И пошла почивать в опочивальню свою молодая дочь купецкая, красавица писаная, и видит: стоит у кровати ее девушка сенная, верная и любимая, и стоит она чуть от страха жива, и обрадовалась она госпоже своей, и целует ей руки белые,
обнимает ее ноги резвые.
Неточные совпадения
Добрый мой отец, обливаясь слезами, всех поднимал и
обнимал, а своей матери, идущей к нему навстречу, сам поклонился в
ноги и потом, целуя ее руки, уверял, что никогда из ее воли не выйдет и что все будет идти по-прежнему.
Потом всех крестьян и крестьянок угощали пивом и вином; все кланялись в
ноги моему отцу, все
обнимали, целовали его и его руку.
Согласны ли вы?» Татьяна Степановна давно разливалась в слезах и несколько раз хотела было броситься
обнимать «матушку сестрицу», а может быть, и поклониться в
ноги, но мать всякий раз останавливала ее рукой.
Помутилися ее очи ясные, подкосилися
ноги резвые, пала она на колени,
обняла руками белыми голову своего господина доброго, голову безобразную и противную, и завопила источным голосом: «Ты встань, пробудись, мой сердечный друг, я люблю тебя как жениха желанного…» И только таковы словеса она вымолвила, как заблестели молоньи со всех сторон, затряслась земля от грома великого, ударила громова стрела каменная в пригорок муравчатый, и упала без памяти молода дочь купецкая, красавица писаная.
Ромашов упал перед ней на траву, почти лег,
обнял ее ноги и стал целовать ее колени долгими, крепкими поцелуями.
«Неужели вы забыли, как я
обнимал ваши ноги и целовал ваши колени там, далеко в прекрасной березовой роще?» Она развернула бумажку, вскользь поглядела на нее и, разорвав на множество самых маленьких кусочков, кинула, не глядя, в камин. Но со следующей почтой он получил письмецо из города Ялты в свой город Кинешму. Быстрым мелким четким почерком в нем были написаны две строки:
Неточные совпадения
Всё лицо ее будет видно, она улыбнется,
обнимет его, он услышит ее запах, почувствует нежность ее руки и заплачет счастливо, как он раз вечером лег ей в
ноги и она щекотала его, а он хохотал и кусал ее белую с кольцами руку.
Он
обнял ноги старика, облил их слезами.
Их дочки Таню
обнимают. // Младые грации Москвы // Сначала молча озирают // Татьяну с
ног до головы; // Ее находят что-то странной, // Провинциальной и жеманной, // И что-то бледной и худой, // А впрочем, очень недурной; // Потом, покорствуя природе, // Дружатся с ней, к себе ведут, // Целуют, нежно руки жмут, // Взбивают кудри ей по моде // И поверяют нараспев // Сердечны тайны, тайны дев.
Желать
обнять у вас колени // И, зарыдав, у ваших
ног // Излить мольбы, признанья, пени, // Всё, всё, что выразить бы мог, // А между тем притворным хладом // Вооружать и речь и взор, // Вести спокойный разговор, // Глядеть на вас веселым взглядом!..
Как это случилось, он и сам не знал, но вдруг что-то как бы подхватило его и как бы бросило к ее
ногам. Он плакал и
обнимал ее колени. В первое мгновение она ужасно испугалась, и все лицо ее помертвело. Она вскочила с места и, задрожав, смотрела на него. Но тотчас же, в тот же миг она все поняла. В глазах ее засветилось бесконечное счастье; она поняла, и для нее уже не было сомнения, что он любит, бесконечно любит ее, и что настала же, наконец, эта минута…