Глава 6
Джарэд, с трудом развернув «МакЛарен» в воздушном потоке, подлетел к объекту. Огромное металлическое сооружение и было геологоразведочной установкой. Она не работала. Сомнительно, чтобы ее не удалось запустить — в экспедицию на другие планеты берут только крепких профессионалов. Тогда в чем дело?
Луч аэрокара, перескакивая в такт порывам ветра с места на место, наконец выцепил вездеход. Тот, как и установка, не был ни заведен, ни огорожен куполом. Странно, что группа даже не выдвинулась в обратный путь. Что могло пойти не так? Твари же днем не нападают? Или это уже устаревшие сведения? От ужаса у капитана скрутило внутренности. Вдох — длинный выдох. Паника в таких ситуациях худший союзник. Мозг Джарэда, как будто подсознательно отвечая на глубинную потребность организма, отсек эмоции и переключился в режим холодного расчета. Присутствия людей или тел нет. Нет и раскиданного снаряжения, раскуроченных баллонов, оружия. Твари утаскивают своих жертв — это капитан помнил, вещи же им ни к чему. Следы борьбы могло, конечно, уже замести. Но пыли в воздухе мало, а крови было бы много. Вероятно, Джарэд бы ее заметил. Значит, тут что-то произошло, после чего старший группы принял решение покинуть лагерь. Почему группа не выехала назад, капитан понял только сейчас, облетев, максимально «прицелившись» светом, вездеход. Правая гусеница была разорвана, а ее колеса застряли глубоко в каменном гребне. Как можно было настолько не справиться с управлением, чтобы «закопаться», капитан не представлял, но это в данный момент и не было важно. Куда могли уйти люди?
«Чтобы сделал я, окажись на месте старшего группы?» — задал себе вопрос Джарэд и сразу понял — увел бы людей с открытого пространства в максимально защищенное место. Туда, где при нападении даже большого количества тварей есть шанс отбиться, имея в арсенале два бластера, две гранаты и несколько лазерных сеток, — в пещеры, если они тут есть. В крайнем случае в узкую расщелину или высокий каньон. И капитан развернул «МакЛарен» в сторону гор.
Под прикрытием хребта ветер несколько ослаб, но держаться все равно приходилось на приличной дистанции, чтобы неожиданный порыв ненароком не приложил аэрокар к скале. Джарэд не знал, во сколько по времени группа покинула лагерь, но понимал, что те наверняка расположились как можно ближе к стоянке. Он уже, казалось, обшарил все отроги и скалы в пешей доступности. Да, пещеры в них были, но ни одна не выглядела «жилой». В итоге, когда капитан уже разворачивал машину для того, чтобы охватить территорию побольше, луч скользнул по чему-то, напоминающему пленку от мыльного пузыря. Джарэд устремил аэрокар в сторону видения, неистово надеясь, что оно ему не померещилось от усталости или отчаяния.
Довольно широкий вход в пещеру удачно прятался за отвесной скалой, каждый раз, видимо, попадая в ее тень, когда капитан пролетал мимо. Вход действительно закрывал силовой полог. В перечне оборудования, присланном Пал Палычем, такого не было, поэтому инстинктивно Джарэд напрягся. Вспомнил неопознанный аэрокар в Иранополисе. Могли ли здесь быть другие люди? И если да, просто ли стечение обстоятельств, что они оказались рядом с их геологическим лагерем? Капитан еще раз просветил пещеру: она была довольно глубока, чтобы влететь в нее прямо на аэрокаре. И пуста — вероятно, люди ушли глубже. В любом случае пролететь сквозь щит «МакЛарен» не мог, и Джарэд, предварительно вытащив бластер и положив его на сиденье рядом, пошел на хитрость. Фары аэрокара послали световой шифр: три короткие вспышки — три длинные — три короткие. Сигнал SOS существовал уже шесть веков и до сих пор успешно использовался. Шанс, что люди по ту сторону щита его опознают, был довольно велик. От стены внутри пещеры неожиданно отделился человек и встал за щитом, пытаясь разглядеть источник сигнала в образовавшейся темноте. Капитан успел сделать фотографию и, максимально увеличив изображение, сличить ее со списком группы.
