Уникумы Вселенной – 4

Юрий Иванович, 2012

По пути на загадочную планету адельванов русский археолог Александр Константинович Броди очутился в яйцевидной камере, в которую подавался не слишком приятно пахнущий газ. С огромным трудом освободившись, Александр Константинович обнаружил множество еще таких же камер, в каждой из которых находился человек. Иногда и не совсем человек, а то и совсем не человек… Десятки самых разнообразных существ, собранных из самых отдаленных уголков Галактики, были похищены неизвестными с неизвестной целью. Но Броди не впервой разбираться с такими проблемами. Тем более что он не один, а с друзьями. И все они Уникумы Вселенной, которые, как известно, не только защищаются, но и атакуют!

Оглавление

Из серии: Уникумы Вселенной

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Уникумы Вселенной – 4 предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава пятая

Древние хардийцы

Вернувшись на Землю, пятерка телепортеров оказалась в Малом банкетном зале императорского дворца династии Садиван. Реставрационные и отделочные работы во всем огромном комплексе почти закончились, и копошившаяся ранее повсюду техника уже не портила своим видом красоту, воссозданную такой, какой она была шесть тысяч лет назад. Но теперь бросалась в глаза пустынность роскошного зала.

Что неприятно кольнуло в сердце декерла Вителлу.

— Словно вымерли все…

— Ничего, скоро здесь появятся сотни, тысячи обитателей, — подбодрил его магистр Райгд, которому тоже неприятно было отсутствие людей. — Вот уйдет Сатази…

Квинтет божественных сущностей уже направился к малому южному алькову, откуда доносились голоса их коллег, когда Алессан запоздало хмыкнул на слова магистра и спросил:

— А если Сатази не уйдет? Вдруг этот странный годовалый ребенок захочет здесь остаться надолго? А потом, когда войдет в полную силу, возьмет и…

— Ладно тебе, ладно! — остановила его Сакрина. — Не станет маленький с виду Тасон кричать как несознательный младенец. Вроде мы все его мысли поняли правильно. Это давно взрослое, сознательное и разумно мыслящее существо.

— Вот именно, что «вроде», — продолжал выказывать свое недовольство повелитель растений. — По мне, следовало бы его принудительно удалить с планеты, да и из Галактики как можно быстрей. Еще лучше сделать так, чтобы он возвратиться не смог.

Пеотия остановилась у алькова и гневно повернулась к Алессану:

— Ты о чем говоришь?

— А что? Ты с Сатази не справишься? Лучше убрать, уничтожить зло, пока оно еще не выросло.

— Поражаюсь я тебе! Как бы там ни было, остальные Сатази уже знают о пополнении своего племени и наверняка поддерживают с Тасоном контакт.

В алькове сидели император Бутен, Донтер и Судья Ковели. Расвалунг выглядел несколько осунувшимся.

— Вы о чем? — спросил он. — Никак об уничтожении Сатази?

— Да вот, Алессан чисто умозрительно решил порассуждать на это тему, — попыталась Пеотия сгладить суть разговора, но повелитель растений и не думал отступать:

— Нисколько не умозрительно! Сатази — это вселенское зло, его надо уничтожать всеми силами, и желательно делать это в зародыше. Если уж Ковели у нас и расвалунг, и Судья Высшего Правосудия, именно он и должен провести обряд уничтожения. Ха! И что вы все так на меня уставились? — Он первым уселся у торца стола на стул с подлокотниками. — Или я не прав в определении зла?

Вопрос был сложный. Взрослые Сатази своим криком уничтожали целые галактики, совершая тем самым преступление против разумных существ. Если придерживаться буквы закона, проповедуемого расвалунгами, то такое существо следует уничтожать всегда и везде. Однако после краткого визита на Якорь хардийцы признали, что даже суммарной силы их умений и знаний не хватит для ликвидации этих разрушителей или хотя бы ограничения их преступной деятельности. Лучший вариант — это вообще никогда не наведываться на Якорь и забыть о существовании Сатази.

