Золотая башня

Холли Блэк, 2018

Мастер Джозеф и его войско повержены – Магистериум и Ассамблея ликуют. Я вернулся домой, к отцу, и должен решить, как жить дальше: тем более что приближается начало последнего учебного года в Магистериуме. Однако передо мной стоит еще одна сложная задачка: после смерти Аарона я стал слышать его голос в своей голове. И не могу рассказать об этом кому бы то ни было, ведь тогда меня посчитают сумасшедшим. Аарон же более чем реален, и он нашел в моем мозгу глубоко спрятанные воспоминания. Но вот только чьи они? Колла Ханта, Константина Мэддена или кого-то еще?..

Оглавление

Из серии: Магистериум

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Золотая башня предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 6

Коллу снился сон, и в этом сне он был взрослым магом, находящимся посреди незнакомого города. Он поднял руки, и между ними засверкали чёрные молнии — молнии хаоса. Его переполняли уверенность и ощущение безграничной силы. Нечто похожее он испытывал, когда впускал внутрь себя хаос, только сейчас он знал, как им управлять.

Должно быть, именно так чувствовал себя Константин Мэдден.

Из его пальцев выстрелили залпы чёрного пламени. Он был как Зевс: мог обратить в пепел весь мир без особых усилий. Движениями пальцев он направлял разрушительный огонь, поражая других магов, пытающихся сбежать. Из-под крыш зданий вырывались языки пламени. Каменная башня с часами горела. У него не было противовеса, но это не имело никакого значения. Ничто не имело значения. Ничто, кроме силы.

Колл сел, судорожно хватая ртом воздух. Чёлка прилипла к вспотевшему лбу. У него ушло несколько томительных секунд, чтобы вспомнить, кто он и где находится — в своей кровати в Магистериуме.

Ногой он сбросил с себя одеяло в надежде, что холодный воздух разбудит его и прогонит остатки сна. Ужасного, но при этом такого приятного…

«Ты в порядке?» — обеспокоенно спросил Аарон.

«Кажется, да, — ответил Колл. — Я хочу сказать, конечно. Обычный кошмар, ничего такого».

«Это был Константин, — возразил Аарон. — Его воспоминания. Наверняка».

«Мне и раньше снились странные сны. Это ничего не значит».

«Прости, что я недавно так себя вёл, — сказал Аарон. — Давай я расскажу тебе, что нашёл, ладно? Потом мы можем придумать, как быть с… поцелуями… пока я всё ещё здесь».

Колл вздохнул.

— Проще вообще не целоваться, — нахмурился он. По крайней мере, в своей спальне он мог говорить с Аароном вслух, не боясь, что кто-то решит, будто он сошёл с ума. — Хорошо, выкладывай.

«В твоей голове что-то запечатано. Не знаю, как объяснить, но я вроде как нахожусь сейчас в большой комнате с окнами. Я могу смотреть в них, — именно так я вижу то, что видишь ты. Твои эмоции — это что-то вроде потоков, которые обмывают меня, а твои мысли складываются для меня в слова. Но когда вчера вечером мы не разговаривали, я будто врезался в закрытую дверь. Посреди комнаты. За ней что-то скрыто».

Вроде подавленных воспоминаний? — предположил Колл.

«Я думаю, это воспоминания Константина. Думаю, кто-то запер их здесь, чтобы у тебя не было к ним доступа».

Зачем кому-то это делать?

«Не знаю, — расстроенно отозвался Аарон. — Может, когда он запрыгнул в твоё тело, тело младенца, твой разум не смог справиться со всеми его воспоминаниями и просто их запечатал».

В этом что-то было.

— Или в противном случае я бы оказался взрослым в теле младенца. Может, он решил, что это сведёт его с ума?

«Не знаю, но я считаю, мы должны их высвободить».

Колл вскочил с кровати и замотал головой, хотя он понимал, что Аарон не может его видеть.

— Нет. Нет!

«Почему нет?»

Всё время, что я был с мастером Джозефом, каждую секунду рядом с Анастасией Тарквин, они все хотели от меня, чтобы я вспомнил, как я был Константином Мэдденом, потому что они надеялись, что эти воспоминания… не знаю… перепишут мою личность? Что если из-за его воспоминаний я перестану быть Коллом?

Аарон долгое время молчал.

«Я подумал, что они будут просто воспоминаниями, по тому же принципу, как я остаюсь у тебя в голове. Я всё ещё я, хотя и могу слышать твои мысли».

Но душа Константина была моей душой. Вдруг я восприму их как мои собственные воспоминания? Но даже если нет, что если они очень, очень плохие?

