Артинский ярус. Круги на поверхности. Апокалипсис сегодня

Сергей Шевалдин

В сборнике содержатся уже публиковавшиеся ранее «Артинский ярус» и «Круги на поверхности».«Артинский ярус» – фактически пророческий роман-антиутопия, действие которого разворачивается осенью 2020 года. Новое осмысление Апокалипсиса. Жизнь после общей Погибели.«Круги на поверхности» – сборник жизнеутверждающих и очень тонких эмоциональных эссе о природе и рыбалке.Эти два произведения щедро подчеркивают мастерство уральского «партизана», хотя, казалось бы, совершенно взаимоисключают друг друга. Книга содержит нецензурную брань.

Оглавление

Звездная пыль

Екатеринбург — Москва

Сентябрь 2020 г.

— Ну и как я это переправлю? Разве что кто-то когда-то в Москву полетит, да соизволит к тебе в Химки заехать или какой другой невероятной попутной лошадью получится, — пытала Светлана академика. — Вообще я не знаю, что это такое, да и нужно ли это кому-нибудь, но хотелось бы понять. А чтоб понять — нужно исследовать. У нас нет базы…

— А у нас как раз есть все возможности: изучим, оценим, взвесим! — заявил собеседник. — Почта — это надежно. Надеюсь — твой вклад в науку неоценим! Жду, драгоценная однокашница!

Академик Иван Треухов два дня назад вышел в отпуск, тотчас же выехал из Москвы и сейчас отдыхал-оттягивался на дачке — в небольшом трехэтажном домике с участком, оставшемся ему в память от недавно почившей тетушки. Возвращаться в Москву ни под каким даже самым наиважнейшим предлогом он не хотел как минимум в течение ближайшего месяца, но посылку от Светланы возмечтал получить немедленно.

Неделю назад Светлана дождалась наконец-то камней, собранных на Артинском ярусе. Потенциальное пополнение для коллекции областного музея природы доставил начальник службы музейной охраны, вернувшись с плановой инспекции районных музеев. Светлана распаковала доставленные им экземпляры и сразу же занялась песчаником с окаменевшим гинко.

С камнями было все в порядке. Сергей, как и обещал, отпилил от здоровенной каменюки кусок, куда так удачно крупный лист гинко впечатался, за что его Светлана бодро поблагодарила по электронной почте. А по месту распила камня было заметно, что под древним листом находится какое-то дополнительное камнеобразование, с которым Светлане пришлось спустя три дня «поколдовать» самостоятельно.

Препарировала удачно — развалила камень весьма осторожно, оставив в абсолютной сохранности каменный листок, явный кандидат на украшение экспозиции Пермского периода. А под листком обнаружила пустотку, небольшую, величиной с детский кулачок. Но оказалась та пустотка не совсем пустая — набралась из нее столовая ложка какой-то черноватой пыльцы. Эту пыльцу Светлана назвала субстанцией и упаковала в полиэтиленовый пакетик. Исследовать содержимое самостоятельно она не могла — ну какие могут быть возможности в скромной музейной лаборатории? Разве что взвесить… О чем и сообщила Треухову, являвшемуся как бы руководителем Уральской палеонтологической экспедиции. По крайней мере, таковым он значился в московских документах и зарплатных ведомостях.

Академик Треухов беседовал как-то излишне жеманно и кобенясь, но радостно сообщил Светлане, что ждет эту субстанцию с огромным нетерпением. И готов заняться исследованиями прямо сейчас. Немудрено — находка его очень заинтересовала. Исследование субстанции, обнаруженной подчиненными, грозило ему как минимум созданием очередной публикации, а то и весомым дополнением к монографии. Солидному ученому свежие гипотезы всегда ко двору, тем более те, что сами в руки идут из каких-то там недр уральских гор. Особенно, если давно никаких достижений не имелось.

Но покидать уютную дачу в расцвете бабьего лета ему очень не хотелось — они с другом специально оговорили, что проведут этот месяц в спокойной сельской тиши, без изысков цивилизаций и в полном отрыве от мегаполиса, без всяких Кипров и Испаний. Невзирая ни на что! И никакой каменный прах в этот глубоко доверительный договор не вписывался. Тем более, что друг был бесконечно далек от палеонтологии.

— Но знаешь, — сказал он Светлане, — было бы лучше, если бы ты выслала мне эту смесь, или что еще там, в бандерольке, в обыкновенной почтовой бандерольке по адресу, который я сейчас тебе перешлю. У меня здесь есть все возможности провести исследования и анализ, не отрываясь от отдыха, так сказать. Надеюсь, это тебя не затруднит. Буду очень признателен! Очень жду! Отправишь — телефонируй!