Но для Священных Судей не должно быть преступников, которых они не могут наказать. Либо тот же Ковели наказывает, либо не имеет права заикаться о своем служении справедливости.

Так что при всем сочувствии и поддержке большинства ответить на последний вопрос Ковели обязательно придется. Вот потому все на нем и сосредоточили взгляды.

— Во-первых, дорогой Алессан, с чего ты взял, что данный ребенок совершил преступление? Сама принадлежность к Сатази — еще не повод для преследования, а уж тем более для уничтожения. Во-вторых, политика расвалунгов в подобных делах вполне проста и естественна: Вселенную мы переделать не может, таких сил нам не дано, а значит, и прав тоже. Постоянно совершаются преступления вне пределов досягаемости нашей юрисдикции, но это не значит, что Судьи должны заниматься самоедством и в конце концов покончить жизнь самоубийством из-за укоров совести. В-третьих, суть процесса, который проводят Сатази у Якоря, не поддается пониманию самых крупных ученых и правоведов. Действиями разрушителей, их волей в тот момент руководит некая высшая сила всеобщей вселенской энтропии. То есть имеется гипотеза, что распыление галактик — действо, угодное всему мирозданию. Ну и, в-четвертых, Сатази не просто трудно уничтожить, если не невозможно, а трудно локализовать, захватить… Поэтому…

— Понятно, — без всякого почтения прервал Алессан объяснения Судьи. — Даже у вашей справедливости есть льготники и исключительные случаи. А уж оправдания для себя всегда отыщутся.

— Не слишком ли жесткая позиция? — удивился Райгд. — Тем более в делах, которые не входят в твою компетенцию.

— О-о! Даже так? — бывший телохранитель раскраснелся от гнева и завелся не на шутку. — Магистр намекает, чтобы я только и оставался повелителем растений и никуда не совал свой нос? С чего это? Вопросы справедливости касаются всех без исключения. И у меня, в отличие от некоторых, в биографии нет кровавых страничек. Я не приказывал уничтожать ученых пачками только для того, чтобы скрыть следы собственных преступлений!

После таких слов лицо магистра стало наливаться кровью, тогда как губы, наоборот, побледнели. При всей своей божественной силе хардийцы вели себя как самые обычные люди. Только люди могли пустить в ход оскорбления, кулаки или палку, а «молодые» божества — выпустить из себя ураганы смерти, сметающие все на своем пути.

Император Бутен, который имел влияние на своего бывшего телохранителя, попытался остановить возникший на пустом месте скандал:

— Все-таки и справедливость употребляет такое понятие, как давность преступлений. Ну и не стоит сравнивать наше нынешнее сознание с детским уровнем ошибочного восприятия мира шесть тысяч лет назад… Успокойся, не стоит ворошить такое далекое прошлое…

Но и это не подействовало на Алессана. Он продолжал негодовать:

— Конечно! Это ведь твой родной дядя! Разве ты отдашь его на поругание, а тем более в руки палача для справедливой казни за совершенные деяния?! Для таких случаев и сочиняют сказочки о давности преступления или ссылаются на хорошее поведение преступника в последнее время. Но если смотреть правде в лицо и судить физическое тело, как носитель преступного мозга, то свои деяния Райгд совершил совсем недавно, чуть более месяца назад. Так почему Ковели не устроит показательную казнь магистра? И так, чтобы эту казнь видели все земляне?

На Райгда уже страшно было смотреть, да и все остальные чувствовали себя, словно готовые разразиться молниями тучи.

У бывшего телохранителя оказались сторонники.

— Как ни думайте и как ни воспринимайте его слова, но он прав! — решительно заявил Донтер, который, еще будучи обитателем Хрустального Города, славился своей честностью и справедливостью. — И если мы не найдем силы признать подобное, значит, и наше существование для Вселенной бессмысленно.

