Глава 4
В поселок они приехали в пятом часу дня. Охранник внимательно проверил их документы, записал время прибытия, номер автомобиля, за рулем которого сидел Эдгар, и только затем пропустил визитеров на территорию. После громкого убийства здесь были приняты особые меры безопасности. Теперь все гости проходили обязательный паспортный контроль.
Стоянка автомобилей находилась примерно в пятидесяти метрах от особняка Монаховых. Машины могли парковаться только там. Стоянка около домов была строго запрещена.
Дронго и Вейдеманис дошагали до дома и обошли его со всех сторон. Некоторые окна, выходившие на улицу, были расположены достаточно низко.
— Охранник мог без всякого труда влезть в кабинет Монахова, — сказал Вейдеманис.
Дронго мрачно кивнул.
Они подошли к входной двери и позвонили. Им открыли не сразу. На пороге стояла полная женщина в черном платье и строго смотрела на гостей. Седые волосы были стянуты темной заколкой. У нее было широкое лицо, светлые, глубоко посаженные глаза.
— Кто вам нужен? — сурово спросила она.
— Здравствуйте Александра Львовна, — проговорил Дронго. — Господин Монахов должен был позвонить вам и предупредить о нашем приезде.
— Он звонил, — подтвердила женщина.
— Значит, все в порядке. Вы разрешите нам войти?
Александра Львовна, ни слова не говоря, повернулась и пошла в дом, оставив дверь открытой.
Гости вошли вслед за ней, огляделись.
— Проходите в гостиную, — раздался недовольный голос Александры Львовны. — Только сначала снимите обувь. У нас там ковер. Мы его сегодня чистили.
Визитеры взглянули друг на друга, усмехнулись, сняли башмаки и прошли в просторную гостиную.
— Садитесь. — Женщина показала на стулья, стоявшие вокруг стола, опустилась на один из них и окинула гостей не самым добрым взглядом.
— Значит, вы и есть те самые эксперты, — сказала она. — Сергей Владиленович мне звонил, говорил о вас. Здесь уже много разного народу побывало. Все никак не могут разобраться с убийством. Ходят туда-сюда, а почему, и сами не знают.
— Вас слишком часто беспокоили за последние три месяца, — сказал Дронго. — Но ведь этих людей можно понять. Они хотят выяснить тайну убийства вашего хозяина.
— Нечего там выяснять! Этот охранник влез в окно и застрелил его. Я уже все следователям рассказала.
— Извините, Александра Львовна, но мы как раз приехали, чтобы помочь в расследовании этого запутанного преступления. Давайте успокоимся и начнем по порядку.
— А я спокойно говорю. Это вы нервничаете.
— Значит, именно мне и нужно успокоиться, — согласился Дронго. — Поэтому давайте начнем с самого начала. Вы ведь работаете в этом доме уже восьмой год, не так ли?
— Не в этом. Мы только недавно сюда переехали. Я работала на старой даче, смотрела за матерью Монаховых, царство ей небесное. В доме помогала по хозяйству. Да и не восьмой год, а уже девять лет точно.
— Очень хорошо. Сергей Владиленович рассказывал мне о ваших кулинарных способностях, — вспомнил Дронго.
— Недовольных не было, — сказала Александра Львовна.
Было заметно, что ей приятен этот комплимент.
— Тем более. Значит, обитатели этого дома ценили ваши способности. Вы ведь даже не покинули его, когда отсюда ушла Регина, первая супруга Монахова.
— Не отсюда, — заявила Александра Львовна. — Здесь она вообще не появлялась. Этот дом Алексей Владиленович купил уже после развода. Да и Тамара сюда тоже не приезжает. Уже третий месяц не появляется. Ее-то как раз вполне можно понять. Не хочет видеть этого места, где убили ее мужа, и меня в город не вызывает. Вот я и живу здесь одна. Хорошо еще, что зарплату мне платят. А я готовлю еду для себя и водителей.
— Я могу только посочувствовать этой несчастной женщине, — сказал Дронго. — Здесь произошла жуткая трагедия. Можно узнать, почему вы не ушли вместе с Региной? Ведь это она взяла вас на работу, да?
