Неточные совпадения
Как бы то ни было, только я начал задумываться, или, лучше сказать, переставал обращать внимание на все, меня
окружающее, переставал слышать, что говорили другие; без участия учил свои уроки, сказывал их,
слушал замечания или похвалы учителей и часто, смотря им прямо в глаза — воображал себя в милом Аксакове, в тихом родительском доме, подле любящей матери; всем казалось это простою рассеянностью.
Неточные совпадения
Ее поведение на этих вечерах было поведением иностранки, которая, плохо понимая язык
окружающих, напряженно
слушает спутанные речи и, распутывая их, не имеет времени говорить сама.
Ночь была лунная. Я смотрел на Пассиг, который тек в нескольких саженях от балкона, на темные силуэты монастырей, на чуть-чуть качающиеся суда,
слушал звуки долетавшей какой-то музыки, кажется арфы, только не фортепьян, и женский голос. Глядя на все
окружающее, не умеешь представить себе, как хмурится это небо, как бледнеют и пропадают эти краски, как природа расстается с своим праздничным убором.
Она хитро наводила на разговор Козлова, почти не спрашивая и не показывая вида, что
слушает, и особенно никогда ни перед кем не хвастаясь, что знает то или другое, чего не знают
окружающие.
Глядя на него,
слушая его, видя его деятельность, распоряжения по хозяйству, отношения к
окружающим его людям, к приказчикам, крестьянам — ко всем, кто около него был, с кем он соприкасался, с кем работал или просто говорил, жил вместе, Райский удивлялся до наивности каким-то наружно будто противоположностям, гармонически уживавшимся в нем: мягкости речи, обращения — с твердостью, почти методическою, намерений и поступков, ненарушимой правильности взгляда, строгой справедливости — с добротой, тонкой, природной, а не выработанной гуманностью, снисхождением, — далее, смеси какого-то трогательного недоверия к своим личным качествам, робких и стыдливых сомнений в себе — с смелостью и настойчивостью в распоряжениях, работах, поступках, делах.
Но в этом он уже не получил утешения: Глафира не
слушала его слов. По мере окончательного приближения к Петербургу, где она готовилась дать большое генеральное сражение мужу, Казимире и всем их
окружающим, Бодростина и сама была неспокойна и, сосредоточенно углубляясь в свои соображения, кусала свои алые губы и не
слушала дребезжанья своего партнера.