2
На работу я сегодня опоздала. На свой этаж взлетела как ракета. На ходу я сняла шарф и перчатки. Конечно же по закону подлости, столкнулась в вестибюле с нашим директором Модестом Федоровичем Шурыгиным. Наш директор очень приятный внешне человек, весь такой мягкий, аккуратный, одет со вкусом и пользуется дорогой парфюмерией. Но, когда он начинает с вами говорить нудящим голосом, хочется побыстрее уйти и желательно подальше.
— Опаздываешь? — занудел директор.
«Как будто сам не видишь.», — подумала я про себя, улыбнулась и попыталась что-то рассказать про «пробки» и жуткую погоду. Только он уже развернулся спиной и пошел к своему кабинету, вид у него был какой-то то ли задумчивый, то ли рассеянный, а в общем — то, как обычно.
Войдя в свой кабинет, первым делом я включила компьютер. Пока он загружался, достала и просмотрела записную книжку. До нового года две недели, а дел ещё немеряно — за месяц не управиться. Занимаемся всеми непростыми юридическими задачами в центральном офисе нашей фирмы мы втроем: я — начальник отдела и двое моих подчинённых Наташа и Саша. Наташа у нас девушка ответственная, но не в меру разговорчивая, долго молчать не может, ей видимо это просто вредно для здоровья. В тоже время Саша — молодой человек, и наоборот любит работать в тишине, но не смотря на такую разницу характеров они большие друзья. Наташа помогает Саше с коммуникациями, а он своей рассудительностью предостерегает её от необдуманных поступков. Мы дружная команда, где все готовы при необходимости подстраховать друг друга.
Открыв на компьютере почту, я увидела сообщение: «В десять утра срочное совещание у директора».
«Началось в колхозе утро. Каждое совещание срочное. Все планы на утро в сторону.» Я проверила последние отчеты (вдруг понадобится), взяла записную книжку и пошла в кабинет директора.
В приёмной толпилась тьма народа. Тут были руководители всех подразделений нашего офиса. Гомон стоял как на птичьем рынке.
Секретарь Ниночка позвала меня:
— Анастасия, пока есть время, подойдите пожалуйста, нужно расписаться в журналах по охране труда и по гражданской обороне.
Пока я открывала журналы, искала фамилию и расписывалась, всех пригласили заходить в кабинет директора. Я заходила в числе последних и поняла, что мне не хватает стула. В ближайших кабинетах стул достать сложно. Коллегам этих кабинетов часто приходится искать свои стулья, потому что те, кто их берет потом забывают их вернуть.
Времени до начала совещания оставалось мало. Я быстро оценив ситуацию, решила, что стул для себя раздобуду в большой переговорной. Надо только быстро уговорить Нину, у которой хранились все ключи в том числе и от переговорной, выдать ключ на пару минут. Она была так замотана, одновременно отвечая на звонки, на вопросы пришедших на совещание и что-то печатая на компьютере, что связку ключей кинула моментально, сказав: «Не забудь вернуть».
Я подошла к большой переговорной и хотела уже вставить ключ в замок, но нажав на ручку поняла, что дверь открыта. «Маша-растеряша эта Ниночка. Опять забыла запереть переговорную.» — подумала я, вошла и услышала голоса. Дело в том, что к переговорной примыкает небольшое помещение — подсобка, используемая для приготовления кофе, чая, бутербродов и в подсобке кто-то был. Дверь прикрыта неплотно и раздавались голоса, поэтому я решила потихоньку, не обнаруживая себя, пройти мимо маленькой комнаты, взять стул и быстрее бежать на совещание, но слова, произнесенные за дверью, остановили меня и заставили прислушаться внимательнее. Я разобрала несколько слов: «Ликвидация…пора заканчивать…», тихо приблизившись к двери, держа перед собой заветный стул я уже хотела приложить ухо, но заметила, что ручка стала опускаться вниз. Ничего не оставалось, кроме как быстро развернуться и бежать, по возможности негромко стуча каблуками: «Я тороплюсь, а они и без меня разберутся.»