Колл внезапно осознал, что именно этого он и боялся, даже сильнее, чем шанса превратиться в Константина. Он боялся стать свидетелем всех тех зверств, что натворил Константин. Что если Колл вспомнит каждую мерзкую и ужасную деталь? Что если он вспомнит смерть его родной матери?

«Да, я не думал об этом в таком ключе. Но если ты всё же когда-нибудь решишься взглянуть на эти воспоминания, я ведь тоже здесь, в твоей голове. Я сделаю всё, что смогу, чтобы ты остался собой, обещаю».

Колл ощутил себя трусом.

— Дай мне подумать над этим.

Несмотря на ранний час, он не питал надежды на то, что сможет опять заснуть. Вместо этого он поднялся, взял полотенце и чистую одежду и отправился в ванную. Хэвок потрусил следом. Колл быстро помылся, пока волк ловил языком мыльные пузыри, а потом, расчихавшись, начал на них рычать.

Вернувшись из ванной, Колл с удивлением обнаружил Джаспера, с голым торсом, делающего растяжку в общей комнате.

— Ты чего? — спросил Колл.

— Настраиваюсь на предстоящий день, — ответил Джаспер таким тоном, будто это Колл был ненормальным. — Ищу психологическое равновесие для занятий магией.

— А. Ну конечно.

Когда Колл вернулся после прогулки с Хэвоком, обе девушки уже встали. Кудри Гвенды прятались под фиолетовой шёлковой шапочкой. Тамара, зевая, удалилась вместе с зубной пастой в сторону ванных комнат. Отрицать тот факт, что Джаспер и Гвенда действительно были его новыми соседями, стало решительно невозможно, но Колл всё ещё не знал, что об этом думать. Хорошо уже, что они не застали его, целующегося с Тамарой.

Колл как раз насыпал Хэвоку сухой корм, когда дверь открылась, и в комнату вошёл мастер Руфус.

— Сегодня, ученики, мы продолжим изучать металлы, как с научной, так и с магической точки зрения. Колл, ты присоединишься к нам после встречи с членом Ассамблеи.

— Звучит не очень, — заметил Колл.

— Это неформальная встреча, и мистер Раджави заверил меня, что задержит тебя совсем ненадолго.

Мастер Руфус не выглядел встревоженным, что успокаивало. И Колл знал мистера Раджави. Может, всё будет не так плохо.

— Мой папа здесь? — спросила Тамара.

— Он просил передать тебе свои наилучшие пожелания, — сказал мастер Руфус. — И сожалеет, что не может увидеться, но, по правилам, ученикам запрещены посещения.

Если только этот ученик не творец, который также может быть Вселенским Злом. Тогда тебя ждут бесчисленные посещения.

— Колл, мистер Раджави будет ждать тебя в моем кабинете. Я провожу остальных в столовую.

И они ушли, оставив Колла хрустеть хлопьями, после чего он в одиночестве отправился в кабинет мастера Руфуса.

Колл выбрал путь, ведущий вдоль множества подземных рек Магистериума. Всё вокруг окутывало потустороннее голубоватое сияние, исходившее от мха. По дороге Колл оглядывался по сторонам в поисках Уоррена и даже несколько раз позвал маленького ящера по имени, породив гулкое эхо. Колл был уверен, что видел Уоррена с лодки, но к окончанию недолгого плавания пришёл к выводу, что ящер его избегает.

Остановившись у двери в кабинет Руфуса, Колл постучал и услышал доносящийся изнутри голос мистера Раджави:

— Входи.

Кабинет выглядел практически так же, как и всегда. Те же заклеенные листами бумаги стены, но теперь Колл мог распознать написанные на них алхимические уравнения. Место большого дивана заняли дополнительные книжные полки, а старый рабочий стол заменил новый из прозрачного поблёскивающего материала — кварца, как предположил Колл. Отец Тамары сидел за письменным столом Руфуса.

«О господи, — подумал Колл. — Отец Тамары!»

А он совсем недавно её целовал. Поэтому мистер Раджави был здесь?

«Не городи ерунды, — отрезал Аарон. — Он что, по-твоему, экстрасенс?»

Кимию посадили под домашний арест за её отношения с Алексом Вселенским Злом, — так сказала Тамара. Мистер Раджави определённо был против, чтобы его дочери встречались с представителями Вселенского Зла.

Колл с широко открытыми глазами опустился в кресло напротив стола. Мистер Раджави пристально посмотрел на него, не улыбаясь. На нём был дорогой на вид чёрный костюм, а на запястье поблёскивали толстые золотые часы. Борода была аккуратно подровнена.

«Я должен что-то сказать насчёт Тамары», — подумал Колл.

«Вовсе нет!» — всполошился Аарон.

