Выбор Невменяемого

Юрий Иванович, 2010

Самые великие и таинственные колдуньи Мира Тройной Радуги взялись за лечение Кремона Невменяемого, сильно пострадавшего в бою с Детищем Древних. Магические умения Галирем быстро поставили героя на ноги и помогли ему обрести моральное спокойствие. Осталось лишь вернуть великому воину силы Эль-Митолана. Только вот мало кто догадывается, что правительницы Огов, врачуя самого знаменитого человека, преследуют в первую очередь свои сугубо меркантильные интересы. Между тем решается судьба Гиблых Топей, кардинально обострилась обстановка у Сопла, вот-вот раскроется главная тайна Сонного мира… Кремону в силу своей непоседливой натуры частенько удается вырываться из липкой паутины внушения и зомбирования. Да и лучшие друзья Невменяемого готовы помочь в любых ситуациях.

Оглавление

Глава десятая

Паника у границы

Вполне естественно, что любые неприятности с окраин кажутся в столице надуманными и слишком раздутыми. Да и реагировать на них быстро — дело сложное и неблагодарное. Мало того что приходится нарушать размеренный, устоявшийся образ жизни, так ведь еще и плохие вести могут оказаться неверными, а то и провокационно фальшивыми. Поэтому в любом случае, пока начинает действовать, набирая разгон, неповоротливая государственная структура, какое-то время уходит на перепроверки, сбор дополнительной информации и многочисленные согласования на разных уровнях. И уже только потом проблемы не сходят с уст тех, кто замешан или непосредственно участвует в управлении государством.

И уж кому, как не Галиремам, обсуждать такие животрепещущие новости, совершенно не обращая внимания на своего привилегированного пациента, а может, и осознанно загружая его помыслы чем-то другим. Но во время одного из сеансов разговор перешел как раз на события вокруг полностью к тому времени уничтоженного поселка.

— По свидетельству командира пограничного полка, там еженощно ведутся настоящие сражения, — поражалась старшая принцесса, обращаясь к своей бабушке. — Ни разу в нашей истории о подобном не упоминалось.

— Ну почему? — Графиня Эзокан выглядела слишком задумавшейся. — Довольно часто на Нулевой уровень забирались Топианские коровы, некоторые из них даже Барьер преодолевали. Частенько следом за выходящими из Топей воинами Похода полчища валелей тянулись, словно на привязи, и тоже до полей доходили.

— Ай, это ведь совсем не то! — дергала плечиками Файналия. — Были бы случаи настолько похожими, никто бы не стал бить тревогу. Здесь совсем иное…

— О чем идет речь? — насторожился бездельничающий под двумя парами женских рук Невменяемый.

Старшая принцесса вопросительно переглянулась со своей бабушкой, та равнодушно пожала плачами, и молодому Герою была пересказана вся история разразившейся у границы с Топями трагедии. Напоследок еще и вопрос последовал, явно неоднозначный:

— Кремон, ты ведь и сам достаточно опытный исследователь Гиблых Топей, что думаешь об этих странных явлениях?

— Да, уникально и интригующе! — признался Невменяемый. — Будь во мне силы Эль-Митолана — не удержался бы и сам помчался к границе для осмотра собственными глазами.

— Там и без тебя будет кому справиться: завтра утром к границе выдвигаются основные силы нашей армии во главе с первым наследником царя. Преследуется двоякая цель: и монстров отбросить, значительно прореживая их ряды, и генеральные учения провести перед очередным Походом. Но ты лучше попробуй угадать причины такого муравьиного шевеления.

— Чего тут гадать, мне видятся только две причины, — стал рассуждать Кремон, мысленно с удовлетворением отметив, что уж теперь он сможет встречаться с Молли в любое время дня и ночи. — Либо защитное поле Барьера стало давать сбои, либо живности в Гиблых Топях развелось столько, что она не имеет там шансов прокормиться. Вот и рвется за пределы ограждений.

— И это все? Да так и мы рассуждаем. Мог бы и оригинальнее что придумать.