Сакрина сидела, сжав кулачки и еле сдерживая обуревающие ее эмоции. А Пеотия воскликнула:

— Да что это с вами?! У нас дел и проблем выше головы, так еще и поссориться не хватало. Сейчас старое вспоминать нельзя, никак нельзя! — Она резко развернулась к Донтеру: — И не забывай, о ком идет речь: о твоем сыне!

— А вот тут прав Ковели, — нахмурился бывший моряк, штурман, капитан и навигатор. — Мой сын — не преступник!

— Ну вот! А ведь он скоро нас покинет и отправится к остальным Сатази, став таким же, как они, — пыталась богиня надавить на отцовские чувства.

Да только у отца имелись свои непоколебимые устои.

— В таком случае он перестанет быть моим сыном и подлежит суду и казни на общих основаниях. И как родившегося на Земле, тот же Ковели обязан будет казнить его как преступника, без поблажек, не учитывая особой значимости существа.

— И как на тебя посмотрит Розалия? Она ведь твоя жена, мать Тасона…

— Отношения между нами — это чисто наше семейное дело, Пеотия. Я ведь не лезу в твою жизнь? Не напоминаю, чьей ты была суженой и с кем обязана жить по давним законам?

Теперь уже покраснела от гнева и наиболее вспыльчивая в компании, пылкая, резкая Пеотия:

— И не смей напоминать!

Алессан хмыкнул:

— Сама себе право лезть в чужую семью даешь, а как тебе невинный вопрос задали, так сразу грозишь? Или решила, что человеческим законам ты уже неподвластна?

В следующий миг заговорили почти все божественные сущности. Спор разрастался, обстановка накалилась до предела. Пожалуй, в данный момент здесь больше всего не хватало Абелии. Ее умение вести любую полемику корректно сейчас бы очень пригодилось.

Хорошо, что в распоряжении Священного Судьи оказались некоторые средства не столько для успокоения, сколько для временной изоляции. Каждая божественная сущность оказалась в прозрачном шаре из неведомой упругой энергии. В подобных шарах, только гораздо бо́льших, расвалунг недавно совершал показательные казни крупнейший преступников Земли. Заключенные в шары перестали слышать других, но зато отчетливо слышали голос только одного человека, самого Ковели.

— Прекратите немедленно, — сказал он спокойным тоном. — Подобные отношения между нами выглядят дико и недопустимы. Вы смотритесь сейчас настолько сумасшедшими, что я испугался, как бы вы не начали метать молнии. А ведь в таком случае придется опять дворец отстраивать… И не волнуйтесь, пожалуйста, этот шар для ваших сил — не помеха, да и скоро исчезнет.

Божественные сущности успокоились, хотя хмуриться и коситься друг на друга не перестали.

— Чуть позже я вам предоставлю все основополагающие законы, которыми пользуются во время рассмотрения дел расвалунги. Там будут ответы на ваши вопросы. Теперь о другом. Я трачу свое бесценное время, находясь на Земле, по очень веской причине. Вернее, их две. Первая: как выяснилось, я тоже не могу существовать слишком долго без утопления в водах нашего подземного озера. Как ни боролись мои коллеги за поддержание моей формы в идеальном состоянии, у них ничего не получилось…

Оболочка сдерживающего шара уже настолько истончилась, что пояснения Бутена услышали все:

— Выход, конечно, есть, причем для планеты расвалунгов самый лучший. Моему старому приятелю предложили полную трансформацию тела, после чего он превратится в подобие остальных Судей. Тогда бы он перестал нуждаться в жизненно важной подпитке таинственной смеси энергий из контейнера и Глотки. Но Ковели отказался.

Причину отказа поняли все. Как бы ни был бывший князь подвержен нынче чувствам ответственности и справедливости, в любом случае оставаться существом мобильным, умеющим мгновенно перемещаться в любую точку Вселенной — гораздо приятнее, полезнее и интереснее. Да и с точки зрения действенности того же правосудия, подобная мобильность намного эффективней вечной привязки к одной планете или ментального присутствия всего в нескольких галактиках.

