Неточные совпадения
На другой день я встал чуть свет. Майданов лежал
на кровати одетый и мирно спал. Потом я узнал, что ночью он дважды подымался к фонарю, ходил к сирене, был
на берегу и долго смотрел в море. Под утро он заснул. В это время в «каюту» вошел
матрос. Я хотел было сказать ему, чтобы он не будил смотрителя, но тот предупредил меня и громко доложил...
Отправляющиеся
на берег матросы выстроились. Вышел капитан и, ставши перед фронтом, произнес маленькое напутствие. Он объяснил, как вредно в жарком климате напиваться без меры и как легко от этого серьезно заболеть и даже умереть, и просил матросов быть воздержаннее.
Неточные совпадения
Я, как
матрос, рожденный и выросший
на палубе разбойничьего брига: его душа сжилась с бурями и битвами, и, выброшенный
на берег, он скучает и томится, как ни мани его тенистая роща, как ни свети ему мирное солнце; он ходит себе целый день по прибрежному песку, прислушивается к однообразному ропоту набегающих волн и всматривается в туманную даль: не мелькнет ли там
на бледной черте, отделяющей синюю пучину от серых тучек, желанный парус, сначала подобный крылу морской чайки, но мало-помалу отделяющийся от пены валунов и ровным бегом приближающийся к пустынной пристани…
«Это все камелии, — сказал Корсаков, командир шкуны, —
матросы камелиями парятся в бане, устроенной
на берегу».
Около городка Симодо течет довольно быстрая горная речка:
на ней было несколько джонок (мелких японских судов). Джонки вдруг быстро понеслись не по течению, а назад, вверх по речке. Тоже необыкновенное явление: тотчас послали с фрегата шлюпку с офицером узнать, что там делается. Но едва шлюпка подошла к
берегу, как ее водою подняло вверх и выбросило. Офицер и
матросы успели выскочить и оттащили шлюпку дальше от воды. С этого момента начало разыгрываться страшное и грандиозное зрелище.
Я не пошел к ним, а отправился по
берегу моря, по отмели, влез
на холм, пробрался в грот, где расположились бивуаком
матросы с наших судов, потом посетил в лесу нашу идиллию:
матрос Кормчин пас там овец.
«Ночью спокоя не дают, ваше высокоблагородие, — сказал
матрос, ночевавший
на берегу, — забьются под шалаш и кричат изо всей мочи».