Неточные совпадения
Вдруг несколько в стороне
на воде появились круги, и вслед за тем над
поверхностью ее
показалась большая голова какого-то страшилища буро-серого цвета, с маленькими ушами, черным носом и щетинистыми усами; голова была больше человеческой раза в четыре.
Морской берег ночью! Темные силуэты скал слабо проектируются
на фоне звездного неба. Прибрежные утесы, деревья
на них, большие камни около самой воды — все приняло одну неопределенную темную окраску. Вода черная, как смоль,
кажется глубокой бездной. Горизонт исчез — в нескольких шагах от лодки море сливается с небом. Звезды разом отражаются в воде, колеблются, уходят вглубь и как будто снова всплывают
на поверхность. В воздухе вспыхивают едва уловимые зарницы. При такой обстановке все
кажется таинственным.
Заря занималась во мгле. Ночью был крепкий мороз.
На поверхности земли все заиндевело. Вода, скопившаяся в трещинах между камней, промерзла насквозь. Берег моря, заваленный камнями,
показался еще более пустынным.
Приближались сумерки,
на западе пылала вечерняя заря. К югу от реки Ниме огромною массою поднимался из воды высокий мыс Туманный. Вся природа безмолвствовала. Муаровая
поверхность моря, испещренная матовыми и гладкими полосами,
казалась совершенно спокойной, и только слабые всплески у берега говорили о том, что оно дышит.
Если вода по трещинам горной породы выходит
на дневную
поверхность высоко над рекой, то, стекая вниз по береговым обрывам, она намерзает в виде очень красивых ледяных каскадов, которые все увеличиваются в размерах, и
кажется, будто здесь, действительно, был водопад, но замерз.
Неточные совпадения
Собакевич слушал все по-прежнему, нагнувши голову, и хоть бы что-нибудь похожее
на выражение
показалось на лице его.
Казалось, в этом теле совсем не было души, или она у него была, но вовсе не там, где следует, а, как у бессмертного кощея, где-то за горами и закрыта такою толстою скорлупою, что все, что ни ворочалось
на дне ее, не производило решительно никакого потрясения
на поверхности.
И горизонт уж не
казался нам дальним и безбрежным, как, бывало,
на различных океанах, хотя дугообразная
поверхность земли и здесь закрывала даль и, кроме воды и неба, ничего не было видно.
Если смотреть
на долину со стороны моря, то она
кажется очень короткой. Когда-то это был глубокий морской залив, и устье Аохобе находилось там, где суживается долина. Шаг за шагом отходило море и уступало место суше. Но самое интересное в долине — это сама река. В 5 км от моря она иссякает и течет под камнями. Только во время дождей вода выступает
на дневную
поверхность и тогда идет очень стремительно.
Когда я возвращался назад, уже смеркалось. Вода в реке
казалась черной, и
на спокойной
поверхности ее отражались пламя костра и мигающие
на небе звезды. Около огня сидели стрелки: один что-то рассказывал, другие смеялись.
Мне всегда
казались мало значительными и не очень важными сами по себе события
на поверхности истории, я вижу в них лишь знаки иного.