Было бы, конечно, логичней, чтоб эта деятельная уральская дамочка переслала свою находку на адрес академии, но кто его знает, в чьи руки это хозяйство может попасть, враги не дремлют, да и любые лишние уши — это атавизм, — подумал академик и сбросил Светлане сообщение с адресом своей дачи. — Так будет проще и надежней, мы не ищем легких путей в наших изысканиях!

Треухов опустил телефон в карман пушистого халата и, повернувшись к другу, блаженно произнес: — Аки пчела тружусь ради науки! Идем, душа моя, в наш сад и будем слушать листопад! Налей себе немного смузи!

Светлана же, бросив телефон на стол, виртуозно выругалась, — Треухов был ее однокурсником, талантами особо не блистал, огоньками в глазах не сверкал, но папа его был со связями, которые решают все, даже сегодня. Вот потому сегодня, подумала она, он академик, а она — старший научный сотрудник на побегушках. После чего распечатала химкинский адрес Треухова на коварно верещащем принтере, попрочнее упаковала пакетик со злополучной субстанцией, выпила дежурную чашечку растворимого три в одном кофе, выкурила сигарету, сплюнула в урну и отправилась на центральный почтамт, чтоб переправить, быть может, уникальную находку в Москву.

«Почта России», как и положено, порадовала очередью и бестолковицей. Оператор заявила, что самая малая бандероль должна быть 17Х10 сантиметров и не меньше двухсот граммов. Потому не надо задерживать очередь. Светлана тут же купила какой-то аляповатый блокнот, вложила в него пакет и передала на упаковку. Но не тут — то было — ей сообщили, что не хватает двадцати граммов. Светлана порылась в сумочке и добыла из кармашка с неприкосновенным служебным запасом пять пакетиков кофе 3 в 1. Ничего иного подходящего не обнаружилось. Хотя и жаль было отправлять кофейный припас руководящему однокашнику-академику, но чтобы больше почтовыми услугами не заморачиваться, Светлана вставила свой НЗ в свежекупленный блокнот.

Оператор яростно сообщила, что вес, необходимый для отправки бандерольки, набран. Злобно кривясь душой и дерзко негодуя кромками губ, Светлана принялась заполнять сопроводительные к заказной бандерольке бумажки. В итоге весь процесс общения с «Почтой России» занял полтора часа. Выйдя из почтамта, Светлана, жмурясь от осеннего солнышка, спустилась по ступенькам, обошла памятник Попову, присела на лавочку и наконец-то закурила. Набрала сообщение и пискнула телефоном. Чувства выполненного долга не ощущалось. Ничего не ощущалось.

Через неделю бандеролька прибыла в Москву. После сортировки ее сгрудили в огромную кучу с отправлениями из Китая, следующими в Химки. И эту кучу начали перебрасывать в фургон почтовой «газели». До фургона она не долетела и шмякнулась на мокрый асфальт. А суровый башмак на ноге грузчика втоптал бандерольку в лужу. После того, как «газель» уехала в Химки, раздавленную бандерольку пнул почтовый охранник.

— Смотри-ка, люди совсем охренели и кофе друг другу по почте пересылают. Лучше бы деньгами, да на карточку, — сказал он вышедшей на крыльцо служащей. — А еще бы лучше, чтоб деньги в конверте, в вот этом самом. А не какие-то идиотские бумажонки-пакетики, — он растряхнул разорванную бандероль, вытащил из нее блокнот, наскоро пролистав и убедившись в его девственной чистоте, сунул в карман, а все остальное высыпал в лужу. Звездная пыль из Артинского яруса, смесь из разорванных пакетиков с фальсифицированным кофе, до упора начиненная пальмовым маслом (*4) и сахаром, растворились в московской грязи.

Академик Треухов в дачных хлопотах и развлечениях уже забыл о посылке с Урала. Звонок Светланы заставил его поставить на журнальный зеркальный столик хрустальный бокал мохито.

— Что? Нет, пока еще не пришло, ничего не пришло. Да ты не беспокойся, я каждый день на почту езжу и проверяю, — сообщил он. — Да и нескоро, вероятно, придет — это же «Почта России». Сообщу.

Светлана отключила телефон и нецензурно выразилась. Очень точно и нецензурно.

А в грязной луже на московском асфальте уже кипела новая жизнь. Ей нравилось это место.

*4 — пальмовое масло активно используется для изготовления пищевых фальсификатов и других предметов, напоминающих еду. Используется также в технических целях. И очень активно — в 2018 году Россия закупила более миллиона тонн пальмового масла.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я