Таматарха. На службе у Изгоя

Роман Злотников, 2020

Византийцы называли ее Таматархой, генуэзцы – Матрегой, русские – Тмутараканью. Загадочное полумифическое княжество, форпост Киевской Руси в Причерноморье, лежащее на перекрестье рыцарского Запада и арабского Востока. Оно граничило и с просвещенной Византией, и с воинственной Аланией, и с половецкими степями. Тмутаракань, дважды сверкнув в русских летописях, погибла после отравления Ростислава Владимировича – первого на Руси князя-изгоя… А что, если бы руку отравителя остановили? Что было бы, если бы династия русских князей утвердилась на Северном Кавказе и сплотила вокруг себя окрестные племена? Щит от будущего монгольского нашествия или новый центр объединения Руси?

Оглавление

Из серии: Таматарха

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Таматарха. На службе у Изгоя предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Пролог

Осень 1064 г. от Рождества Христова

Окрестности Копорского погоста

Серая хмарь окутала землю в предрассветных сумерках, щедро насытив воздух влагой. Обильная роса выпала на траву, покрыла водяными каплями каждый листочек густого подлеска, сквозь который осторожно пробираются семь десятков викингов[1] ярла[2] Айварса.

Озлобленные, полные угрюмой решимости воины бесшумно крадутся к погосту, желая нанести внезапный удар по русам. Не скрипнет сучок под ногами хирдманов[3], не лязгнет металл доспеха. Разве что встревоженная людьми птица выдаст отряд, взлетев над деревьями.

Погост — место сбора дани конунга[4] Хольмгарда[5] в землях ижоры. Не очень богатое, но боевое племя, и обычно викинги не забирались в их владения так глубоко, памятуя о крепости воинов и скудости добычи.

Но не в этот раз.

К собственной скорби, никто из семи десятков хирдманов ярла Айварса не сражался при Стикластадире[6], в великой битве свободных бондов и Олафа Харальдсона, приведшего свеев на родную землю. Это был славный бой, сладка была победа — но даже смерть Олафа Толстого не остановила насаждения новой веры и низложения истинных богов. А заодно и усиления власти конунгов, притесняющих вольных викингов, хозяев северных морей…

Пять старших, самых опытных бойцов хирда защищали непокорный Йомсборг[7] от конунга Магнуса, сына Олафа Харальдсона. Но проклятых предателей-христиан было больше, много больше! Когда шансов удержать крепость не осталось, последние ее защитники ударили ночью по лагерю конунга. Жалкая горстка йомсвикингов прорвалась к драккарам[8] врага и навеки покинула берега Виндланда. Часть их отправилась на север, часть присоединилась к борьбе мятежных ярлов с конунгами-христианами.

Наконец, все хирдманы испили горькую чашу поражения в прошлом году, сражаясь при Венерне[9] с воинами Харальда Сурового. Даже помощь свеев не изменила ход схватки… Блеск ромейского золота, добытого Харальдом в Византии, пленил бондов, и они попрали богов Асгарда[10]! И видимо, Один и Тор прокляли народ Норвегии за вероотступничество, раз не даровали победы вольным ярлам…

После поражения в стране уже не осталось организованной силы, способной противостоять насаждению культа Христа и всевластию конунга. Уцелевшие викинги покинули Норвегию, изгнанные Харальдом. Многие ушли к соседям-свеям, кого-то приняли датчане (хотя они и сами поклоняются кресту), а кто-то подался на Руян[11], к хевдингам вольных русов, не предавших веры предков. Из ярлов лишь единицы, такие как Айварс, помнили, что первый конунг-христианин Олаф Трюгвассон[12] служил великому конунгу Вальдимару, крестившему Гардарику[13]! Помнили, что сам Олаф предал веру предков на востоке… Лишь они помнили, что Олаф Харальдсон и сын его Магнус нашли убежище у конунга русов Ярицлейфа. Помнили, что именно он помогал им в борьбе за власть в Норвегии.

А разве не служил Ярицлейфу Харальд Суровый, брат Олафа? Все беды пришли на север от русов Гардарики! И раз вольные ярлы проиграли войну на родине, то они возьмут свое на их земле! В Копорском погосте хранится не только собранная дань, там же стоит и храм Христа, жрецы которого крестят ижору, — так пусть он будет предан огню! Один и Тор возрадуются в Асгарде подвигу викингов Айварса и наверняка даруют свою милость отряду смельчаков!

