Глава 2
Смена имиджа
В пятницу вечером к маме пришли гости — соседка тетя Зина и Ангелина Леонардовна, бывшая мамина однокурсница.
— Ах, Люба, милочка, как ты необыкновенно сегодня выглядишь! — заахала Ангелина Леонардовна, глядя на маму, и прижимая руки к груди, как в театре. — Что за дивная прическа.
— Это называется колорирование, — со скрытой гордостью произнесла тетя Зина, надувая пухлые щеки. — Я сама Любочку красила. Четыре разных оттенка, близких по тону. Ничего кричащего, но вместе с тем какой объем!
Волосы у мамы и так были густыми, замечательными, но тетя Зина не могла не хвастаться. Она работала парикмахером в модном салоне. Между ней и Ангелиной Леонардовной тоже существовал скрытый антагонизм — они немного ревновали друг к другу Олину маму.
Ангелина Леонардовна сразу переключила свое внимание на Олю.
— Детка, как ты выросла! — застонала она, хотя в последний раз видела Олю дней десять назад.
Потом мамины подруги сидели за столом, все так же шумно обсуждая какие-то светские новости, а Оля уткнулась в свой телефон, на нее никто не обращал внимания.
— Так где вы теперь работаете, Ангелина Леонардовна, я не расслышала? — кудахтала тетя Зина, одновременно накладывая внушительной горкой себе на тарелку салат «оливье». — Ах, в акционерном обществе закрытого типа… Замечательно! И что же вы там делаете?
— Я бухгалтер, — немного смущаясь, ответила та. — Занимаюсь бухгалтерскими расчетами.
— Замечательно! — воскликнула тетя Зина, хотя считала только свою профессию самой важной и интересной.
Ангелина Леонардовна очень следила за своей фигурой — ее блюдо украшали лишь листики салата и веточка укропа. Оля знала, что Ангелина Леонардовна помешана на здоровом образе жизни, и даже обливается холодной водой каждое утро, и пытается приучить к этому своего мужа, крупного научного работника, и сына Вовочку, который недавно пошел в первый класс, и они очень страдают от этого здорового образа — все время чихают и тайком покупают себе колбасу, такую вредную и калорийную, но зато сытную.
Что такое «бухгалтер», Оля представляла смутно, правда, она знала, что это сейчас очень распространенная профессия, такая же, как менеджер или юрист.
— Расскажите, есть ли у вас хобби! — не унималась тетя Зина. — Какие у вас интересы в жизни?
— Ангелина увлечена здоровым образом жизни, — улыбнулась мама. — Зиночка, тебе крылышко или ножку?
Тетя Зина потребовала себе куриную ножку, а потом еще крылышко и грудку и на некоторое время затихла, увлеченная содержимым своей тарелки.
Оля ушла от взрослых на кухню, и тут в голову ей пришла замечательная мысль, она даже забыла про игру в своем телефоне.
Как же так, она сама недавно дала Эльвире потрясающий совет, почему бы этот совет не применить к себе?
Надо сменить имидж!
И тетя Зина должна была ей в этом помочь. Но сейчас тетя Зина ела, пила и болтала за троих, поговорить с ней было невозможно. Остаток вечера Оля провела, то и дело поглядывая на часы.
Потом Ангелине Леонардовне стал звонить ее муж, утверждая, что им с Вовочкой очень одиноко, — и она уехала на такси. Тетя Зина оказалась в полном Олином распоряжении.
Она увязалась за соседкой.
— Я к Вите, — сказала Оля. — Он еще не спит?
Витя — сын тети Зины, он учился в параллельном классе и был для Оли почти как братом, ведь их мамы дружили очень давно.
— Да нет, что ты! — всплеснула тетя Зина пухлыми руками. — Сидит в своем Интернете, не могу выгнать.
Их квартира находилась на противоположной стороне лестничной площадки. Витя действительно сидел за компьютером и при виде Оли покраснел. У него была такая кожа — по любому поводу он краснел.
— Что делаешь? — спросила Оля, хотя можно было не спрашивать — и так видно.