— Нет. Меня пригласил Алексей Владиленович. Ему нужна была сиделка для матери. Уже потом я стала и кухаркой, и домработницей. Когда умерла его мама, царство ей небесное, я перебралась в городскую квартиру, а потом переехала сюда.
— Значит, вы лучше всех осведомлены обо всем, что происходило в этой семье, — снова польстил своей собеседнице Дронго.
Вейдеманис сидел, наблюдал за всем этим и едва мог скрыть улыбку.
— Да уж, секретов от меня не было.
— Тогда, может, вы расскажете нам, как Алексей Владиленович жил с первой супругой и почему они развелись?
— Жили плохо. Постоянно ругались. У Регины был сложный характер. Вспыльчивый, горячий. На дачу к своей свекрови она почти никогда не ездила. Та ее тоже не очень любила. Вот супруги и решили развестись. Дочка осталась с матерью. Она звонила отцу только тогда, когда ей нужны были деньги.
— Он оставил им свою прежнюю квартиру и завещал московскую.
— Я же говорю, что Алексей дочку свою обожал. И Регина всегда этим пользовалась.
— Вы не очень любили свою прежнюю хозяйку, — заметил Дронго.
— А за что ее любить-то? Жила на полном довольствии, нигде не работала и все время стервозничала. Не давала покоя мужику. Куда поехал, зачем, где был, почему поздно вернулся? В общем, доводила мужика до истерики. Ревнивая была очень.
— Алексей Владиленович давал повод?
— Наверное, давал. А почему нет? Здоровый, красивый, обеспеченный мужчина. Бабы на нем косяком висели. Почему он должен был им отказывать? Его женщины любили.
— Такая жизнь не могла понравиться его супруге.
— Дура она была взбалмошная, вот что я вам скажу. Другая молчала бы и бога благодарила за то, что такой муж попался. На всем готовом. Две машины с водителями, такая кухарка, как я. К ней прямо на дом разные парикмахерши ходили, педикюр и маникюр делали, волосы укладывали. А летом она на курорты уезжала. Что еще женщине нужно!..
— Иногда нужна бывает и любовь мужчины.
— Это все глупости. Писатели в книжках придумали. Главное, чтобы мужчина был самостоятельный и обеспеченный. А все остальное глупости. Вот у меня двое мужей было. Оба никчемные, жалкие, глупые. Зачем они такие нужны?! Обоих я прогнала.
— Правильно сделали. Такие действительно никому не нужны, — согласился Дронго, скрывая улыбку. — А Тамара, видимо, была другой, да?
— Конечно. Она все в душе держала. Никогда не позволяла себе даже голос повышать. А ведь Тамаре только тридцать годков. Жалко ее, конечно. Осталась одна в таком возрасте, ребеночка потеряла. Ну да ничего. Теперь она богатая вдова, обеспеченная. Сумеет устроиться.
— Ее не волновал образ жизни Алексея Монахова?
— Она понимала, за кого замуж идет. Разница была в шестнадцать с лишним лет. Он влюбился как мальчишка. Каждое утро водитель ей букеты цветов отвозил. Ну и уговорил ее Монахов выйти за него.
— В момент убийства ее не было дома?
— Нет. Она уже часа полтора как уехала. Как раз в полдень. Я еще приготовила им запеченную курицу с самого утра. Завернула в фольгу. Тамара сама попросила об этом. Она хотела уехать домой и остаться в городе. В последние дни плохо себя чувствовала. Ходила вся такая бледная. Ей явно было нехорошо. Не все женщины нормально переносят беременность.
— Она уехала со вторым водителем?
— Да, с Михаилом. Хороший человек, хотя и молчун. Он раньше в кремлевском гараже работал. Ему уже за шестьдесят, но мужчина крепкий. Он все время с Тамарой, сейчас тоже. Я ведь еду ей готовила и с ним посылала. Но она ничего не принимала. Все возвращала или выбрасывала. А Слава редко приезжает. Он сейчас в офисе Монахова, работает вместе с Димой. Это племянник Регины.