«Я должен его успокоить», — возразил Колл.

«Успокоить насчёт чего? Ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО поцеловал Тамару. Просто держи язык за зубами, Колл».

Мои намерения чисты! — выпалил Колл.

Он хотел продолжить, но Аарон заполнил его голову громким жужжанием, как от гигантской сердитой пчелы.

Мистер Раджави моргнул.

— Это хорошо, сынок. Рад слышать, что, несмотря на душу Константина Мэддена внутри, ты хочешь прожить достойную жизнь.

«Был на волоске», — пробормотал Аарон.

По крайней мере, он заглушил жужжание. Колл неуютно поёрзал в кресле.

— Перейду сразу к делу, — сказал отец Тамары. — Твоя мать, Анастасия Тарквин, спрашивает о тебе.

— Она мне не мать. — Накатившая на Колла волна злости смыла остатки смущения. — Она была матерью Константина Мэддена, а я — не он.

Мистер Раджави легонько улыбнулся.

— Мне нравится твоя уверенность. И я знаю, что моя дочь высокого о тебе мнения. Хотя с некоторых пор я начал подозревать всех, о ком мои дочери думают хорошо.

«Может, тебе всё же стоит сказать, что ты поцеловал Тамару, — передумал Аарон. — Он придурок».

«Он всегда был таким, — уточнил Колл. — Просто ты этого не замечал, потому что с тобой он себя так не вёл».

Ему немедленно стало стыдно за эти мысли, но времени на объяснения с Аароном не было: нельзя было затягивать паузу слишком долго.

— Если вы об Алексе Страйке, то я тоже рад, что он мёртв, — прямо заявил Колл. — Но я не хочу видеть Анастасию.

— Она в Паноптиконе, — сообщил мистер Раджави. — Днём прошло слушанье. Её приговорили к пожизненному заключению.

Для Колла это известие стало потрясением. Он постарался этого не показать, но его пальцы стиснули подлокотники кресла. Может, всё же стоило согласиться на встречу с ней, но от одной лишь мысли, как он вернётся в Паноптикон и окажется по другую сторону магического стекла, у него потемнело перед глазами. Кроме того, ему нечего было сказать Анастасии. Он не мог ей помочь. И ему совсем не хотелось снова притворяться, будто он не против, что она зовёт его Константином.

Он подумал о запечатанных в его голове воспоминаниях, обнаруженных Аароном. Возможно, если он увидит их, то проникнется к ней некими чувствами, как она и надеялась. Но это лишь укрепило его решимость не снимать с них печать.

— Я обязан туда отправиться? — спросил Колл.

— Разумеется, нет, — ответил мистер Раджави. Отказ Колла, похоже, его успокоил. Наверное, он и сам не горел желанием посещать Паноптикон. — Если передумаешь, сообщи мастеру Руфусу.

Колл встал, полагая, что встрече конец, но мистер Раджави не пошевелился. После секундного замешательства Колл опять сел.

— Вы что-то ещё хотели?

— У меня к тебе предложение. Скоро ты закончишь Магистериум. После Золотого года ты официально станешь магом, причём крайне могущественным, творцом. Я хочу, чтобы ты поступил в Коллегиум. Я гарантирую, что тебя возьмут на лучшую программу обучения. Я расчищу тебе дорогу, чтобы ты стал очень влиятельным магом, возможно, со временем, и членом Ассамблеи. Но нам нужно, чтобы ты перестал применять магию хаоса без особого разрешения от Ассамблеи. Мы хотим, чтобы ты был нашим творцом.

Колл от изумления потерял дар речи. Не то чтобы он носился по округе и творил магию хаоса налево и направо, забавы ради. Но ведь именно мистер Раджави вынуждал Аарона развлекать гостей на своих вечеринках фокусами с использованием магии хаоса. Значит, тогда подобное его устраивало, а сейчас — нет?

«Может, Ассамблея тоже даст тебе разрешение показывать на вечеринках фокусы с использованием магии хаоса», — с несвойственным ему цинизмом предположил Аарон.

— Как вы узнаете? — спросил Колл.

Брови мастера Раджави приподнялись. Должно быть, подумал Колл, человек, собирающийся играть по правилам, не стал бы задавать такой вопрос.

— Ну, мы выберем тебе новый противовес.

Новый противовес? Колл не ожидал, что эта мысль вызовет у него столь сильное отвращение. Аарон был его лучшим другом. Поэтому он согласился стать противовесом Аарона, а тот — его.

«Я всё ещё твой лучший друг, — вмешался Аарон. — Если ты начнёшь думать обо мне так, будто я мёртв, я взбешусь по-настоящему».

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

Из серии: Магистериум

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Золотая башня предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я