— Да вот, на одном форуме сижу.
— Интересно?
— Еще как! Мы с единомышленниками обсуждаем, каким должен быть мир будущего.
— Ну и каким? — спросила Оля.
— Идеальным и справедливым! Как? Спроси меня!
Оля подумала про любовь, про отношения — какими они должны быть будущем, по мнению Вити, но спрашивать, конечно, не стала, а задала совсем другой вопрос:
— И как там в будущем с преступниками, их всех изолируют?
— Согласно логике, преступления и преступники — исчезнут, — важно произнес Витя.
— Да-а, — протянула она. — С чего бы…
— Ну ты как будто фантастических фильмов не смотрела, книг не читала… Преступления научатся заранее предупреждать.
— Да слышала я про такое. Но я вот одного не понимаю — как из плохого человека — сделать хорошего. Это ведь проще, чем предупреждать все плохие дела!
— Погоди, где-то мы с друзьями обсуждали этот момент… — пробормотал Витя. — Сейчас найду.
На экране замелькали страницы с форумной перепиской, картинки с причудливыми сюжетами. Картинки Оле понравились больше, чем объяснения Вити. Оля пришла в восхищение от нарядов девушек будущего…
Она увлеклась просмотром иллюстраций, и с трудом вспомнила, что на самом деле пришла сюда совсем по другому поводу.
— Ладно, — сказала она, отходя от компьютера. — Мне, собственно, твоя мама нужна.
Тетя Зина была на кухне и гремела кастрюлями — оказывается, она уже проголодалась.
— Надо перекусить, — повернулась она к Оле доверительно. — Не могу уснуть на пустой желудок.
«Пустой?» — чуть не воскликнула Оля с ужасом, но потом решила промолчать — кто их разберет, этих взрослых.
— Теть Зин!
— Что, детка?
— Ты ведь в салоне работаешь, да?
— А то ты не знаешь! — засмеялась она, переворачивая на сковородке свиные отбивные, которые громко шипели и шкворчали.
— И людей стрижешь?
— Стригу! А также крашу, укладываю, даже делаю биозавивку.
— Теть Зин, не могла бы ты…
Соседка дожарила отбивные и выложила их на тарелку.
— Детка, я, кажется, поняла, что тебе надо, — заговорщицки улыбнулась она. — Приходи ко мне послезавтра. Ты ведь знаешь, где я работаю?
— Да, — улыбнулась в ответ Оля.
— Мы из тебя красавицу сделаем, все мальчишки в обморок попадают. Ты ведь влюбилась, да?
Тетя Зина была такой веселой, круглой, она с таким аппетитом все делала — ела, готовила, улыбалась, — что с ней невозможно было быть скрытной.
— Да, — ответила Оля просто. — И я хочу, чтобы э-э… один человек обратил на меня внимание.
— Еще как обратит! — с энтузиазмом воскликнула тетя Зина.
Сзади, в комнате, что-то грохнуло, будто стул упал.
— Значит, до послезавтра?
— Я приду, обязательно приду, теть Зин!
…Муся и Оля сидели на третьей парте у окна. Асаф Каюмович рассказывал о Достоевском, не замечая монотонного шуршащего гудения, которым был наполнен класс. Он всегда рассказывал о Достоевском, какой бы ни была тема урока. Вот и сегодня он поговорил немного о лорде Байроне и английской поэзии девятнадцатого века, а потом незаметно сполз на своего любимого писателя.
Оля всегда пыталась поймать тот момент, когда Асаф Каюмович переходил от обязательной темы — к Достоевскому, но каждый раз терпела неудачу. Переход был столь органичен и логичен, что Оля не замечала его. Многие родители жаловались, что Асаф Каюмович не дает полного объема знаний своим ученикам, но, как ни странно, в школе все хорошо знали литературу, и строгая директриса, Елена Леонидовна, очень гордилась тем, что многие из учеников пошли в гуманитарные вузы.
Вот и сейчас класс не слушал учителя, все занимались своими делами — кто рисовал бесконечные комиксы, кто доучивал английский, а кто просто болтал, но никто не осмеливался мешать Асафу Каюмовичу чересчур вызывающим поведением.
