Теория несоответствия

Юлия Еленина, 2019

Она для него – девочка-катастрофа и ходячая проблема. Он для нее – старый зануда и упертый баран. У них несоответствия во всем: в характерах, вкусах, взглядах… Их разделяет пропасть в двадцать лет, но объединяет общее дело. И ради этого приходится терпеть друг друга и все больше убеждаться, что их несоответствие не просто теория, а аксиома, которую уже не опровергнуть. Содержит нецензурную брань.

Оглавление

Глава 7 Карина

Мне хватило с Ириной Максимовной пятнадцати минут. Она меня упорно пыталась накормить, но я выпила только кофе, почти не слушая ее. Пустышка. Нет, не сама женщина, а ее рассказ.

Все, что она рассказывала, я уже знала.

Зря только вытянула ключи из кармана Калинина.

— Ирина Максимовна, — спросила я уже возле дверей, — а с Андреем Григорьевичем мама хорошо общалась?

— Ой, — махнула она рукой, тут же подхватив заползшего в коридор внука, — с Андреем они дружили, но не близко… — тут женщина запнулась и посмотрела на меня серьезнее: — Он точно не твой отец, поверь мне.

Только этого не хватало! Чтобы этот зануда оказался моим отцом? Я бы даже с экспертизой ДНК в это не поверила.

— Кстати, Андрей мне звонил около часа назад. Сказал, что скоро приедет.

— Здорово, — кивнула я, проклиная и свою идею, и методы.

Пока я обувалась, все искоса посматривала на женщину передо мной, надеясь, что Калинин не успеет сюда приехать. Но все же… Она его ровесница? Передо мной стояла бабушка, а на дедушку Андрей Григорьевич никак не тянул.

И что это? Я снова нашла в нем что-то положительное? То, что он для своего возраста неплохо выглядит?

Карина, ты идиотка. Находишь все не то.

Я бегом спустилась по лестнице, осмотрелась — спокойно пока. Завела машину и собиралась выехать со двора, как дорогу мне перегородила красная иномарка, сделав почти разворот на узком участке.

Не успела.

А он гоняет неплохо, раз смог меня перехватить. Или ему больше со светофорами повезло?

Сдать назад, что ли, и свалить быстренько? Не пойдет…

Сделав мордашку как можно несчастнее, я вышла из машины, но, видимо, не смогла скрыть удивление, когда увидела выходившую на улицу девушку. Она выглядела моей ровесницей. Следом за ней почти вылетел Калинин, спросив:

— Ты дура?

Стало обидно.

— Сам такой!

— Стоп! Вы похожи на гормонально нестабильных подростков, — усмехнулась девушка, приехавшая с Калининым.

Кто она ему? Любовница? Жена? Нет, кольца не было. Подруга? С такими красавицами не дружат. Она была почти идеальной… Лицо, фигура, голос. И глаза такие… Янтарные? Нет, немного не то… Вот! Они были медовыми. Именно медовыми, и их цвет только чуть отличался от цвета волос.

Не знаю, что за бред, но я вдруг почувствовала себя рядом с ней неуютно. Даже не так — гадким утенком. Такие красивые женщины, как она, обычно берут от жизни все и отхватывают себе в мужья миллионеров.

Не знаю, что она смогла прочитать на моем лице, но усмехнулась и сказала:

— Меня зовут Дина. Мой муж тот еще козел, и мы с ним прошли через все круги ада. Но для любви это не имеет значения. Хотя маленький совет: не выходи замуж.

— Сивцова! — рявкнул Калинин. — Ты тут решила устроила феминистский тренинг?

— Андрей Григорьевич, — повернулась к нему Дина. — Вы бы лучше ей помогли, чем так орать.

А потому что ваш уважаемый Андрей Григорьевич хранит слишком много секретов. Не знаю почему, но я это знаю. Только сейчас он намерен меня убить, судя по его выражению лица.

Калинин подошел ко мне и, протянув руку, сказал:

— Ключи.

Я горестно выдохнула и вложила их Андрею Григорьевичу в ладонь.

— Не подбросите?

— А ты не охренела ли, девочка?

— Я вам не девочка.

— Да мне пофиг.

Никогда бы не подумала, что в его лексиконе есть подобные слова. Да, виновата, не спорю. И, наверное, я в личном топе Калинина самых невыносимых созданий на планете. Вот если бы он был со мной честным, то ничего бы не случилось.

