Глава 3
— Капучино и сэндвич с сыром, — бросил Тимур официанту. Тот окинул его полным ненависти взглядом и уже собрался уйти, когда Анжела произнесла:
— И еще один сэндвич с кофе для меня.
Вид у нее был такой, словно она только что сбросила с плеч тяжелый груз, и Тимур понял, что месть не удалась.
Завтрак не удался тоже — кофе оказался бурой вонючей жижей, а сэндвич долго и от души пинали. Зато на тарелке Анжелы красовался настоящий кулинарный шедевр: два ровных прямоугольника хлеба с оранжево-желтыми ломтиками сыра, между которыми курчавится салатный лист, игриво приоткрывая красный помидорный бочок. А от кофе исходил такой умопомрачительный аромат, что хотелось нырнуть в чашку с головой.
Анжела, улыбнувшись краешком губ, придвинула всю эту красоту Тимуру.
— А сама? — растерялся он.
— Я уже позавтракала, — она указала на пустую кружку и тарелку с остатками пирога, — это для тебя. Знала, что так получится.
— Ну ладно, — отказываться Тимур не стал. Взял сэндвич и, отхлебнув кофе, блаженно зажмурился. — М-м, красота. Так вот чем ты занималась целую неделю — официантов в себя влюбляла.
Анжела помрачнела.
— Ну да, мне ж делать больше нечего. Цель жизни — всех в себя влюблять. Хотя, знаешь, лучше так, чем как некоторые…
Тимур замер, не донеся сэндвич до рта.
— Это ты о чем?
— Ни о чем.
Анжела уставилась в окно, словно серая от пыли собака, лениво трусящая по тротуару, была безумно интересным зрелищем.
— Нет, ты уж договаривай, раз начала.
Тимур бросил сэндвич обратно на тарелку. В душе закипала злость — утро, которое так неплохо началось, стремительно летело в бездну.
— Нечего договаривать, — Анжела повернула голову. Увидев ее равнодушный взгляд, Тимур понял, что ее предыдущая версия ему даже немного нравилась.
— Нечего сказать — могла бы не начинать. Никогда бы не подумал, что у нашего Ангелочка такой паскудный характер. Удивительно, что никто до сих пор этого не заметил. А жаль, может поменьше бы восхищались.
— А я и не прошу восхищаться. Я такая, какая есть! И я не Ангелочек! И мне плевать, что вы все обо мне думаете! — воскликнула Анжела.
— Не кричи, — Тимур почувствовал, что еще немного — и она пойдет вразнос.
— Хочу и кричу! Не твое дело!
— Хватит, — он поймал ее взгляд и послал мысленный приказ успокоиться.
— Иди к черту! — Анжела тряхнула головой, закрываясь от воздействия.
Щит оказался так себе, на три балла из десяти — а вот нечего поддаваться эмоциям! — Тимур взломал его играючи.
— Успокойся, — произнес он, усиливая воздействие. Пальцы Анжелы под его ладонью чуть дрогнули. Холодные, словно ледышки. Хотелось согреть их, и он не стал себе в этом отказывать.
— Что ты делаешь, — в голосе Анжелы послышалась растерянность, смешанная со страхом, и он тут же прекратил, потому что бездна, которая перед ним открылась, не насытилась бы тем количеством, которое он готов был отдать.
— Ты что творишь? — произнес он. — У тебя резерв на нуле! Почему не восстанавливаешь?
Выдернув руку, Анжела мгновенно ушла в оборону.
— Тебя это не касается, — произнесла она, снова вперив взгляд в окно.
Тимур посмотрел туда же — в этот раз на улице даже собаки не оказалось, разглядывать было совершенно нечего.
— Касается, — ответил он. — Выполним задание — делай что хочешь, а сейчас ты мне нужна в нормальном рабочем состоянии.
— У меня достаточно сил для этого задания, — с вызовом произнесла Анжела.
— Ну да, и поэтому ты не справилась в одиночку.
— Я не справилась, потому что некоторые… Ладно, забудь, — она поднялась. — Идем, нечего рассиживаться.
И не оглядываясь, направилась к выходу. Тимур расплатился за завтрак и поспешил за нею. Увидев, что он вышел, Анжела двинулась прочь. Догнав, Тимур молча пошел рядом.
— У тебя на площади голова не болит? — спросил он через некоторое время, чтобы разрушить молчание.
Анжела не отреагировала. Он подумал, что так и не дождется ответа, когда она вполголоса произнесла:
— Голова — это мелочи.