— А почему Монахов оставил этого парня? Судя по вашему рассказу, они расстались не очень большими друзьями. Но Монахов проявил редкостное благородство. Оставил квартиру бывшей жене, не уволил ее племянника, заботился о дочери.
— Я же говорю, что дочку он обожал. А Дима был просто нужным человеком. Всегда на подхвате, все исполнял быстро и точно. Такие помощники каждому начальнику нужны. Незаменимый адъютант — так его называл сам Алексей Владиленович.
— Тогда конечно. Они приехали вместе с Милой?
— Да, на ее автомобиле.
— Она была за рулем?
— Да. Она хорошо водит машину. Как и все современные барышни, — не удержалась от некоторого сарказма Александра Львовна.
Дронго уловил эту нотку и проговорил:
— Говорят, была эффектная женщина.
— Почему была? Она и сейчас красивая. Не стыдно гостям показывать. Одевается со вкусом, машину водит. Даже курит какие-то свои длинные папиросочки.
— Она часто сюда приезжала?
— Бывало.
— Когда Тамара была в доме?
— Нет, только без нее. Один раз даже дворами уходила ранним утром, чтобы к своей машине успеть. Тамара тогда неожиданно приехала.
— Рано утром? Мила оставалась на ночь? — сразу же уточнил Дронго.
Александра Львовна поняла, что проговорилась, прикусила губу, покачала головой:
— Это я напрасно сказала.
— Часто она оставалась?
— Нет, нечасто. Один или два раза. Я точно не знаю. Только не говорите Тамаре. Она и так настрадалась выше головы.
— Левшова и Апрелев приехали задолго до убийства Монахова?
— Нет, буквально за несколько минут и сначала прошли сюда, в гостиную. Хотели приготовить какие-то бумаги для Алексея Владиленовича и громко спорили. Я слышала их голоса.
— Что было потом?
— Мы услышали выстрел. Сначала никто не понял, что случилось. Потом еще шум был. Как будто окно захлопнулось. И ваза разбилась. Все быстро произошло. Наверное, тогда убийца и пальнул в Алексея Владиленовича. Первой в кабинет вбежала Мила, за ней Дима, и потом уже мы со Славой. Я увидела только Алексея Владиленовича, лежавшего на полу. Мила заметила убегавшего злодея и закричала. Слава побежал за ним, но упал и не догнал.
— А Мила с Димой могли зайти в кабинет раньше, до того как начали спорить?
— Могли, но не заходили. Они готовили какие-то документы, и я слышала их разговор.
— А Слава?
— Он вообще на кухне сидел и никуда не выходил.
— Вы наблюдательный человек. И очень проницательный. Это я уже понял. Память у вас отменная.
— Пока не жаловалась, — сказала польщенная Александра Львовна.
— Как вы считаете, у Милы с вашим бывшим хозяином могли быть какие-то отношения? Чуть более близкие, чем у начальника и его сотрудницы?
— Спросите прямо, были они любовниками или нет. Конечно, были. Да разве нормальный мужик может удержаться? Она в таких нарядах ходила!.. На лице было написано, что в любой момент готова услужить своему начальнику. Это ведь сразу заметно. Бесстыжая она. Сейчас таких дамочек много развелось. Ищут богатых мужиков, ничуть не стесняясь, не скрывая своих планов.
— Как на это реагировала Тамара?
— Она, по-моему, и не замечала. Спокойная женщина, умная. Разве можно мужику скандалы устраивать из-за таких пустяков? Ты жена. Значит, на первом месте. А все остальные женщины так, чисто для забавы. Я думаю, что она это тоже понимала. Нельзя ревновать всерьез к Миле. На таких не женятся. Иначе потом рога будут такие же ветвистые, как у оленя.
— Очень образно. — Дронго улыбнулся. — И все сразу понятно. Мила плакала, когда увидела убитого Алексея Владиленовича?
— Нет, конечно. Даже слезинки не проронила. Просто стояла и смотрела. Хотя было понятно, что карьера ее в этой компании закончена. А вот Дима, наоборот, суетился. Хотел даже массаж сердца сделать погибшему.
— Он дотрагивался до убитого?