Соответствие, к счастью, нашлось. Никого чужого в квадрате не было. По ту сторону щита стоял лейтенант Питер Вальц. Оставалось придумать, как доказать ему свою неопасность, чтобы тот согласился запустить аэрокар. Первой мыслью было открыть дверь и включать подсветку своего комбинезона. Но совершенно не факт, что лейтенант узнает его в лицо, тем более в кислородной маске. Джарэд все-таки попробовал, подняв дополнительно руки, демонстрируя, что он без оружия. Вальц на это не купился — понятно же, что, если в аэрокаре противник, он может быть не один, а оружие выхватить и потом. Внешне капитан, видимо, никаких ассоциаций у Питера не вызвал. Джарэд скорее от неразрешимости ситуации потянулся к своему комму и примитивно попытался связаться с ближайшим аналогичным устройством. Чудо произошло! Сообщение: «Я Джарэд Леграсс, посол PA-99-N2b, сопровождаю экспедицию. Селена Громова в составе вашей группы может подтвердить мою личность».
Парень по ту сторону щита, как ни странно, никуда не пошел, а просто задержался на сообщении в комме несколько дольше, чем требовалось для его прочтения. Потом кивнул, отошел к стене, и щит погас. «МакЛарен» тут же юркнул внутрь пещеры. Когда Джарэд вышел из аэрокара, пленка снова поблескивала у входа, как будто ее и не отключали.
— Джарэд, — протянул он руку лейтенанту.
— Питер, — ответил на рукопожатие Вальц. — Простите, что задержал, на моей ответственности люди, я должен был сверить вас по базе.
— Отлично понимаю, — кивнул Джарэд. — Пострадавшие есть?
— Руководитель группы только. Геолог. Юджин. Не знаю его фамилию. У него шок на нервной почве. Я вколол двойную дозу успокоительного, так что до утра точно проспит.
Джарэд с пониманием кивнул. Утром либо Юджин проснется с прояснившимся сознанием, либо ему потребуется психиатр. В любом случае до возвращения на лайнер они ему ничем не помогут.
— А где все?
— Спят, — кивнул Питер в сторону сужения пещеры.
Капитан решил сперва хоть одним глазком взглянуть на любимую девушку, а уж потом продолжать разговор с Вальцем, выясняя, что произошло.
Второй зал был значительно ниже «входного» и меньше. Кожа на лице сразу ощутила температуру, вряд ли превышающую градусов пятнадцать. Люди лежали на земле, подложив под голову вещмешки или даже запасные кислородные баллоны. Селена с Марлен спали, сидя у стены и облокотившись друг на друга. Капитан подошел и присел на корточки возле девушки, вглядываясь в ее лицо. Через маску было видно, что дышит Селена спокойно и ровно. Тревога наконец оставила капитана. Он аккуратно, едва касаясь, чтобы не разбудить невесту, провел кончиками пальцев от ее виска по щеке. Хотелось сесть здесь рядом, переложить ее голову к себе на колени и так и проспать до рассвета. Но ситуация требовала прояснения.
Рэд встал, внимательно обошел пещеру по кругу, чтобы убедиться в ее безопасности. Выход отсюда был только один. Но раньше, судя по всему, был и проход вглубь. Сейчас он был плотно завален камнями. И в той стороне на стене виднелись глубокие трещины. Рэд на всякий случай достал из кармана комбинезона портативный газоанализатор. Он хотел убедиться, что ничего токсичного сквозь эти ведущие в неизвестность щели в пещеру не попадает. Но газоанализатор удивил — уровень содержания кислорода непосредственно около щелей был двадцать процентов! А это почти норма для человека! Капитан отошел от завала обратно к выходу из зала и сделал там повторный замер. Концентрация упала до восемнадцати процентов. Это не хорошо, но в целом человеческий организм, пусть с головокружением и частящим сердцем, может находиться в пещере без кислородного баллона. Рэд пообещал себе подумать об этом завтра и вернулся к лейтенанту.
— Что произошло?
— Геологи умудрились вызвать локальное землетрясение.
Теперь понятно, почему вездеход был «впечатан» в гребень из камней, а разведывательная установка не работала. В принципе всё совсем не плохо: непосредственной опасности нет, до рассвета не так уж и много… Тут капитан вспомнил про смутивший его изначально силовой полог.
— Откуда у вас это? — спросил он у Вальца, кивнув на «мыльную пленку».
Питер показал на отсутствующий на поясе аккумулятор и блок генерации индивидуального щита.
