по произведению «Записки ружейного охотника Оренбургской губернии» (Аксаков С. Т., 1852) искать по всей классике
Область поиска
«Записки ружейного охотника Оренбургской губернии» (Аксаков С. Т., 1852) по всей классике
Замечательно, что многие легавые собаки не могут сносить музыки, которая действует болезненно на их нервы: они визжат, воют и даже подвергаются судорогам, если им некуда уйти от раздражительных музыкальных звуков, предпочтительно высоких нот.
Жиру этой перепелки приписывает он странное свойство: производить на несколько часов, или даже на сутки, ломоту и легкие судороги в руках, ногах и во всем теле того человека, который ее усердно покушал.
Изучать искусные маневры и цели Наполеона и его войска, со времени вступления в Москву и до уничтожения этого войска, всё равно, что изучать значение предсмертных прыжков и судорог смертельно раненого животного.
Пантелей и старуха сидели рядом у ног Егорушки и говорили шипящим шепотом, прерывая свою речь вздохами и зевками. А Егорушка никак не мог согреться. На нем лежал теплый, тяжелый тулуп, но все тело тряслось, руки и ноги сводило судорогами, внутренности дрожали… Он разделся под тулупом, но и это не помогло. Озноб становился все сильней и сильней.
Нет, умирает Иисус. И это может быть? Да, Иисус умирает. Бледные руки неподвижны, но по лицу, по груди и ногам пробегают короткие судороги. И это может быть? Да, умирает. Дыхание реже. Остановилось… Нет, еще вздох, еще на земле Иисус. И еще? Нет… Нет… Нет… Иисус умер.
Кровь хлестала из раны багровой струёй, зверь с каждым мигом слабел, он уже не мог подняться, вопль перешёл в мычание, в жалобный стон… по телу прошла судорога – он умер.
СУ́ДОРОГА, -и, ж. Непроизвольное сокращение мыщц (от боли, холода, при некоторых заболеваниях или душевных страданиях); конвульсия. Столбнячные судороги. Биться в судорогах. (Малый академический словарь, МАС)
СУ́ДОРОГА, -и, ж. Непроизвольное сокращение мыщц (от боли, холода, при некоторых заболеваниях или душевных страданиях); конвульсия. Столбнячные судороги. Биться в судорогах.
Стараясь не повредить обожжённую кожу, я разгибал сжавшиеся в предсмертной судороге пальцы матери, которую теперь должен называть своей.
По телу пробежала судорога, а когда взводный застыл, его поза напоминала позу раба, припавшего к ногам своего хозяина.
Кровь хлестала из раны багровой струёй, зверь с каждым мигом слабел, он уже не мог подняться, вопль перешёл в мычание, в жалобный стон… по телу прошла судорога – он умер.