— Конечно. Пытался его спасти. Слушал сердце. Но все было бесполезно.
— Вы видели, где лежал пистолет, из которого убили Монахова?
— Конечно, видела. Он рядом с ним и лежал. Но его никто не трогал.
— Вы верите, что именно охранник ворвался в дом и застрелил вашего бывшего хозяина? Я спрашиваю именно вас, так как вижу ваш здравый смысл.
— А кто еще мог убить? Мы ведь все были в доме. Он залез к нам через окно и выстрелил в Монахова. Наверное, хотел что-то украсть. Потом сбежал.
— Но вы лично его не видели?
— Нет, не видела. Врать не буду.
— А ваш водитель Слава его заметил?
— В лицо не видел. Только спину. Но его разглядела Мила. Она сразу закричала, увидев этого убийцу.
— Где он был?
— На подоконнике. Наверное, услышал, как мы побежали в кабинет, и попытался удрать. Он ведь не знал, что в доме так много людей. Я когда вспоминаю об этом, начинаю думать, что меня бог спас. Ведь обычно в доме я одна остаюсь. Этот убийца мог залезть к нам через окно и меня застрелить.
— А как он узнал про пистолет?
— Не могу сказать. Следователь меня тоже об этом спрашивал. Я даже не знала, что в сейфе у Алексея Владиленовича есть оружие. Никогда его не видела. Он мне ничего не говорил.
— Он открывал при вас сейф?
— Никогда этого не делал.
— Тогда получается, что он специально открыл сейф, чтобы оружие досталось убийце. Такого не может быть.
— Не может, — согласилась Александра Львовна. — Но нам все объяснил следователь. Молодой такой, зато очень настырный. Он говорил, что Монахов услышал, как убийца лезет в дом, достал оружие и выстрелил в непрошеного гостя. А потом он поскользнулся, упал и выронил оружие из рук. Тогда убийца взял его и застрелил Алексея Владиленовича.
— Вы верите в эту версию?
— Не знаю, — немного растерянно произнесла женщина.
— Почему?
— Мы не слышали второго выстрела, — призналась Александра Львовна. — Никто из нас. Ладно, мы со Славой на кухне были, далековато. Но Мила и Дима рядом находились, в соседней комнате, и должны были услышать второй выстрел.
— Вас это не удивляет?
— Удивляет. Но, может, мы не услышали. У меня чайник кипел электрический. Хотя второй следователь такой эксперимент провел. Он нас на кухне посадил, чайник включил, электрическую плитку и мясорубку. Потом в кабинете его человек выстрелил холостым, и мы со Славой все равно шум услышали. Может, раньше мы просто не обратили на это внимания. Или у пистолета такая штучка была. Глушитель называется. Мне потом Слава объяснял. Когда глушитель надевают, то выстрела не слышно. Такой почти беззвучный хлопок получается.
— Тогда куда девался глушитель?
— Не знаю. Пусть следователи разбираются. Я в этом ничего не понимаю.
— Но вы говорите, что услышали сначала первый выстрел.
— Услышали. Потом еще был шум. Но я не думала, что это выстрел. В тот момент окно захлопнулось или ваза упала.
— Вы собрали осколки вазы или дождались следователя?
— Я же не дура, — обиделась Александра Львовна. — Все сама понимала. Ничего не трогала, чтобы следователям не мешать. Вечером убрала, когда уже разрешили и хозяина в морг увезли, царство ему небесное.
— После того как уехала супруга Монахова, он ни с кем больше не встречался?
— Нет, не встречался. Работал в своем кабинете, ждал, когда приедут Мила и Апрелев.
— Последний вопрос, Александра Львовна. Какие отношения у погибшего были с его братом?
— Нормальные. Не скажу, чтобы очень теплые. Сергей Владиленович сюда только один или два раза приезжал. Да и на старой даче редко показывался. Оно и понятно. Ведь не его мать была. Хотя плакал, когда она умерла. Но отношения были нормальные. В ресторанах вместе отмечали все дни рождения, какие-то праздники. Да и супруга Сергея Владиленовича очень приятная женщина.