Только Каткова и Вишневецкая на задней парте оживленно обсуждали какую-то статью, в которой речь шла об их любимом скрипаче — молодом, талантливом и очень красивом.
Оля посмотрела на Мусю — та сидела, чуть раскрыв рот, и как будто внимательно слушала Асафа Каюмовича, но на самом деле думала о чем-то своем.
— Муся! — тихо позвала ее Оля.
— А?.. Что? — рассеянно отозвалась та.
— Закрой рот, а то муха залетит.
— Да ну тебя! — рассердилась Муся, отвлекаясь от своих грез.
— Мусечка, не сердись, но мне ужасно интересно, о чем ты сейчас так напряженно думаешь.
— Ни о чем, — нахмурилась Муся. — Я Асафа Каюмовича слушаю, а ты своих мух считаешь.
— Каких еще мух?
— Послушай, Оля, — прошептала она. — У Достоевского в романе «Преступление и наказание» солнце два раза всходило, но никто из читателей этой ошибки не заметил. Такова сила таланта!
— Ну и что?
— Я вот думаю: а что, если мне тоже роман написать?
Оля всегда ждала от своей подруги чего-то подобного, поэтому особенно не удивилась.
— Напиши, — сказала она. — Про любовь, конечно?
— Ну… — покраснела Муся. — Что-то вроде того. Как Достоевский, я все равно не смогу.
— Ты придумаешь или что-то из жизни возьмешь? Про наш класс, например?
— Да, это было бы здорово, — мечтательно сказала Муся.
Оля посмотрела на Римму Денисяк, которая сидела за первой партой и сосредоточенно строчила что-то в тетрадке вслед за Асафом Каюмовичем.
— И про Денисяк? — спросила Оля.
— Можно и про Денисяк, — легко согласилась Муся.
— Она же зубрила!
— Зубрилы тоже люди. — Муся отличалась повышенным чувством справедливости. — Они тоже любят и страдают.
— Только не Денисяк.
Оля еще раз посмотрела на отличницу, которая сидела на первой парте, под носом у учителя. Денисяк была довольно упитанная, в очках, со старомодной косой, и за глаза ее звали Крупской — потому что она чем-то была похожа на эту историческую личность. Совершенно невозможно было представить, чтобы Римма Денисяк по прозвищу «Крупская» — любила, страдала и мечтала о чем-то, кроме как о поступлении в институт.
— Может быть, я скоро подскажу тебе тему для романа, — вдруг сказала Оля. — Настоящего романа из жизни. Он — высокий красавец, такой весь загадочный и мрачный, как будто уже успел разочароваться в жизни, а она — хрупкая блондинка с голубыми глазами, мечтает пробудить его чувства.
— Хрупкая блондинка с голубыми глазами? — переспросила Муся, подозрительно глядя на свою подругу. — Скорее выгоревшая на солнце шатенка не с голубыми, а светло-серыми глазами! И совсем не такая уж хрупкая! Оля, рассказывай обо всем немедленно!
— Нет, не сегодня! — тихонько засмеялась Оля. — Сегодня мне еще пока не о чем рассказывать. Но скоро весь мир узнает о хрупкой блондинке с голубыми глазами, которую зовут… господи, как же ее назвать, чтобы имя было совершенно особенное, а не такое простое, как Маша, Лена, Катя…
— Или Оля, — закончила мысль Муся. — Что ж, можно придумать имя и поинтереснее. Пусть нашу героиню зовут… Аэлитой.
— Нет, лучше Ариадной!
— У нас дальняя родственница живет в Феодосии, тоже Ариадна — такая необъятная, с огромным носом и черными усами! Нет, пусть лучше будет Арабеллой.
— Арабелла оробела. И почему мы все только на «а» придумываем?
— Гертруда, Цецилия, Рапунцель! — выпалила Муся.
— Какая еще Рапунцель? — прыснула Оля, стараясь не привлекать к себе внимания.