Мало того, Ковели торжественно обещал не оставлять мать Землю без своей опеки, а это сразу выводило землян на совсем иной уровень отношений с соседями по разуму. Об этом свидетельствовал хотя бы тот же союз с цорками, в котором помимо Аларастрасии и Хардийской империи с правом совещательного голоса участвовала и Россия.

— Теперь о главном, — продолжая расвалунг. — Среди моих коллег есть один с особенными способностями, которого мы называем Аналитиком. Он умеет выявлять опасность на огромном пространстве Вселенной. Причем опасность для определенного разумного существа. Аналитик просмотрел нашу Галактику перед моим сегодняшним посещением и определил, что мне угрожает смертельная опасность. Готовится мое убийство. Шансы спастись есть, но они минимальны. Аналитик сумел даже определить, что моя плоть может прекратить существование во время моего утопления. Но при расчетах со многими составляющими оказалось, что шансы на выживание становятся гораздо выше при надлежащей охране моего тела. Вот потому, собственно, я и попросил вас собраться возле меня для защиты.

Подобное заявление совершенно изменило ход разговора. Как бы ни спорили хардийцы до того, в данный момент обстановка требовала их полной консолидации. Если расвалунг-земляк погибнет, значит, и все его знакомые окажутся под прессингом готовящейся катастрофы. Достанется всем, если не в прямом смысле, то в косвенном — точно.

Посыпались вопросы. Каждому хотелось понять, кто и как попытается уничтожить расвалунга. Нет ли тут ошибки? Что еще сумел определить Аналитик?

Причина готовящегося покушения просматривалась сразу: такой мобильный Судья напугал кого-то очень и очень сильно. Если уже не успел расстроить только одним своим появлением чьи-то далеко идущие планы и не задел глобальные интересы. А так как присутствующие являлись наиболее информированными обитателями Галактики, то они попытались общими усилиями выяснить, откуда может исходить угроза. Ведь они в путешествиях разума успели побывать, ох, как далеко и увидеть, ох, как много.

Вот они и говорили еще целый час. Причем ухудшающееся якобы состояние Ковели никого слишком не интересовало. Протянул до сих пор, значит, и еще час, а то и два протянет. Хуже будет, если его убьют в подземном озере.

— Покушаться может только такой телепортер, как Пеотия, и равный ей по боевым качествам, — заявил Донтер. — Значит, это либо кто-то из нас, либо кто-то из дальних концов Вселенной. У меня есть карта, на которой я пометил области, в которых побывал чуть ли не каждый из нас. И думаю, я недаром надоедал вам своими вопросами. Вот, взгляните, — он включил мини-проектор, коих цивилизация цорков предоставила землянам множество.

Южный альков заполнили мириады светящихся точек и размазанных пятнышек. Кое-где они висели шаровыми скоплениями или растянутыми образованиями.

— Перед вами, дамы и господа, известная нам Вселенная. Точки и пятнышки — это галактики и их скопления.

Картина просто поражала. Заблудиться в этом калейдоскопе было раз плюнуть, даже мелькая там бестелесным разумом. Неудивительно, что некоторые так и не отыскали дорогу домой, а некоторые попадали на Землю по невероятной случайности.

Одним из тех, кто дорогу домой так и не нашел, был Алессан.

— А где мы сейчас находимся? — спросил он. — В центре комнаты? Над столом?

— Естественно! Мы — в самом центре… Показываю…

Донтер воспользовался невидимым для остальных пультом виртуального управления. Все искорки и пятнышки резко рванули в разные от центра стороны с ускорением, а центральная, до того ничем не приметная точечка стала расти, превращаясь в зависшую над всем столом спиральную галактику Млечный Путь. Затем Донтер вновь уменьшил изображение. Став размером с ладонь, родная Галактика запульсировала зеленым светом, словно маячок, и продолжала пульсировать, опять превратившись в точку.

А Донтер начал обозначать другие области пространства.

