«Детские годы Багрова-внука» (Аксаков С. Т., 1856) по всей классике
Выслушав ее, он сказал: «Не знаю, соколик мой (так он звал меня всегда), все ли правда тут написано; а вот здесь в деревне, прошлой зимою, доподлинно случилось, что мужик Арефий Никитин поехал за дровами в лес, в общий колок, всего версты четыре, да и запоздал; поднялся буран, лошаденка была плохая, да и сам он был плох; показалось ему, что он не по той дороге едет, он и пошел отыскивать дорогу, снег был глубокий, он выбился из сил, завяз в долочке — так его снегом там и занесло.
Я первой руки за спину крепко-накрепко завязала, а с другою за куст забежала, да и эту там спутала, а на ее крик третья бежит, я и третью у тех в глазах силком скрутила; они кричать, а я, хоть тягостная, ударилась быстрей коня резвого: все по лесу да по лесу и бежала целую ночь и наутро упала у старых бортей в густой засеке.
Он налёг на щеколду, потянул её на себя, лицо его так исказилось, будто он взялся за очень тяжёлую работу, то ли хотел завязать узлом кочергу, то ли разогнуть подкову.
Он налёг на щеколду, потянул её на себя, лицо его так исказилось, будто он взялся за очень тяжёлую работу, то ли хотел завязать узлом кочергу, то ли разогнуть подкову.
Он наклонился завязать шнурки, а разогнуться от боли не может.
– Ты ужинала сегодня? – предприняла я ещё одну попытку завязать знакомство, раз все остальные провалились.