— И что, вы меня здесь бросите?

— Яндекс-карты тебе в помощь. Девочка ты большая, вокзал найдешь, если из Нью-Йорка сама добралась, — сказал Андрей Григорьевич и повернулся к наблюдавшей за нами с усмешкой Дине: — Спасибо, что подвезла.

— Ага, — кивнула она, а потом посмотрела на меня и подбородком указала на свою машину: — Садись.

Калинин закатил глаза, но даже со всем своим психологическим опытом не стал спорить с двумя женщинами. Пробормотал под нос что-то вроде: «В этом мире все сошли с ума», а потом вылетел со двора, едва не оставив на асфальте черные полосы.

Меня приглашать два раза не надо было. Забросив рюкзак на заднее сидение, я устроилась в салоне рядом с Диной. Она молчала, я тоже, хотя вопросов было много. И хоть те, на которые мог ответить Калинин, Дине нет смысла задавать, но почему-то мне было интересно узнать больше и про самого Андрея Григорьевича. Когда мы выехали из города, Дина нарушила тишину:

— Спрашивай уже. А лучше сразу расскажи, чем ты Андрея так допекла. Я за двенадцать лет его таким никогда не видела.

Эта девушка мне нравилась. В ней было что-то такое притягательно-необъяснимое, милое, но при этом чувствовался какой-то внутренний стержень.

И я рассказала ей все, начиная от Нью-Йорка и заканчивая офисом Калинина. А потом добавила:

— Поступила я, конечно, не очень… Даже сама не знаю почему, но и он тоже хорош.

— Знала бы ты, как я и мой муж друг с другом поступали, так что ты еще ангел, — усмехнулась Дина. — А Калинин хранит столько секретов, что лучше и не пытаться их узнать. Но если ты продолжишь так пытаться что-то узнать, то сделаешь только хуже. Давить на него не стоит, а то он еще больше заупрямится.

— А ты его хорошо знаешь, — протянула я, даже завидуя.

Как она смогла? Андрей Григорьевич не создает впечатление человека, который пускает в свою жизнь и голову кого попало.

И тут я, наверное, поступила снова не очень деликатно, спросив:

— Это ты та студентка, про которую говорил!

— Странно, — Дина только удивилась, но ни капли не обиделась, — обычно Калинин ни с кем никого не обсуждает. Что он сказал? Что я чокнутая? — тут она рассмеялась.

Я тоже улыбнулась. Все-таки Андрей Григорьевич был прав: у нас есть что-то общее.

— Он сказал, что у тебя снаряд в голове, как и у меня.

— Ты как будто мне не про Калинина сейчас рассказываешь, — покачала Дина головой. — Так, куда тебя отвезти?

А вот этого я не знала. Мы уже въехали в город, и я хотела предложить остановиться у ближайшей остановки или гостиницы, когда вдруг спросила:

— Ты знаешь, где он живет?

— Знаю, конечно.

Тут я, наверное, должна была спросить, может ли Дина меня к нему отвезти, но почему-то вырвался другой вопрос:

— Часто в гостях у него бываешь?

— В твоей интонации как будто нотки ревности. Если бы я бывала у него часто в гостях, то мой муж бы уже давно приковал меня к батарее наручниками, он любит этим угрожать.

Дина явно не из тех женщин, которых можно приковать, удержать или что-то в этом роде. Я-то думала, что она вертит мужем как хочет, но, оказывается, и он с характером. И как они вместе уживаются? Мне всегда казалось, что должно быть по шаблону: властный мужчина и тихая женщина, властная женщина и подкаблучник. Утрировано, но понятно. Такие типажи обычно и соответствуют друг другу.

А из похожих людей выходят хорошие пары, только если они ни рыба ни мясо.

И откуда у меня такие мысли? С психологами переобщалась, наверное.

— Мы приехали, — отвлекла меня от очередной философской мысли Дина, остановившись во дворе девятиэтажного дома. — Попробуй просто с ним поговорить. Не дави, не хами, хотя иногда сложно удержаться, не язви, пусть это и еще сложнее… В общем, постарайся быть леди.

Дурацкое предложение. Леди из меня наверняка бы даже в восемнадцатом веке не получилось.

— А ты с ним как совладала? — повернулась я к Дине.

— Это долгая история, но второй раз он на это не поведется. Слишком умен. А теперь слушай, потому что тебя ждет препятствие в виде домофона и церберши-консьержки…

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я