Эта бабочка средней величины, крылушки у ней по краям вырезаны уголками или городками; цветом желтовато-красная, с черными клетками и пятнушками, на нижних крыльях, по темному полю,
с испода, очень ярко означена белым цветом буква С, и возле нее белая же точка.
У нее была совершенно совиная головка, тело красно-желтое, а крылья белые, как снег, с верхней стороны, а
с испода темнобурые; вдобавок она была так свежа, как будто сейчас вывелась.
Неточные совпадения
Тогда как Антиопа, несмотря на скромные свои краски, уже по величине своей принадлежит к числу замечательных русских бабочек; темнокофейные, блестящие, лаковые ее крылья, по изобилию цветной пыли, кажутся бархатными, а к самому брюшку или туловищу покрыты как будто мохом или тоненькими волосками рыжеватого цвета; края крыльев, и верхнего и нижнего, оторочены бледножелтою, палевою, довольно широкою зубчатою каемкою, вырезанною фестончиками; такого же цвета две коротеньких полоски находятся на верхнем крае верхних крыльев, а вдоль палевой каймы, по обоим крыльям, размещены яркие синие пятнушки; глаза Антиопы и булавообразные усы, сравнительно
с другими бабочками, очень велики; все тело покрыто темным пухом;
испод крыльев не замечателен: по темному основанию он исчерчен белыми тонкими жилочками.
Денные: Капустная бабочка (Brassicae), [Эти бабочки теперь не попадаются в Казани.]
с черными кончиками и такими же двумя черными пятнушками;
испод крыльев желтоватый; ее не надобно смешивать
с обыкновенной капустной бабочкой, которая имеет несколько видов.
Крылья у ней кругловатые, желто-бурые,
с черными пятнушками, правильно расположенными, как будто в графах;
испод же крыльев, по Блуменбаху, «имеет на каждой стороне по 21 пятну серебряному», но в действительности цвет их похож не на серебро, а на перламутр.
Но самыми красивыми бабочками можно было назвать, во-первых, бабочку Ирису; крылья у ней несколько зубчатые, блестящего темнобурого цвета,
с ярким синим яхонтовым отливом; верхние до половины перерезаны белою повязкою, а на нижних у верхнего края находится по белому очку; особенно замечательно, что
испод ее крыльев есть совершенный отпечаток лицевой стороны, только несколько бледнее.
Испод крыльев просто серый,
с белыми жилками, но глазки обозначались и там очень красиво, хотя не так ярко,
с примесью бледнопунцового цвета, которого на верхней стороне совсем не видно.
Однако сестрица от койки не отходит, вертится. Очень ей по ученой части интересно, как так солдат то гладкий был, то вдруг рубец у него наливным алым перцем
с исподу опять засиял. Как, мол, такое, Лушников, могло произойти?
Капнул солдат на мизинный палец
с исподу, сразу он порозовел, будто бутон с яблони райской, — теплотой наливается… С полпятки выправил, — сердце стучит, нет мочи.
Неточные совпадения
— Говорится: господа мужику чужие люди. И это — неверно. Мы — тех же господ, только — самый
испод; конешно, барин учится по книжкам, а я — по шишкам, да у барина более задница — тут и вся разница. Не-ет, парни, пора миру жить по-новому, сочинения-то надобно бросить, оставить? Пускай каждый спросит себя: я — кто? Человек. А он кто? Опять человек. Что же теперь: али бог
с него на семишник лишнего требует? Не-ет, в податях мы оба пред богом равны…
Бернгард не успел выразить в свою очередь надежду, как в комнату быстро вошел Гритлих в венгерском коротком костюме, обшитом шнурами. На ногах его были надеты зеленые сафьяновые полусапожки
с красными отворотами и серебряными нашивками, на боку мотался охотничий ножик, на черенке которого была золотая насечка, в одной руке его была короткая нагайка, а в другой шапка
с куньей оторочкой и мерлушьим
исподом.
Бернгард не успел выразить в свою очередь надежду, как в комнату быстро вошел Гритлих в венгерском коротком костюме, обшитом шнурами. На ногах его были зеленые сафьяновые полусапожки
с красными отворотами и серебряными нашивками, на боку мотался охотничий ножик, на черенке которого была золотая насечка, в одной руке его была короткая нагайка, а в другой шапка
с куньей оторочкой и мерлушьим
исподом.
Харч был готовый — на помойке, за банькой, завсегда либо мозговую кость, либо пирога
испод подгорелый добудет. Дворовый барбос до этих лакомств не достигал, потому домовой еще
с вечера помойку обшаривал, пока собачку
с цепи не спущали.