Первой пурпурным цветом заморгала точка, где родилась и здравствовала до сих пор Аларастрасийская цивилизация цорков. Затем, в противоположной стороне от Галактики Млечный Путь, и чуть дальше загорелась синим галактика расвалунгов. Еще дальше, почти над оконечностью стола, где восседал повелитель растений, замигало желтеньким пятнышком скопление звезд, среди которых находился мир адельванов. На метр выше и на два в сторону двумя цветами загорелся маячок Якоря. Именно там, среди формаций черных дыр, обитали Сатази.

— Теперь я розовым цветом обозначу те места, где побывало большинство из нас во время своих вынужденных скитаний, — сказал Донтер, и над центром стола зависла розовая клякса, доставая своими щупальцами до пурпурной точки. — А Пеотия побывала дальше всех. — Одно щупальце метнулось к краю стола, достигнув окрестностей мира адельванов. — Мне с этой картой помог мой сын. Я ему ее показал, и он молча стал передавать мне уточнения.

— И что, Сатази передали сведения обо всей Вселенной? — спросила Пеотия.

— Нет, всего не знают даже они. Может, и для Сатази существуют некие пределы проникновения?

— Отлично получилось, Донтер! — сказал император Бутен. — Не станешь возражать, если мы тебе присвоим титул Навигатора?

— Хм! С чего бы мне возражать, пусть так и будет… А теперь присмотритесь к области, которая одним краем касается Якоря, другим мира адельванов, третьим — исследованных цорками галактик, а отростком чуть ли не доходит до нашей Галактики. Никто из нас там не бывал, и что там творится — неизвестно. Но эта область близка к нам, и оттуда может и грозить опасность. Следует немедленно отправиться туда в разведку.

— Верно, — кивнул магистр Райгд. — Причем советую это сделать еще до того, как Ковели утонет в озере.

— Это может затянуться надолго, — скривился расвалунг. — Мне во всех смыслах некогда ждать.

— Плохо себя чувствуешь? — обеспокоился здоровьем старого друга Бутен.

— Упадок сил, — признался тот. И предложил: — Давайте все-таки меня на три часа окунем в воду, вы мое тельце посторожите, а уже потом будете заниматься поисками. Да и я помогу, как во время путешествия разума, так и впоследствии.

Император обвел коллег вопросительным взглядом, и на него откликнулась Сакрина:

— Ковели, а как ты в данный момент контролируешь безопасность своего организма? Беда, по словам Аналитика расвалунгов, нагрянет именно в отсутствие твоего разума, ушедшего в путешествие, а это значит, что пока ты держишь защиту, тебе ничего не грозит.

— Понял твою мысль. Если появится явная угроза, вы поступите точно так, как делал бы я сам?

Богиня кивнула, а расвалунг задумался. И не потому, что собирался утаить некий секрет собственной безопасности — такой имел каждый из присутствующих, — просто данный секрет принадлежал не только ему. Остальным Судьям могло не понравиться распространение такой информации.

Ковели вздохнул:

— Как мне ни плохо, но чтобы ответить, мне потребуется наведаться на планету расвалунгов. Думаю, за десять минут я управлюсь.

— В любом случае тебя придется топить, — успел остановить его исчезновение Райгд. — Значит, сразу встречаемся в подземелье, на том месте, где нас оживляли археологи. Мы за эти десять минут там все осмотрим самым тщательным образом.

Судья согласно кивнул и пропал в телепортационном переходе. Следом за ним исчезли из алькова и все остальные.

Оказавшись в глубоких подземельях под столицей, хардийцы быстро разбились по секторам и приступили к осмотру. Что искать конкретно, они не знали, так как никто понятия не имел, в каком виде беда нагрянет. Но старались все, при коротких встречах высказывая новые пришедшие в голову идеи.

Легче всего гипотетическому убийце было подстроить обвал, который раздавит беззащитное тело. Что станет в тот момент с путешествующим по Вселенной разумом, никто не знал, но уж ясное дело ничего хорошего. Возможно, разум вернется в тело, и только и успеет, что осознать навалившуюся смерть.

Высказывалась идея, что сквозь воду могут пропустить электрический ток и плоть проварится до несовместимого с жизнью состояния.

