Неточные совпадения
На этот раз бивак был устроен неудачно. Резкий, холодный ветер дул с материка и забивал дым в палатку. Я всю ночь не спал и с нетерпением ждал
рассвета. Наконец ночная тьма стала редеть. Я поспешно оделся и
вышел из палатки. От воды в море поднимался пар, словно его подогревали снизу. Кругом было тихо. Занималась кроваво-красная заря.
Этот день прошел как-то скучно: все записи в дневниках были сделаны, съемки вычерчены, птицы и мелкие животные препарированы. Словом, все было в порядке, и надо было заняться сбором новых материалов. Весь день мы провели в фанзе и рано вечером завалились спать. Как-то
вышло так, что я проснулся ночью и больше уже не мог заснуть. Проворочавшись с боку
на бок до самого
рассвета, я решил одеться и пойти
на рекогносцировку в надежде поохотиться за крохалями и кстати посмотреть, как замерзает река.
Однажды,
выйдя на рассвете прогуляться на бак, я увидел, как солдаты, женщины, дети, два китайца и арестанты в кандалах крепко спали, прижавшись друг к другу; их покрывала роса, и было прохладно.
Неточные совпадения
Последние два дня дул крепкий, штормовой ветер; наконец он утих и позволил нам зайти за рифы,
на рейд. Это было сделано с
рассветом; я спал и ничего не видал. Я
вышел на палубу, и берег представился мне вдруг, как уже оконченная, полная картина, прихотливо изрезанный красивыми линиями, со всеми своими очаровательными подробностями, в красках, в блеске.
Ночью, перед
рассветом, меня разбудил караульный и доложил, что
на небе видна «звезда с хвостом». Спать мне не хотелось, и потому я охотно оделся и
вышел из палатки. Чуть светало. Ночной туман исчез, и только
на вершине горы Железняк держалось белое облачко. Прилив был в полном разгаре. Вода в море поднялась и затопила значительную часть берега. До восхода солнца было еще далеко, но звезды стали уже меркнуть.
На востоке, низко над горизонтом, была видна комета. Она имела длинный хвост.
По его словам
выходило, что повторное появление тумана с изморосью и гулкое эхо указывали
на то, что дождь отодвигается по крайней мере до
рассвета.
Играли
на гармониках, орали песни вплоть до
рассвета, драк было достаточно; поутру больше половины баб
вышло к деревенскому колодцу с подбитыми глазами, а мужья все до единого лежали похмельные.
Ужас и уныние шли вместе с холерой; вечером и
на рассвете по всем церквам гудел колокольный звон, чтобы во всю ночь между звонами никто не смел
выходить на улицу;
на перекрестках дымились смрадные кучи навоза, покойников возили по ночам арестанты в пропитанных дегтем рубахах, по домам жгли бесщадно все оставшееся после покойников платье, лекаря ходили по домам и все опрыскивали хлором, по народу расходились толки об отравлении колодцев…