— Говорю же, надо вначале самому посмотреть, а так чего издалека палкой махать? Толку никакого…

После этого разговора незаметно пролетела целая неделя. Разговоры про хищную напасть из Топей продолжались, став чуть ли не основной темой дня, но особых ассоциаций или громкого отклика в душе не вызывали. Невменяемый все свободное от любви и лечения время провел в хранилищах артефактов, уже практически осмотрев все самое интересное и начав старательно разрабатывать все самое перспективное. Но к концу недели он почувствовал в душе странное разочарование: любой, казалось поначалу, уникальный предмет, в итоге оказывался бездействующей и совершенно непонятной пустышкой. Да, порой красиво, да, порой сложно и страшно витиевато, но совершенно ненужное наследство — ни в быту, ни в бою, ни в науке. Даже закралось нехорошее подозрение, что в хранилище находится только то, что давно пора выбросить на свалку или попросту раздать малолетним детям для забавы.

Все легендарные россказни о несметных богатствах огов теперь казались гостю выдумкой, и он никак не мог понять, что делать дальше. Естественно, еще оставалась целая куча артефактов, которые он для себя отобрал для исследований и экспериментов, но в то же время стал понимать, что, используя только одну голую теорию и не применяя магические умения Эль-Митолана, он ничего не добьется.

Ну еще отложил несколько вещиц для более пристального и длительного обследования. Хотя выбирал их больше по наитию, чем здравым рассудком. Несколько совершенно непонятных вещей и один вполне понятный с первого взгляда пояс. Широкий, состоящий из литых толстых пластин металла, он поражал своей обыденностью. То есть такой мог быть у любого воина и выполнял, скорей всего, чисто декоративную функцию для парада или торжественного караула. Вся несуразность заключалась в том, что пояс был найден в Топях вместе с набором других артефактов и числился в единственном числе. Подобных раритетов в мире Тройной Радуги больше не существовало. Так, по крайней мере, утверждалось смотрителем хранилищ.

Зарядить его ни Эль-Митоланам, ни попытавшейся как-то это сделать Молли не удавалось. Просмотреть какие-то магические структуры внутри — тем более. Просто носить на себе — тяжело и неудобно. А все равно пояс почему-то лежал на столе и просился на дальнейшие пробы и обследование. Только вот иллюзий по этому поводу и каких-либо надежд Кремон не питал. Наоборот — сильно расстраивался.

Именно в таком печальном и мятущемся состоянии Герой и шел по хорошо знакомой крытой террасе, когда вновь со стороны все того же окна услышал возмущенный голос Спина:

— Да что это у вас тут творится! Уже сутки не могу к тебе добраться! — Болар висел за толстенной решеткой, да еще и прикоснуться к ней боялся: — Она еще искрами лупит!

— О! Дружище! Как я рад тебя видеть! — закричал Невменяемый и указал рукой на крышу: — Давай туда, сейчас я выберусь.

И уже через несколько минут друзья встретились на крыше дворца, обмениваясь шутками и подначками. Хотя болар продолжал бурно выказывать свое недовольство:

— Чего это тут бояться стали?

— Ха! Да ты ведь ничего не знаешь. Жуткий скандал произошел. Какая-то стая твоих диких собратьев повадилась влетать во дворец и таскать разные блестящие побрякушки. В том числе и несколько жутко дорогих люстр, украшений и даже колье утащили. Царь так рассвирепел, что приказал сжигать каждого болара, который подлетает к дворцу, да Галиремы заступились за детей природы. В итоге самодержец приказал все обнести решетками, что и было сделано быстро и качественно. Но меня удивляет, почему тебя не пропустили ко мне?

— Ты меня спрашиваешь?! Кого только не просил, все отвечают, что доложат, но чуть позже — слишком, дескать, господа заняты! — И при этом Спин показал своему другу условными, давно оговоренными знаками, что за ними сейчас подсматривают и подслушивают сразу два отделенных сознания. А другим движением корешков показал, что имеет очень важное сообщение.