Имелось и оружие, способное испарить озеро. Могли воду и отравить. Запустить туда смертельно опасных микробов. Кто-то сказал, что возле тела появится зубастый монстр, попросту откусит Ковели голову и будет таков. Может, и не успеет сбежать, но уж голову никоим образом не приклеишь.

И все это — помимо предположений о забросе через телепорт убийц с ножами, пистолетами, гранатами и даже атомными бомбами. Исходили из того, что за расвалунгом ведется охота ментального плана: как только его воля, контролирующая личную безопасность, начнет ослабевать, последует подготовленная атака. А то и целая череда тщательно спланированных нападений.

Обнаружить нечто подозрительное не удалось, хотя вместо обещанных десяти Ковели отсутствовал все двадцать минут. Появился он еще более осунувшимся. Его лимит крепости и выносливости явно подходил к концу, а казавшееся еще совсем недавно бессмертным тело сгорбилось и стало как будто меньше. Подобный вид заставлял и остальных переживать за свое будущее. Они все больше и больше понимали, насколько зависят от какого-то озера, непонятного контейнера, Глотки и обязательного трехчасового утопления один раз в пять суток. Все божественные силы не могли тут помочь, и смерть становилась неизбежной, если выдернуть из этой цепочки хоть одно звено.

А ведь, по общему мнению, именно расвалунг мог считаться среди всех хардийцев наиболее сильным!

Ковели начал без предисловий:

— Мои коллеги согласны на разглашение тайны и на то, что в священном месте могут оказаться некоторые из вас. Суть в том, что у меня в сознании закреплена привязка. В случае опасности я представляю ее и тут же оказываюсь посредством телепортации рядом со своим учителем, Патриархом всех расвалунгов. Дальше, если мне плохо или я ранен, он сразу примется за мое излечение. Его возможностей хватит для уникальных операций по регенерации живых тканей. Другой вопрос, что труп и он уже оживить не сможет.

— Все понятно, — остановил друга от дальнейших объяснений Вителла. — Кому будешь раскрывать тайную суть привязки?

— Аналитик утверждал, что лучше всем вам, но это сделать физически невозможно. Могу передать только двоим, желательно наисильнейшим телепортерам. То есть тебе, Пеотия, и тебе, Вителла. Не возражаете? — Те согласно кивнули, и Ковели положил руки им на плечи. — А вы свои руки положите мне на плечи… Закрывайте глаза и попробуйте услышать пульсацию моей крови… Как только услышите, у вас в сознании начнется вырисовываться привязка…

На передачу и закрепление ушло минут пять. Ковели прямо на глазах становилось все хуже и хуже.

— Если будете меня переносить, нужно захватить как можно больше воды, — сказал Судья, когда Пеотия, стоя по пояс в озере, уже приготовилась топить его.

Она тут же предложила другим:

— Встанем с разных краев озера и будем держать постоянную ментальную связь. Чуть что, переносимся вместе с максимально возможным объемом воды вокруг Ковели. А Сакрина и Райгд останутся здесь для поимки покушавщихся на убийство.

Пеотия быстро утопила Ковели, придерживая того за плечи. Потом хардийцы рассредоточились вокруг озера и замерли, прислушиваясь к своим ощущениям и присматриваясь своими видящими в темноте глазами к окружающему пространству.

С полчаса ничего не происходило. А потом Алессан, стоявший по колено в воде на северной границе подземелий, почувствовал приближение опасности. Он с самого начала обернул свое тело выращенными им прямо тут же растениями и был уверен, что в случае электрического удара подобная защита выдержит. Но столкнулся он не с электричеством.

«Лед!» — успел по ментальной связи передать повелитель растений коллегам.

И в следующий момент шесть божественных сущностей, ориентируясь на привязку и захватив с собой несколько десятков кубометров воды, перенеслись на планету расвалунгов. Ну а приготовившиеся к сражению Сакрина и Райгд заметались по подземельям в поисках противников.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Уникумы Вселенной – 4 предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я