Глава 7
Вывод
— Никакая это не абракадабра, — осудила мужа Нина. — Екатерина II и «потемкинские деревни». Вот о чем говорит Нострадамус!
— Ну, это еще как посмотреть, — бросился в спор Юра. — Мишель де Нотр Дам это глаголет или товарищ Осин выпендривается.
— Какая богатая лексика, — дала уничижительную оценку его эскападе супруга. — Заслушаешься!
— А если по-существу? — не сдавался Юра.
— А если по-существу, то думать следует о другом. Ты прав, налицо противоречие: с одной стороны нам недвусмысленно указывают на «Горизонты грядущего», как причину всех неприятностей, с другой — разбрасываются страницами из нее. О чем это говорит? Только об одном: прежнее наше умозаключение неверно, и книга Осина тут ни при чем.
Юрий Максимович Камзолкин понял, что пришел его звездный час.
— Ты ошибаешься, любимая, — вкрадчиво сказал он.
— То есть?
Нина была удивлена, что чрезвычайно порадовало Юру. Все-таки он тщеславен, что скрывать, есть грех. Но он с ним будет бороться. Потом. Когда-нибудь.
— Они не оставляют нас в покое потому, что нужных страниц они в рукописи не обнаружили.
— Чепуха какая-то! — воскликнула Нина. — Куда же они делись? — и посмотрела на свою сумку. Она хотела что-то сказать, но Юра приложил палец к губам. Выхватив из кармана ручку, он написал на листке перекидного календаря: «А вдруг нас подслушивают? Пойдем погуляем». Нина взяла карандаш и тоже стала писать: «А дверь?». Юра вырвал листок, скатал в шарик и бросил в урну, после чего подмигнул заговорщически:
Конец ознакомительного фрагмента.
