Неточные совпадения
Солнце
стояло еще очень высоко, «дерева в два», как говорил Евсеич, когда мы с крутой горы увидели Багрово, лежащее в долине между двух больших прудов, до половины заросших камышами, и с одной стороны окруженное
высокими березовыми рощами.
За обедом нас всегда сажали на другом конце стола, прямо против дедушки, всегда на
высоких подушках; иногда он бывал весел и говорил с нами, особенно с сестрицей, которую называл козулькой; а иногда он был такой сердитый, что ни с кем не говорил; бабушка и тетушка также молчали, и мы с сестрицей, соскучившись, начинали перешептываться между собой; но Евсеич, который всегда
стоял за моим стулом, сейчас останавливал меня, шепнув мне на ухо, чтобы я молчал; то же делала нянька Агафья с моей сестрицей.
Тогда я ничего не понимал и только впоследствии почувствовал, каких терзаний
стоила эта твердость материнскому сердцу; но душевная польза своего милого дитяти, может быть, иногда неверно понимаемая, всегда была для нее
выше собственных страданий, в настоящее время очень опасных для ее здоровья.
Сзади мостков
стоял огромнейший дуб в несколько обхватов толщиною; возле него рос некогда другой дуб, от которого остался только довольно
высокий пень, гораздо толще стоявшего дуба; из любопытства мы влезли на этот громадный пень все трое, и, конечно, занимали только маленький краешек.
На гумне
стояло уже несколько новых
высоких ржаных кладей.
Проехать было очень трудно, потому что полая вода хотя и пошла на убыль, но все еще высоко
стояла; они пробрались по плотине в крестьянских телегах и с полверсты ехали полоями; вода хватала
выше колесных ступиц, и мне сказывали провожавшие их верховые, что тетушка Татьяна Степановна боялась и громко кричала, а тетушка Александра Степановна смеялась.
Мы с Евсеичем
стояли на самом
высоком берегу Бугуруслана, откуда далеко было видно и вверх и вниз, и смотрели на эту торопливую и суматошную ловлю рыбы, сопровождаемую криком деревенских баб, мальчишек и девчонок; последние употребляли для ловли рыбы связанные юбки и решета, даже хватали добычу руками, вытаскивая иногда порядочных плотиц и язиков из-под коряг и из рачьих нор, куда во всякое время особенно любят забиваться некрупные налимы, которые также попадались.
Этот необыкновенно умный и талантливый человек
стоял неизмеримо
выше окружающего его общества.
Нетронутая трава
стояла стеной, в пояс вышиною, и крестьяне говорили: «Что за трава! медведь медведем!» [Я никогда не умел удовлетворительно объяснить себе этого выражения, употребляемого также, когда говорилось о густом,
высоком несжатом хлебе: как тут прошел медведь!
Я прокрадывался иногда в его горницу так тихо, что он не слыхал, и подолгу
стоял там, прислонясь к печке: Пантелей Григорьич сидел с ногами на
высокой лежанке, куря коротенькую трубку, которую беспрестанно сам вычищал, набивал, вырубал огня на трут и закуривал.
Походив время немалое, почитай вплоть до вечера, воротилась она во свои палаты
высокие, и видит она: стол накрыт, и на столе яства
стоят сахарные и питья медвяные, и все отменные.
Много ли, мало ли времени она лежала без памяти — не ведаю; только, очнувшись, видит она себя во палате
высокой беломраморной, сидит она на золотом престоле со каменьями драгоценными, и обнимает ее принц молодой, красавец писаный, на голове со короною царскою, в одежде златокованной, перед ним
стоит отец с сестрами, а кругом на коленях
стоит свита великая, все одеты в парчах золотых, серебряных; и возговорит к ней молодой принц, красавец писаный, на голове со короною царскою: «Полюбила ты меня, красавица ненаглядная, в образе чудища безобразного, за мою добрую душу и любовь к тебе; полюби же меня теперь в образе человеческом, будь моей невестою желанною.
В косой вечерней тени кулей, наваленных на платформе, Вронский в своем длинном пальто и надвинутой шляпе, с руками в карманах, ходил, как зверь в клетке, на двадцати шагах быстро поворачиваясь. Сергею Ивановичу, когда он подходил, показалось, что Вронский его видит, но притворяется невидящим. Сергею Ивановичу это было всё равно. Он
стоял выше всяких личных счетов с Вронским.
Неточные совпадения
В столовой уже
стояли два мальчика, сыновья Манилова, которые были в тех летах, когда сажают уже детей за стол, но еще на
высоких стульях. При них
стоял учитель, поклонившийся вежливо и с улыбкою. Хозяйка села за свою суповую чашку; гость был посажен между хозяином и хозяйкою, слуга завязал детям на шею салфетки.
Крепость наша
стояла на
высоком месте, и вид был с вала прекрасный: с одной стороны широкая поляна, изрытая несколькими балками, [овраги.
Тут просто работа, благородная, полезная обществу деятельность, которая
стоит всякой другой и уже гораздо
выше, например, деятельности какого-нибудь Рафаэля или Пушкина, потому что полезнее!
У одного из алтарей, уставленного
высокими подсвечниками и свечами,
стоял на коленях священник и тихо молился.
Сговорившись с тем и другим, задал он всем попойку, и хмельные козаки, в числе нескольких человек, повалили прямо на площадь, где
стояли привязанные к столбу литавры, в которые обыкновенно били сбор на раду. Не нашедши палок, хранившихся всегда у довбиша, они схватили по полену в руки и начали колотить в них. На бой прежде всего прибежал довбиш,
высокий человек с одним только глазом, несмотря, однако ж, на то, страшно заспанным.