Неточные совпадения
Заметив, что дорога мне как будто полезна, мать
ездила со мной беспрестанно: то в подгородные деревушки своих братьев, то к знакомым помещикам; один раз, не знаю куда, сделали мы большое путешествие;
отец был
с нами.
Здоровье матери было лучше прежнего, но не совсем хорошо, а потому, чтоб нам можно было воспользоваться летним временем, в Сергеевке делались приготовления к нашему переезду: купили несколько изб и амбаров; в продолжение Великого поста перевезли и поставили их на новом месте, которое выбирать
ездил отец мой сам; сколько я ни просился, чтоб он взял меня
с собою, мать не отпустила.
Кроме обыкновенных прогулок пешком ежедневно поутру и к вечеру, мать очень часто
ездила в поле прокатываться, особенно в серенькие дни, вместе
с отцом, со мною и сестрицей на длинных крестьянских дрогах,
с которыми я познакомился еще в Парашине.
Мать обыкновенно скоро утомлялась собираньем ягод и потому садилась на дроги, выезжала на дорогу и каталась по ней час и более, а потом заезжала за нами; сначала мать каталась одна или
с отцом, но через несколько дней я стал проситься, чтоб она брала меня
с собою, и потом я уже всегда
ездил прогуливаться
с нею.
Отец ездил для этого дела в город Лукоянов и подал там просьбу, он проездил гораздо более, чем предполагал, и я
с огорчением увидел после его возвращения, что мать ссорилась
с ним за то — и не один раз.
В усадьбе дворовых было не безобразно много: два-три лакея, повар, кучера и конюхи при конском заводе, столяр, стряпуха, ключница, псарь, коровница. Жилось им более чем сносно, гораздо привольнее, чем в доме деда в Нижнем, их одевали и кормили хорошо; а работа, разумеется, была весьма „с прохладцей“. Два лакея
ездили с отцом и на охоту.
Неточные совпадения
Ее не любили в губернии, ужасно кричали по поводу ее брака
с Одинцовым, рассказывали про нее всевозможные небылицы, уверяли, что она помогала
отцу в его шулерских проделках, что и за границу она
ездила недаром, а из необходимости скрыть несчастные последствия…
По приезде адмирала епископ сделал ему визит. Его сопровождала свита из четырех миссионеров, из которых двое были испанские монахи, один француз и один китаец, учившийся в знаменитом римском училище пропаганды. Он сохранял свой китайский костюм, чтоб свободнее
ездить по Китаю для сношений
с тамошними христианами и для обращения новых. Все они завтракали у нас; разговор
с епископом, итальянцем, происходил на французском языке, а
с китайцем
отец Аввакум говорил по-латыни.
Корею, в политическом отношении, можно было бы назвать самостоятельным государством; она управляется своим государем, имеет свои постановления, свой язык; но государи ее, достоинством равные степени королей, утверждаются на престоле китайским богдыханом. Этим утверждением только и выражается зависимость Кореи от Китая, да разве еще тем, что из Кореи
ездят до двухсот человек ежегодно в Китай поздравить богдыхана
с Новым годом. Это похоже на зависимость отделенного сына, живущего своим домом, от дома
отца.
Тогда Поликрат захотел сам ехать к Оройтесу — смотреть его богатства. В эту самую ночь дочь Поликрата увидела во сне, что он будто висит на воздухе. Дочь и стала просить
отца, чтоб он не
ездил к Оройтесу; но
отец рассердился и сказал, что он ее не отдаст замуж, если она не замолчит сейчас. А дочь сказала: «Я рада никогда не идти замуж, только не
езди ты к Оройтесу: я боюсь, что
с тобой случится беда».
Они никогда не сближались потом. Химик
ездил очень редко к дядям; в последний раз он виделся
с моим
отцом после смерти Сенатора, он приезжал просить у него тысяч тридцать рублей взаймы на покупку земли.
Отец мой не дал; Химик рассердился и, потирая рукою нос,
с улыбкой ему заметил: «Какой же тут риск, у меня именье родовое, я беру деньги для его усовершенствования, детей у меня нет, и мы друг после друга наследники». Старик семидесяти пяти лет никогда не прощал племяннику эту выходку.