— Ну, как в детской сказке — «Рапунцель, Рапунцель, спусти свои косоньки». Про девушку в башне. Или Теона. Принцесса Теона из нового большого мультфильма, что в следующем месяце выйдет. Ты трейлер к мультфильму смотрела? Я могу потом кинуть ссылку на него.
— Теона, — задумчиво повторила Оля. — Да, слышала про такое кино. Теона. А что? Неплохое имя.
…Салон, в котором работала тетя Зина, находился в соседнем доме. Оля там никогда не была, обычно она ровняла волосы в недорогой парикмахерской на соседней улице, где и мужчин и женщин стригут в одном зале. Тетя Зина все время предлагала зайти к ней, но мама почему-то отказывалась и говорила, что нельзя эксплуатировать друзей, и очень редко пользовалась услугами своей подруги. Вот только недавно решилась сделать у Зины это свое колорирование, которое было обычным окрашиванием, правда, в разные цвета, близкие по оттенку, — вроде бы ничего особенного, но на самом деле волосы у мамы теперь переливались на солнце то каштановым, то шоколадным, то чуть рыжеватым…
Оля вошла в салон, стеклянная дверь мягко захлопнулась за ее спиной, нежно звякнул колокольчик.
— Вы к кому, девушка? — поднялась навстречу Оле красавица с длинными смоляными волосами, такими блестящими, будто их покрыли паркетным лаком.
— К тете Зине, ой, к Зинаиде Анатольевне!
— Минутку.
Красавица вышла, а потом вернулась с тетей Зиной. На тете Зине был светло-голубой халат, который делал ее похожей на большое облако.
— Оленька! — взвизгнула она, прижав к себе Олю пухлыми руками. — Решилась! Ты не бойся, сейчас мы из тебя преобразим!
— Я и не боюсь, — мужественно сказала Оля.
Тетя Зина привела ее в небольшой зал, где все было в зеркалах и мраморе, а с потолка свисали необыкновенно красивые светильники в виде лиан и пахло, словно в тропическом лесу, — сладко и сильно, даже чихнуть захотелось.
Посетителей в этот дневной час отсутствовали, и поэтому все внимание персонала устремилось на вновь вошедшую.
— Это дочка моей подруги! — торжественно сказала тетя Зина. — Надо сделать из нее конфетку. Она влюбилась!
Оля покраснела, но женщины, которые работали в салоне, вдруг закудахтали и окружили Олю, словно им заняться было нечем. Но им действительно сейчас нечем было заняться!
— Я ей могу маникюр сделать! — сказала одна, тоже в голубом халате.
— А я — специальную маску для лица, для проблемной подростковой кожи! — воскликнула другая.
— Но у меня нет особых проблем, — смущенно пробормотала Оля.
— Проблемы у всех есть! — с воодушевлением воскликнула женщина-косметолог, словно ничего важнее ее профессии в мире не было. — Кожа станет как персик!
Оля и не заметила, как ее посадили в кресло и принялись его вертеть в разные стороны.
Из отдельного кабинета вдруг вышел массажист в шелковом халате, напоминающим кимоно, строго посмотрел на всех.
— Не перестарайтесь! — сурово сказал он. — А то сейчас такую куклу Барби сделаете, что смотреть тошно будет.
— Она влюбилась! — пискнула тетя Зина. — На нее должны обратить внимание.
— Кто он? — все так же сурово спросил массажист. — Ну, какой у него характер, что он за человек, тот, в которого ты влюбилась?
Оля совершенно не знала Никиту, и ей очень неловко было от того, что все внимание было обращено на нее, но она сказала:
— Он серьезный и романтичный юноша. И он равнодушен к девушкам модельной внешности…
— Девочки, вам ясно? — рявкнул массажист. — Никаких конфеток! Сделайте из нее… кто ему нравится?
— Принцесса Теона из нового мультфильма, как его, забыла название… В следующем месяце выйдет в прокат! — вдруг выпалила Оля.
— Сделайте из нее, как ее там… принцессу Теону! Кстати, как она выглядит?
Никто не знал.
