолжал брать аккорды во
время опытов над раком, придерживаясь минорных тонов, потому нельзя ведь знать, как что действует, — самородок сыграл свой неизменный вальс и, разумеется, удостоился самого лестного одобрения.
Неточные совпадения
— Илья Петрович! — начал было письмоводитель заботливо, но остановился выждать
время, потому что вскипевшего поручика нельзя было удержать иначе, как за руки, что он знал по собственному
опыту.
Сечь не любила затруднять себя военными упражнениями и терять
время; юношество воспитывалось и образовывалось в ней одним
опытом, в самом пылу битв, которые оттого были почти беспрерывны.
Эта уверенность, вызывая в нем чувство гордости, в то же
время и все более ощутимо тревожила: нужно иметь это «главное», а оно все еще не слагалось из его пестрого
опыта.
«У него тоже были свои мысли, — подумал Самгин, вздохнув. — Да, “познание — третий инстинкт”. Оказалось, что эта мысль приводит к богу… Убого. Убожество. “Утверждение земного реального
опыта как истины требует служения этой истине или противодействия ей, а она, чрез некоторое
время, объявляет себя ложью. И так, бесплодно, трудится, кружится разум, доколе не восчувствует, что в центре круга — тайна, именуемая бог”».
Опыты мои, для тогдашнего
времени, были изрядны, и Александр Петрович Сумароков, несколько лет после, очень их похвалял.