— Но он же должен имитировать форму тела? — непонимающе уточнил Рэд.
Питер впервые улыбнулся.
— Это наши маленькие армейские секретики. Индивидуальный щит можно снять и перепрограммировать в любую форму. Единственное, так как здесь его пришлось растягивать на площадь большую, чем занимает пространство вокруг человека, он достаточно хлипкий.
— И вы поэтому караулите здесь на всякий случай, а не ложитесь спать как все, — подытожил капитан.
Питер пожал плечами.
— Я отвечаю за этих людей.
— У вас есть запасной аккумулятор? А то к утру вы останетесь без индивидуального силового поля.
— Он уже сел, — неохотно ответил Вальц.
— Давайте я его поставлю на зарядку в аэрокаре.
— У вас там горючки едва на обратную дорогу, — тут Питер смутился и совсем по-мальчишески, хотя и басистым голосом, проговорил: — Простите, я его немного поразглядывал. Впервые вижу вблизи такую крутышку.
— Ничего, солью завтра с геологической установки. Я так понимаю, ей все равно в ближайшие дни не работать, — и Рэд протянул лейтенанту руку.
Тот, секунду поразмыслив, полез в вещмешок и достал пустую батарею. Капитан завел аэрокар и, поставив ее на зарядку, вернулся к лейтенанту.
— Ложитесь, поспите хоть пару часов, — сказал он Питеру. — Сутки же уже на ногах.
— А вы разве нет? — отозвался Вальц, смешливо глядя Рэду прямо в глаза.
— И я. Но я привычный.
— Я тоже. В операциях, бывало, и по трое суток не спишь.
— Так там же со стимулятором.
— Когда да, — кивнул Питер, — а когда и нет. Или вовремя не подвезли. Или уколол уже столько, что крышу сносит. А без мозгов в тех местах нельзя.
— Воевали?
— Четыре года в горячих точках. Это уже после ранения в охрану перевели.
Непринужденно так сказал «после ранения». Хотя Рэд от своего инструктора много историй слышал и знал, что всякие мелкие прострелы, рассечения и так далее залечивались в капсулах прямо на месте и солдат тут же возвращали в строй. Раз Питера комиссовали, значит, травма была значительная. Рэд бегло оглядел парня, хотя под комбинезоном толком не разберешь, протезы это или нет. Питер заметил и рассмеялся.
— А вы шарите! Нет, конечности свои, ничего не оторвало. А вот печень, селезенку и обе почки пришлось заменить. Но вроде нормально прижились, работать могу, нагрузки переносить тоже. Вы только… не распространяйтесь про это, пожалуйста. Руководство знает, а чтобы остальные — не хочу.
— Конечно, — едва нашелся что сказать Рэд.
— А вы зачем прилетели сюда один, рискуя после закрытия щита?
Капитан усмехнулся.
— Наверное, правильнее было бы сказать: потому что я в какой-то мере отвечаю за людей, ведь я посол этой планеты. Но если по-честному, то из-за девушки, спящей в соседней комнате. Селена — моя невеста.
Питер кивнул, как будто что-то такое и предполагал. Парни несколько минут помолчали.
— Слушайте, не мое дело, конечно, — слегка смущаясь, неожиданно заговорил Вальц, — но Селену рвало полпути сюда. Может, токсикоз?
Рэд остолбенел. Пару секунд, кажется, вообще не возникало в голове никаких мыслей. Потом он с сомнением выдавил:
— Не должно. У меня инъекция на полгода. И Сел всегда плохо переносит тряску.
— Регенералку в этот период кололи?
— Я? — растерянно переспросил Рэд, погруженный в свои мысли. — Трижды.
— Будьте уверены, ваша инъекция уже не работает. Регенералка в разы ускоряет все обменные процессы в организме.
Сейчас, когда Питер произнес это вслух, Рэду новая информация показалась более чем очевидной. Почему она не приходила ему в голову раньше? И почему об этом медики не говорят?! Последнюю мысль капитан, по всей видимости, произнес вслух, потому что Питер ответил:
— Ну вы же гражданский. Никто не думает, что вы станете использовать такую сыворотку.