Улица, на которую они свернули, оказалась на удивление оживленной — каждый встречный считал своим долгом остановиться и сказать Анжеле хотя бы пару слов, а те, кто не останавливались, улыбались и кивали в знак приветствия. Продавец из овощной лавки пожелал счастливого дня, бодрый дедулька с торчащим из пакета батоном, радостно сообщил, что погода нынче чудесная, женщина из газетного киоска, высунувшись в окошко, так восторженно замахала рукой, что чудом не вывалилась.
— Ничего себе популярность, — не выдержал Тимур. — Чем ты тут занималась, пока меня не было?
— Ничем.
— Оно и видно.
Анжела обернулась, хотела ответить… и замерла, прислушиваясь. На лице отразилась тревога. Едва Тимур собрался спросить, что случилось, как она сорвалась с места, словно кипятком ошпаренная. Мгновение спустя послышался визг тормозов, затем удар и звон разбитого стекла. Женщина с порванным бумажным пакетом, из которого падали на дорогу яблоки, ошалело уставилась на витрину магазина, мимо которой собиралась пройти. И от которой ее в самый последний миг отдернула Анжела — она так и стояла рядом, вцепившись в руку женщины и бледнея на глазах.
Понимая, что сейчас эта безумная спасительница грохнется в обморок, Тимур, ввинтился в собирающуюся толпу, отцепил ее от «пострадавшей» и потащил прочь. К счастью, Анжела и не думала сопротивляться.
Вернувшись в отель, Тимур подвел ее к кровати и, с трудом сдерживая злость, произнес:
— А теперь ложись и спи, героиня хренова!
На бледном лице Анжелы мелькнуло непонятное выражение, но спорить она не стала, молча сняла кроссовки и улеглась на кровать.
— И только попробуй вскочить, веревками примотаю! — пригрозил Тимур.
На это ему тоже ничего не ответили — Анжела уснула, едва голова коснулась подушки.
Решив не спускать с нее глаз, Тимур притащил из кухни табурет и уселся рядом.
Казалось бы, чего проще: выспись, отдохни, поешь — и силы восстановятся. Ну да, не сразу, одного дня мало, но даже день лучше, чем ничего. Так нет, надо было себя загнать до полудохлого состояния. Зачем? Ради посторонних, которые тебе никто? А то, что собственный резерв пуст — это же такая малость! Подумаешь, загнуться от элементарной простуды, потому что иммунитет сдох. Или уснуть и больше не проснуться, потому что усталый организм решил — «хватит».
Чувствуя, как кровь стучит в висках, Тимур приказал себе успокоиться, выровнял дыхание, заставляя умолкнуть панику, кричащую о том, что история повторяется. «Нет, — сказал он себе, — это не Инга, это совершенно посторонняя девчонка. Даже не похожа. Просто столкнула судьба ненадолго, только и всего. И плевать, что с ней будет после. Нужно закончить дело — и тогда пусть творит, что хочет, а пока придется за ней приглядывать».
Словно услышав его мысли, Анжела заворочалась, собираясь проснуться.
«Ага, сейчас», — произнес Тимур и приказал спать дальше. Анжела успокоилась, лицо расслабилось. Положив ладонь под щеку, она так сладко засопела, что его и самого потянуло в сон. «Не дождешься!» — сердито подумал он. Похлопал себя по щекам и сел прямо, велев себе взбодриться.
Но глаза все-равно начали закрываться. Понимая, что еще немного — и он отрубится, а девчонка улизнет, Тимур нашел решение, которое показалось ему идеальным: он улегся рядом с Анжелой и, обняв ее, уснул, справедливо полагая, что теперь сбежать незамеченной у нее не выйдет.
Когда проснулся, Анжела еще спала. Взгляд задержался на ее расслабленном лице, мелькнула мысль, что девчонка-то симпатичная. Гораздо симпатичней, чем показалась на первый взгляд. Сейчас, без привычной колючести, она выглядела такой мягкой и уязвимой, что вызывала желание защитить или хотя бы просто побыть рядом, чтобы успеть подставить плечо.
«Вот они, флюиды!» — понял Тимур. Торопливо отодвинулся и сбежал на кухню пить кофе.
Он успел не только опустошить кружку, но и прикинуть приблизительный план действий, насколько это было возможно при тех крохах информации, которыми он располагал, и тут появилась Анжела: лицо сонное, волосы торчат в разные стороны. Тимур поймал себя на желании их пригладить… или растрепать еще больше. Эта странная реакция насторожила, однако виду он не подал и бодрым голосом произнес:
— Ну что, как ты себя чувствуешь?
— Ты про сон или про обнимашки?
Он замер и, увидев насмешливую улыбку Анжелы, мысленно послал ее к черту.
— Про всё, — заявил он.
