Неточные совпадения
Вот что значит, когда стихотворец начитался
книг священного писания!
Это все красоты первоклассные, или заимствованные из
книг священного писания, или составленные по их духу. Да покажите мне, много ли таких красот найдется у наших знаменитых писателей. А вот попадется слово, которого значения не поймут, в стихе...
Я помню, что и та
книга, в которую он вписывал слова малоизвестные и вышедшие из употребления, попадавшиеся ему в
книгах священного писания, вообще в
книгах духовного содержания, в летописях и рукописях, — что эта, так сказать, записная
книга была ужасающей величины и толщины.
Мудра была в этом отношении практика эллинской, а также и иудейской религии, которые предпочитали совсем не иметь официального богословия и довольствовались непосредственным вероучением в мифе, культе,
священных книгах.
— Я и подумал: к чему слова и лишние восклицания? К черту лицемерные речи на съездах. К черту аболиционизм, регламентацию (ему вдруг невольно пришли на ум недавние слова репортера) и все эти раздачи
священных книг п заведениях и магдалинские приюты! Вот я возьму и поступлю как настоящий честный человек, вырву девушку из омута, внедрю ее в настоящую твердую почву, успокою ее, ободрю, приласкаю.
Священные книги она читала только тогда, когда говела; впрочем, это не мешало ей во время говенья по вечерам для отдыха играть в пикет с моим отцом, если он был тут, или с Александрой Ивановной.
Неточные совпадения
У нас в образованном обществе особенно
священных преданий ведь нет, Авдотья Романовна: разве кто как-нибудь себе по
книгам составит… али из летописей что-нибудь выведет.
Мы видели
книги, до
священных должностей и обрядов исповедания нашего касающиеся, переведенные с латинского на немецкий язык и неблагопристойно для святого закона в руках простого народа обращающиеся; что ж сказать наконец о предписаниях святых правил и законоположений; хотя они людьми искусными в законоучении, людьми мудрейшими и красноречивейшими писаны разумно и тщательно, но наука сама по себе толико затруднительна, что красноречивейшего и ученейшего человека едва на оную достаточна целая жизнь.
Ибо грубым и неученым людям и женскому полу, в руки которых попадутся
книги священные, кто покажет истинный смысл?
Император Диоклитиан
книги священного писания велел предать сожжению.
— Ты гулял хорошо? — сказал Алексей Александрович, садясь на свое кресло, придвигая к себе
книгу Ветхого Завета и открывая ее. Несмотря на то, что Алексей Александрович не раз говорил Сереже, что всякий христианин должен твердо знать
священную историю, он сам в Ветхом Завете часто справлялся с
книгой, и Сережа заметил это.