— Тогда еще один вопрос. Мог кто-то быть заинтересован в смерти Алексея Монахова? Его первая супруга или брат?
— Бог с вами. Конечно, нет. Регина полностью зависела от бывшего мужа. Он все их расходы оплачивал и брату своему помогал. Нет-нет, они никак не могли такое сделать.
— Спасибо. Вы нам очень помогли. Даже не знаю, чтобы бы мы без вас делали, — выдал очередной комплимент Дронго.
Женщина облегченно вздохнула, даже улыбнулась, настолько приятным было общение с этим незнакомцем.
— Можно теперь посмотреть кабинет, где произошло убийство? — попросил сыщик.
— Идемте, — легко согласилась женщина.
Они прошли в кабинет, находившийся рядом. Александра Львовна осторожно открыла дверь, впустила их в помещение.
Массивная мебель, книжные полки, к которым хозяин явно никогда не прикасался. Большой стол, зеленый диван, два кресла такого же цвета. На стенах пара картин, явно выполненных какими-то современными художниками.
На небольшом комоде несколько фотографий погибшего бизнесмена с его второй супругой, братом и дочерью. Все в роскошных дорогих рамках, которые обычно дарят молодоженам на свадьбу.
«Полная эклектика и кич», — подумал Дронго, оглядывая кабинет.
Два больших окна выходили на основную дорогу, проходившую мимо дома. Оттуда можно было легко влезть в кабинет или сбежать.
— Где находилось тело? — уточнил он.
— Вот здесь, в углу, — показала Александра Львовна.
Дронго прошел дальше, осмотрел место, где лежал мертвый хозяин дома. Затем он подошел к противоположной стене и так же внимательно оглядел ее.
После этого Дронго повернулся к женщине и спросил:
— А где находится сейф?
— Я не знала, что там был сейф, — ответила она. — Но потом следователь нам показал. Он находится за книжной полкой. Вон там. Она отодвигается. Но сейчас в сейфе ничего нет. Там были какие-то документы, две пачки денег. Все забрали следователи, чтобы проверить отпечатки пальцев.
— Проверили?
— Сказали, что да.
— Там были чужие отпечатки?
— Мне не докладывали. Но, по-моему, никаких отпечатков не было, иначе бы нам сказали. Молодой следователь был очень настойчивый. А второй, постарше, который потом приходил, — какой-то вялый. Спрашивает, а сам все время хмурится, как будто ему не нравится с нами разговаривать. Или он подозревает, что мы ему все время врем.
— Я его неплохо знаю. Просто у него такая манера общения, — пояснил Дронго.
— Не все могут нормально разговаривать, — согласилась женщина.
Дронго подошел к окну, достал носовой платок, открыл раму, долго ее осматривал.
— Есть трещина, — удовлетворенно пробормотал он, показывая на нее Эдгару.
Тот понимающе кивнул.
Они прошли к выходу, начали обуваться.
— Возьмите рожок, — предложила Александра Львовна.
Видимо, гости ей понравились.
— Спасибо за все, — сказал Дронго и улыбнулся на прощание.
Друзья вышли из дома.
— Удачи вам, — пожелала им вслед женщина.
— Кажется, ты ей понравился, — пошутил Вейдеманис. — За время беседы просто очаровал женщину. Выложил массу комплиментов.
— Это был единственный способ ее разговорить. Обрати внимание, что Левшова и Апрелев не сразу прошли в кабинет к Монахову. А самое непонятное — второй выстрел. Почему он был не таким, как первый?
— Мне самому это не ясно. Даже если его не услышали на кухне, то должны были различить в соседней комнате. Тогда выходит, что наши основные клиенты — как раз эта молодая парочка. Апрелев и Левшова.
— Я тоже так думаю. Они находились ближе всех к месту трагедии и должны были что-то слышать.
— Что будем делать? Уже седьмой час вечера.
— Позвони Апрелеву. Поедем к ним в офис. Может, он еще на работе. Интересно будет переговорить с этим незаменимым адъютантом. Еще нужно найти Милу. Хотя ее будет сложнее всего вызвать на откровенность. Сейчас у этой барышни появился новый хозяин.