— Минутку, мне же реклама недавно приходила… — вспомнила одна из сотрудниц салона, и показала всем экран своего телефона. На экране была изображена девушка с золотыми, уложенными в косу, волосами и в каком-то зеленом, воздушном наряде. «Да, хотела бы я быть на нее похожей, на эту Теону…» — взволнованно подумала Оля.
«Трудный возраст» — не раз слышала Оля в школе от учителей, и она хорошо представляла, что это такое. Если ты девчонка, то злишься и плачешь без причины, и иногда тебе кажется, что ты одна в целом мире и никому из взрослых нет до тебя дела. Вот Муся — она часто обижалась, и по любому поводу из ее глаз брызгали крупные, точно горох, слезы. О себе Оля знала, что она никогда не станет кукситься по пустякам. Но у нее была другая проблема.
Обычно о ней Оля не вспоминала, потому что жизнь ее текла по размеренному, привычному руслу — школа, дом, бабушка, прогулки с Мусей по знакомой улице — одни и те же люди вокруг, одни и те же разговоры. Но зато на девочку нападала страшная неуверенность, когда в этом мире что-то менялось. Олю пугали перемены! Вот и сейчас, после посещения салона красоты, Оля почувствовала, как ее бьет дрожь и страшно выйти на улицу. Она, перед выходом, посмотрела на себя в зеркало и жутко перетрусила. Но вовсе не потому, что в салоне из нее сделали чучело, совсем даже наоборот. Потому что из зеркала на нее взглянула в ответ хорошенькая, даже как будто незнакомая девушка.
Все началось с того, что тетя Зина предложила покрасить волосы, и Оля сначала отказалась, но потом согласилась — когда тетя Зина со смехом сказала ей, что никаких глобальных перемен не произойдет.
— У тебя очень хорошие волосы, длинные и густые, как у твоей мамы, — важно произнесла тетя Зина. — Но цвет…
— Что — цвет? — не поняла Оля.
— Цвет у них какой-то неопределенный. Ни темный и ни светлый, а так — серединка на половинку, что-то совершенно неинтересное. Кстати, у большинства женщин такой цвет волос. Естественный колор сейчас на пике популярности, но ты уж совсем на серую мышку похожа…
— Что же делать?
— А мы их чуть-чуть изменим, твои волосы. Будут, как у твоей принцессы — с золотистым оттенком. Не бойся, в розовый или синий цвет никто тебя красить не станет, хоть это тоже сейчас модно, да только, боюсь, мама твоя, пожалуй, по головке меня не погладит, если я сделаю с тобой что-то радикальное.
Волосы теперь у Оли были действительно замечательные, с золотистым оттенком, как будто в них запуталось солнце. Тетя Зина слегка подровняла концы, а потом уложила волосы в пышную косу. Но это была совсем особенная коса, не такая, как у серьезной отличницы Денисяк, — Олина коса была объемной, да к тому же украшенной необыкновенными заколками, которые тетя Зина использовала для свадебных причесок, а сверху она еще побрызгала специальным лаком с блеском.
Затем маникюрша, вернее, специалист по ногтевому сервису — сделала Оле маникюр, одновременно дама-косметолог — Олино лицо щедро намазала различными кремами. Потом наступила очередь визажистки… Теперь девочка выглядела совершенно другим человеком.
Массажист Майкл, который принимал во всех хлопотах деятельное участие, тот самый, что в кимоно — наказал Оле надеть что-нибудь зеленое, по фигуре.
— Есть у тебя такое? — сурово спросил он. — Как у принцессы этой наряд?
Он ткнул пальцем в экран уже своего телефона — тоже нашел афишу.
— Да, — сказала она. — Есть.
— Тогда твой парень перед тобой не устоит!
Словом, все эти перемены во внешнем виде — вызвали у Оли неуверенность и волнение… Но она мужественно решила идти до конца.
Дома Оля позвонила маме и попросила разрешения надеть ее зеленый костюм и любимые босоножки. С недавних пор мамины вещи стали Оле как раз, да и размер ноги совпадал. «Скоро меня станут путать с тобой!» — смеялась мама.
