«Жизнь Василия Фивейского» (Андреев Л. Н., 1903) по всей классике
И неизвестно откуда — с загадочных ли слов старосты, или из другого источника — по селу, а потом и дальше пошли смутные и тревожные слухи о знаменском попе. Как дымная гарь от далекого лесного пожара, они надвигались медленно и глухо, и никто не замечал их прихода, и, только взглянув друг на друга и на потускневшее солнце, люди понимали, что пришло что-то новое, необычное и тревожное.
И стала крепнуть тревожная, глухая и безликая молва. Она вползала всюду, где только были люди, и оставляла после себя что-то, какой-то осадок страха, надежды и ожидания. Говорили мало, говорили неопределенно, больше качали головами и вздыхали, но уже в соседней губернии, за сотню верст от Знаменского, кто-то серый и молчаливый вдруг громко заговорил о «новой вере» и опять скрылся в молчании. А молва все двигалась — как ветер, как тучи, как дымная гарь далекого лесного пожара.
Те, кто вышли наружу перед концом обедни, заметили, что над лесом, со стороны солнца, поднималась дымная синеватая туча, слабо темневшая под солнечными лучами, — и радостно перекрестились.
Каждый день над рабочей слободкой, в дымном, масляном воздухе, дрожал и ревел фабричный гудок, и, послушные зову, из маленьких серых домов выбегали на улицу, точно испуганные тараканы, угрюмые люди, не успевшие освежить сном свои мускулы.
Раз она оглянулась, и лесная громада с ее пестротой, переходящей от дымных столбов света в листве к темным расселинам дремучего сумрака, глубоко поразила девочку.
Ночь тяжело и сыро пахнула мне в разгоряченное лицо; казалось, готовилась гроза; черные тучи росли и ползли по небу, видимо меняя свои дымные очертания. Ветерок беспокойно содрогался в темных деревьях, и где-то далеко за небосклоном, словно про себя, ворчал гром сердито и глухо.
Плоские и остроконечные вершины курились – по их бокам тянулись струйки дымных облаков, а поверх громоздились чёрные тучи – едва заметными крапинами за ними робко проблёскивали звёзды.
Сдвоенный взрыв ударил над головой, тугой шар огня на долю секунд озарил окрестности, затем вдруг наступила оглушающая тишина, лишь падали, оставляя дымные шлейфы, фрагменты уничтоженных машин.
Плоские и остроконечные вершины курились – по их бокам тянулись струйки дымных облаков, а поверх громоздились чёрные тучи – едва заметными крапинами за ними робко проблёскивали звёзды.
Оружие в этом мире пока дульнозарядное, да и дымный порох обычное дело.
Сдвоенный взрыв ударил над головой, тугой шар огня на долю секунд озарил окрестности, затем вдруг наступила оглушающая тишина, лишь падали, оставляя дымные шлейфы, фрагменты уничтоженных машин.