Неточные совпадения
Оно особенно выгодно и приятно потому, что в это время другими способами уженья трудно добывать хорошую рыбу; оно производится следующим образом: в маленькую рыбачью лодку садятся двое; плывя по течению реки, один тихо правит веслом, держа лодку в расстоянии двух-трех сажен от берега, другой беспрестанно закидывает и вынимает наплавную удочку с длинной лесой, насаженную червяком, кобылкой (если они еще не пропали) или мелкой рыбкой; крючок
бросается к берегу,
к траве, под кусты и наклонившиеся деревья, где
вода тиха и засорена падающими сухими листьями:
к ним обыкновенно поднимается всякая рыба, иногда довольно крупная, и хватает насадку на ходу.
Я имел случай много раз наблюдать его в прозрачных
водах: завидя добычу, крупный окунь прямо
бросается к ней, сначала быстро, но чем ближе, тем медленнее; приближаясь, разевает рот и, почти коснувшись губами куска, вдруг останавливается неподвижно и, не делая движения ртом, как будто потянет в себя
воду: крючок с насадкой исчезает, а окунь продолжает плыть как ни в чем не бывало, увлекая за собой и лесу, и наплавок, и даже удилище.
Мальчик, как вспомнил про все, вскрикнул,
бросился к воде, прижал себе к обеим грудкам по кулачку, посмотрел в небеса (видели, видели!) — да бух в воду!
Неточные совпадения
— Батюшка, испейте, — шептал он,
бросаясь к нему с графином, — авось поможет… — Испуг и самое участие Порфирия Петровича были до того натуральны, что Раскольников умолк и с диким любопытством стал его рассматривать.
Воды, впрочем, он не принял.
— Воздуху пропустить, свежего! Да водицы бы вам, голубчик, испить, ведь это припадок-с! — И он
бросился было
к дверям приказать
воды, но тут же в углу, кстати, нашелся графин с
водой.
Катерина Ивановна
бросилась к окну; там, на продавленном стуле, в углу, установлен был большой глиняный таз с
водой, приготовленный для ночного мытья детского и мужниного белья.
— Подрядчика, батюшка. Стали мы ясень рубить, а он стоит да смотрит… Стоял, стоял, да и пойди за
водой к колодцу: слышь, пить захотелось. Как вдруг ясень затрещит да прямо на него. Мы ему кричим: беги, беги, беги… Ему бы в сторону
броситься, а он возьми да прямо и побеги… заробел, знать. Ясень-то его верхними сучьями и накрыл. И отчего так скоро повалился, — Господь его знает… Разве сердцевина гнила была.
Он встал, шагнул
к дивану, вытянув руки вперед, как слепой,
бросился на него, точно в
воду, лег и забормотал: