Неточные совпадения
Говоря о болотной дичи, я часто буду упоминать о
месте ее жительства, то есть о болотах. Я стану придавать им разные названия: чистых, сухих,
мокрых и проч., но людям, не знакомым с ними в действительности, такие эпитеты не объяснят дела, и потому я хочу поговорить предварительно о качествах болот, весьма разнообразных.
Болота бывают чистые луговые. Этим именем называются все влажные, потные
места, не кочковатые, а поросшие чемерицей и небольшими редкими кустами,
мокрые только весной и осенью или во время продолжительного ненастья. Покрытые сочною и густою травою, они представляют изобильные сенокосы и вообще называются лугами; они составляют иногда, так сказать, окрестность, опушку настоящих
мокрых болот и почти всегда сопровождают течение рек по черноземной почве, особенно по низменным
местам, заливаемым полою водою.
Хотя камыш и тростник растут иногда в обыкновенных
мокрых болотах и даже в топких, на
местах, которые потверже, как я уже говорил, но есть собственно камышистые, или тростниковые, болота, принадлежащие только по почве к роду болот
мокрых.
Они появляются на
местах не столько
мокрых и голых, как бекасы, а непременно в кочковатых, не топких болотах, также на размокших луговинах, на залежах, поросших высоким бастыльником или полынью, и даже на загонах с высокою прошлогоднею жнивою.
По прошествии времени весенних высыпок, на которых смешиваются все эти три лучшие породы дичи (дупель, бекас и гаршнеп), о превосходстве которых я уже довольно говорил, дупели занимают обыкновенные свои болота с кочками, кустиками, а иногда большими кустами не
мокрые, а только потные — и начинают слетаться по вечерам на тока, где и остаются во всю ночь, так что рано поутру всегда их найти еще в сборище на избранных ими
местах.
Первые запружаются на реках, речках и ручьях, а вторые выкапываются предпочтительно на
местах мокрых и низменных.
Селезень присядет возле нее и заснет в самом деле, а утка, наблюдающая его из-под крыла недремлющим глазом, сейчас спрячется в траву, осоку или камыш; отползет, смотря по местности, несколько десятков сажен, иногда гораздо более, поднимется невысоко и, облетев стороною, опустится на землю и подползет к своему уже готовому гнезду, свитому из сухой травы в каком-нибудь крепком, но не
мокром, болотистом
месте, поросшем кустами; утка устелет дно гнезда собственными перышками и пухом, снесет первое яйцо, бережно его прикроет тою же травою и перьями, отползет на некоторое расстояние в другом направлении, поднимется и, сделав круг, залетит с противоположной стороны к тому
месту, где скрылась; опять садится на землю и подкрадывается к ожидающему ее селезню.
Мокрые долочки, перелески и опушки лесов с нерастаявшим снегом, дороги, в колеях которых долго держится сырость, наконец речки — останавливают и прекращают огонь, если нет поблизости сухих
мест, куда бы мог он перебраться и даже перескочить.
Кроме превосходства в величине, кроншнеп первого разряда темно-коричневее пером и голос имеет короткий и хриплый; он выводит иногда детей в сухих болотах и в опушках
мокрых, поросших большими кочками, мохом, кустами и лесом, лежащих в соседстве полей или степных
мест; изредка присоединяется к нему кроншнеп средний, но никогда малый, который всегда живет в степях и который пером гораздо светлее и крапинки на нем мельче; голос его гораздо чище и пронзительнее, чем у среднего кроншнепа, крик которого несколько гуще и не так протяжен.
— Самое выгодное время стрелять озимых кур — дождливые, ненастные дни, тогда они гораздо смирнее: мало вьются вверху, менее бегают по
мокрой пашне и даже иногда сидят на одном
месте, собравшись в кучу.
Судя по времени начала их крика, подумать, что коростели появляются очень поздно, но это будет заключение ошибочное: коростели прилетают едва ли позднее дупельшнепов, только не выбегают на открытые
места, потому что еще нет на них травы, а прячутся в чаще кустов, в самых корнях, в густых уремах, иногда очень
мокрых, куда в это время года незачем лазить охотнику.
При тихой погоде, особенно при мелком дожде, только в полдень слетают тетеревиные стаи на землю, на поляны и чистые
места, где бы не беспокоили их дождевые капли, падающие беспрестанно с
мокрых древесных ветвей.
Осень стояла долгая, сначала очень ясная и холодная, а потом теплая и
мокрая; все вальдшнепы, без исключения, свалились в мелкие кусты, растущие по сырым и потным
местам, держались там до 8 ноября и разжирели до невероятности!
В это время вальдшнепы очень смирны, сидят крепко, подпускают охотника близко и долго выдерживают стойку собаки: очевидно, что тут бить их весьма нетрудно, особенно потому, что вальдшнепы в
мокрую погоду, сами
мокрые от дождя, на открытом
месте летают тихо, как вороны: только очень плохой или слишком горячий охотник станет давать в них промахи. подумать, что такая простая, легкая стрельба не доставит удовольствия настоящему, опытному и, разумеется, искусному стрелку, но такая охота редка, кратковременна, вообще малодобычлива, имеет особенный характер, и притом вальдшнеп такая завидная, дорогая добыча, что никогда не теряет своего высокого достоинства.
Ибо, — и тут он повысил голос до окрика, — ибо, как только увижу, что мой юнкер переваливается, как брюхатая попадья, или ползет, как вошь по
мокрому месту, или смотрит на землю, как разочарованная свинья, или свесит голову набок, подобно этакому увядающему цветку, — буду греть беспощадно: лишние дневальства, без отпуска, арест при исполнении служебных обязанностей.
Неточные совпадения
Вода прибывает, — подумал он, — к утру хлынет, там, где пониже
место, на улицы, зальет подвалы и погреба, всплывут подвальные крысы, и среди дождя и ветра люди начнут, ругаясь,
мокрые, перетаскивать свой сор в верхние этажи…
В десяти шагах от прежнего
места с жирным хорканьем и особенным дупелиным выпуклым звуком крыльев поднялся один дупель. И вслед за выстрелом тяжело шлепнулся белою грудью о
мокрую трясину. Другой не дождался и сзади Левина поднялся без собаки.
— Ну, выдерется как-нибудь!» Зато Петр расчувствовался до того, что плакал у него на плече, пока Базаров не охладил его вопросом: «Не на
мокром ли
месте у него глаза?», а Дуняша принуждена была убежать в рощу, чтобы скрыть свое волнение.
Оформилась она не скоро, в один из ненастных дней не очень ласкового лета. Клим лежал на постели, кутаясь в жидкое одеяло, набросив сверх его пальто. Хлестал по гулким крышам сердитый дождь, гремел гром, сотрясая здание гостиницы, в щели окон свистел и фыркал
мокрый ветер. В трех
местах с потолка на пол равномерно падали тяжелые капли воды, от которой исходил запах клеевой краски и болотной гнили.
Расхаживая по комнате быстро и легко, точно ее ветром носило, она отирала лицо
мокрым полотенцем и все искала чего-то, хватая с туалетного стола гребенки, щетки, тотчас же швыряла их на
место. Облизывала губы, кусала их.