Рэд прислушался к своим ощущениям, пытаясь осознать, что он чувствует. Любимая девушка, сладко смотрящая сны в соседней пещере, может носить под сердцем его ребенка. Он представил, как будет округляться Селенин животик… Уже даже вообразил, как положит на него руку и почувствует легкие, едва ощутимые толчки. Всё сознание капитана затопила такая незамутненная радость, что хотелось прямо сейчас побежать вниз и расцеловать девушку.
Пленка силового порога заискрилась.
— Отключается, — тоскливо произнес лейтенант.
Рэд быстро отстегнул с пояса свой аккумулятор, протянул Питеру. Тот взял, но все же с сомнением спросил:
— А как же вы?
— Я, если что, на аэрокаре.
Питер заменил блок. Щит снова стал колыхаться ровной прозрачной пленкой. Но Рэд решил на всякий случай оставаться здесь до рассвета. В случае чего два человека с бластерами всегда надежнее, чем один.
***
Мараик с Анарионом едва успели выйти из платяной лавки, как к ним подбежал только что спешившийся всадник. Он что-то быстро доложил принцу на синдарине.
— Кажется, у нас проблемы, — пояснил принц, обернувшись к Эванеску. Его юное лицо заметно помрачнело. — Твой дядюшка с патрулем не вернулись с объезда западной границы. В седле сидеть сможешь?
Мараик кивнул, впервые порадовавшись своему нищему детству: на его родной планете практически не было техники, и мальчишки сызмальства приучались ездить на лошадях, чтобы пасти скот. У него, правда, многие годы не было практики, но он надеялся, что это такой же рефлекторный навык, навсегда впечатывающийся в память, как, скажем, плавание.
Отряд принца Анариона состоял из десяти по-разному вооруженных всадников, среди которых были и лучники. От встречающих эльфов их одежда отличалась разве что цветом — плащи, рубашки, брюки были темно-зеленые, но все до одного с визоплазами на рукавах. Анарион единственный в наступившей темноте выглядел в прямом смысле как белая ворона. Идеальная мишень. Мараик слишком уповал на помощь принца в своем вопросе, чтобы смолчать об этом. Но говорить не пришлось. Анарион привычным жестом вытащил из седельной сумки хорошо знакомый Шустеру по армейской службе форменный комбинезон цвета хаки и натянул его прямо поверх своих брюк и камзола, перекрепив наружу только пояс с кинжалами. «Интересно, а пользоваться-то ими он умеет или чисто для статуса?» — промелькнуло в голове у Алекса. Только в этот момент он понял, что сам до сих пор абсолютно безоружен.
— Лишнего кинжала не найдется? — уточнил Эванеску у принца.
На что тот повернулся и с полнейшей искренностью спросил:
— Зачем тебе? У нас охраны десять человек. Считай, мы просто едем на небольшую конную прогулку.
Мараик скрежетнул зубами, теперь стало ясно, что принц ему все-таки полностью не доверяет. Ладно, как говорится, еще не вечер, втираться в доверие Шустеру не привыкать.
Отряд ехал слаженно и практически бесшумно. Сначала по уже знакомой дороге, затем, свернув в лес, по проселочной. Темп принц задал не слишком быстрый, поэтому Шустеру было несложно держаться в седле. Хотя… Алекс уже предвкушал, какой раскорякой он встанет завтра с постели, с непривычки-то.
Лес, обступающий дорогу, выглядел словно гигантская нависающая волна. С той лишь разницей, что она не заканчивалась. Лунный свет сюда практически не проникал, едва-едва попадая в щель межу почти сомкнутыми над дорогой зелеными гребнями. Шустер ни черта не мог рассмотреть и уже множество раз пожалел, что не захватил с транспортника рюкзак с самым необходимым. Прибор ночного видения сейчас бы пригодился, как никогда.
— Далеко до границы? — шепотом спросил Эванеску, стараясь, чтобы его голос не сильно выделялся на фоне шелеста листьев, потрескивания насекомых, уханья совы и других естественных звуков.
— Мы едем по ней, — так же тихо ответил Анарион, жестом приказывая молчать.
Еще около получаса отряд продвигался в тишине. Потом ведущий поднял руку, призывая остановиться. Из-за темноты и своего места в середине колонны Шустеру было не разглядеть, что там впереди происходит. Но, увидев, что Анарион спешивается, он тут же спрыгнул следом. В кольце охраны они с принцем прошли вперед процессии. В тусклом свете луны на дороге лежало четыре трупа.