— Ты идешь в гости? — удивилась мама — она в этот день опять пропадала у бабушки.
— Не совсем, — смутилась Оля. Как хорошо, что мама сейчас не видит ее! — У нас сегодня… у нас сегодня дискотека в школе. Супермегавечеринка!
Это тоже было слово из какого-то кино.
— А Муся пойдет?
— Конечно! — с жаром воскликнула Оля.
— Осторожнее с босоножками, не переломай ноги — у них очень высокий каблук!
Почему-то Оля не стала говорить маме, что идет на свидание с юношей. Да разве Никита приглашал ее на свидание? И вообще, он, кажется, и не заметил ее в тот раз. Вот и тетя Зина — для кого ты так стараешься, да кто он, да что он… пришлось ей немного соврать. Сказала, что ей понравился мальчик из соседней школы.
Обычно Оля ничего и ни от кого не скрывала, но сейчас… Никита был ее тайной, ее болью. А вдруг она не встретит его сегодня, а вдруг встретит, но и в этот раз он пройдет мимо?
И вот, как назло, перед самым выходом из дома на нее напал этот дурацкий страх, так некстати!
Она стояла перед зеркалом в темно-зеленом шелковом мамином костюмчике (эх, надо бы платье, но платья не было, впрочем, костюм был ничем не хуже), в изящных босоножках, невероятно красивая, незнакомая, и вся дрожала от смятения.
Конечно, если бы она выбежала из дома в своих любимых джинсах и кроссовках, ни о каком страхе не могло быть и речи.
— Я должна! — твердо сказала Оля принцессе Теоне, которая смотрела на нее из зеркала. — Я сильная, я все смогу.
У нее мелькнула мысль позвать с собой Мусю, но потом она вспомнила, что Муся сегодня занята — у них дома ждали приезда каких-то очередных родственников.
Наконец Оля вышла из дома.
Первые несколько шагов до троллейбусной остановки дались ей с трудом — ноги на каблуках вихляли, чуть расклешенные книзу брюки обвивали щиколотки, хотя Оля и побрызгала их перед выходом антистатиком, но потом какое-то безумное отчаяние вдруг овладело ею. «Я смогу!» — прошептала она, держа спину прямо. И сразу брюки перестали закручиваться вокруг ног, походка сделалась ровнее, а каблуки перестали вихлять.
Оля села в троллейбус и поехала к заветному дому, теперь она даже не могла вспомнить, по какой причине оказалась там в первый раз.
Все смотрели на нее — и было непривычно и странно ощущать себя взрослой красивой девушкой. Скоро Олин страх совсем прошел, и она уже начала получать удовольствие от своего нового образа. «Теперь всегда буду ходить такой, — решила она. — Чем я хуже Эльвиры?»
На нужной остановке она вышла и направилась в сторону дома, в котором жил Никита. Она совершенно не представляла, каким образом они познакомятся. Правда, на крайний случай Оля решила использовать рекомендации, которые давались на психологических сайтах.
«Ты нерешительна? — спрашивал модный сетевой журнал для девушек и тут же отвечал: — Вежливость — вот лучшее оружие. Поздоровайся первой — это вызовет удивление и интерес. Можешь сказать, что спутала его с одним давним знакомым, тут же извинись, что обозналась, и быстро, не теряя времени, произнеси несколько ничего не значащих фраз — о погоде, об окружающем пейзаже — закрепи интерес к себе. Затем можно поинтересоваться, где он учится. Вопрос должен быть общим, не личным и требовать распространенного ответа, а не простого «да» или «нет». Вторая схема — какой-либо комплимент плюс вопрос. Наверное, не стоит сразу смущать парня прямыми комплиментами. Лучше произнеси какой-то общий, косвенный комплимент — про его велосипед, ролики, надпись на майке. Старый добрый способ, который использовали наши прабабушки, тоже сгодится: урони что-нибудь — сумку, ключи, платок… Как джентльмен, он подаст их тебе, а уж завязать разговор, думаем, не составит труда. Спроси у него о его любимой книге, музыке. Скажи, что ты тоже их обожаешь!»