Поэтому Кремон понял, что следует не заострять внимание на слишком скользких темах, и отделался общеизвестным оправданием:

— Так ведь возле границы с Гиблыми Топями еженощно военные баталии с тварями идут, вот все и изнервничались. — А потом сменил тему разговора: — Ты лучше расскажи, как ваши успехи в деле окультуривания соплеменников?

Болар понял, что следует говорить как можно занудней и однообразней, и на полчаса затянул пересказ о том, как они летают с места на место и какими словами убеждают другие разумные растения. Вначале исчезло одно сияние неизвестного наблюдателя, а потом и второе. Наверняка уже все соглядатаи знали, что болары умеют видеть некоторую магию и защищаться от ненужной слежки. Так что если сразу ничего интересного друзья не сказали в беседе между собой, то и потом не скажут.

Но, как раз оставшись наедине, Спин и передал важное сообщение из Энормии:

— Там тоже всеобщая тревога на границе. Хищные монстры с каждым днем ведут себя все наглее и активнее. Нечто подобное происходит в парочке мест и в Сорфитовых Долинах. К тебе от имени короля огромная просьба помочь чем сможешь. Особенные надежды возлагаются на то, что ты отыщешь среди артефактов Древних нечто стоящее, что может восстановить или усилить запорную линию на Барьере. Конечно, они прекрасно понимают, что ты серьезно болен и находишься на излечении, но твое знакомство непосредственно с кругом Галирем, их невероятная к тебе расположенность сейчас стоят неимоверно дорого. На тебя очень надеются.

— Хе! Что толку надеяться, если мне самому ничего не известно! — рассердился Невменяемый. — Только и слышу разговоры про постоянные потери урожая в тех местах и множащиеся человеческие жертвы. Да недавно узнал, что оги потребовали от союзников колабов помощи. Ждут прибытия новой Дивизии Тотального Опустошения.

— Опять ДТО создали? — поразился болар. — Однако! Если они еще и наших собратьев-зеленючек задействуют для разведки…

— Вот и я о том же, только колабов, да еще в связке с не менее агрессивными боларами, здесь не хватало. Никто меня, конечно, не узнает в обличье ордынца, ауру мне тоже сменили, по их словам, но тем не менее…

–…Тем не менее, — с некоторой досадой продолжил Спин, — нас уговорили находиться только рядом с тобой и оказывать всяческое содействие в любом твоем начинании. И пусть это звучит несколько пафосно, но просили напомнить: Родина в опасности!

Неожиданно даже для самого себя Кремон впал в раздражительность:

— О какой опасности речь? Гигантские территории Энормии вообще несравнимы с маленькими пространствами Царства Огов. Да в королевстве Рихарда Огромного стада валелей просто заблудятся, так и не встретившись с людьми, тогда как здесь каждый клочок плодородной земли кормит семью трудолюбивых крестьян.

Выдал такую речь и сам задумался. Тогда как его друг спросил с удивлением:

— Чего это ты вдруг таким приверженцем местных крестьян заделался?

— Хм… сам не пойму. Словно из сердца такие воззвания идут… Ну да ладно, что-нибудь будем думать. Кстати, а что слышно о тех форпостах, которые Энормия соорудила на Большом острове с диплодоками?

— Уже целый месяц, как оттуда никакой весточки. И к самому острову спасательные отряды не смогли пробиться из-за невероятной активности монстров. Так что, видать, все три форпоста сгинули окончательно. И это… — Болар несколько замялся, а потом проскрипел с особой печалью: — Не хотел тебе вначале говорить, но раз уж подняли тему… С последней экспедицией на Большой остров отправился и Давид Сонный.

— Как?! — Возможная гибель одного из самых первых учителей и наставников, одного из лучших друзей, жутко расстроила Невменяемого. — Ведь Давид официальный куратор по Арке Мальвики! Неужели там со всем разобрались?

— В том-то и дело, что исследования возле Малой Арки Мальвики зашли полностью в тупик, вот Сонный и решил несколько «развеяться». Хлеби Избавляющий его отпускать не хотел, но кто-то из верхов разрешил. Вот Сонный и сбежал от своей женской команды колдуний.

Конец ознакомительного фрагмента.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я