Так думал и самый молодой воин хирда Андерс, доказавший, что достоин своего имени[14], в битве при Венерне. Он сменил в схватке три щита, получил пять ран, но не дрогнул и не отступил ни на шаг. Даже во время таранного удара варягов Харальда, его личной гвардии со времен ромейской службы, Андерс не отступил. И лишь когда стена щитов[15] свеев и вольных ярлов сломалась под напором варягов, лишь когда воины конунга прорвали строй викингов и зашли им в тыл, лишь тогда ярл протрубил в рог, уводя воинов, и Андерс отступил вместе с хирдом. Это был славный бой, но боги были немилостивы к своим верным воинам… Но разве могут они отвернуться от них сейчас, когда свирепый Айварс ведет их мстить жрецам Христа?!

Сегодня Андерсу выпала огромная честь: в десятке самых опытных бойцов хирда — вместе с йомсвикингами, а также лучшими метателями сулиц Гудредом и Дьярви — прорваться на погост русов и открыть ворота!

Целиком облаченная в звериные шкуры, пара невысоких охотников из Ругаланда[16] уже бесшумно заскользила от подножия скального мыса к вершине, на которой стоит небольшой острог. Следом за ними двинулись вперед остальные хирдманы, по одному растворяясь в особенно густом тумане, легшем в расселине внизу. Наконец пришел черед исчезнуть в нем и Андерсу, на несколько мгновений уподобившемуся призракам Хельхейма[17]. Призракам, несущим русам смерть.

Однодревный частокол острога совсем невысок, всего два человеческих роста, поверху нет даже площадки для стрелков. Нет и рубленых башен, столь любимых в Гардарике, — только две стрелковые вышки у ворот, да по одной на углах небольшой крепостцы. На вышках всю ночь сторожат дружинники русов, а может, и поселенцы-ижоры — их племя охотно платит дань Хольмгарду и погост еще ни разу не подвергался нападениям восставших. Наоборот, русы пустили ижорцев на поселение, и сегодня в остроге обитает множество ремесленников и кузнецов.

Тем лучше для воинов Айварса — больше добычи!

Стенка скального мыса — не самая удобная дорога, но привычные к горным кручам викинги споро поднимаются вверх, не выдавая себя ни металлическим лязгом, ни предательским блеском кольчуг, спрятанных под волчьи шкуры. Андерс осилил уже три четверти подъема, когда Гудред и Дьярви бесшумно подкрались к вышкам, а первая пара йомсвикингов вышла к стене. Одновременно со стороны подлеска послышался легкий шелест — хирд двинулся вперед.

Предрассветный сумрак пронзил крик полярной совы — условный сигнал — и тут же легкий свист сулиц, рассекающих воздух. Им вторили предсмертные крики сторожей, прозевавших приближение врага… В воздух взвились крючья с веревками, заброшенные на частокол могучими йомсвикингами, и уже через несколько мгновений первая пара хирдманов спрыгнула внутрь погоста!

Заслышав совиный крик, Андерс до предела ускорился, уже не заботясь о сохранении тишины. Легкий шелест сзади также перерос в дружный топот бросившихся вперед викингов. Молодой воин оказался у перекинутых через частокол канатов одновременно с Герхардом, своим побратимом. Они ловко взобрались на стену и мягко спрыгнули вниз, готовые с ходу вступить в бой.

Двух стражей, успевших лишь поднять тревогу, сразили в первые же мгновения разыгравшейся схватки. А отозвавшихся на крик ижорцев, еще теплых от сна и выскочивших на улицу с одними лишь топорами, начали свирепо рубить подоспевшие от стены хирдманы. И в ту самую секунду, когда Андерс коснулся земли погоста, соратники распахнули воротины крепостцы наружу!

Но противник уже среагировал на внезапное нападение — центральный проход погоста заняли воины в шеломах и стеганых доспехах. Две дюжины ижорцев сбили строй, сомкнув щиты под свирепые команды бывалого десятника, и тут же устремились на врага, втрое уступающего им численностью.

Хирдманы встали в створках ворот. Гудред и Дьярви поспешили занять вышки, а пятерка йомсвикингов, вооруженных двуручными датскими секирами и облаченных в стальные, искусной выделки кольчуги, яростно заорала:

— ВАЛЬХАЛЛА!!!

— Бей!!!

Ижорцы бросились вперед, бодря себя боевым кличем русов. Побратимов они не заметили — их внимание отвлек вид хирда, спешащего к воротам. Андерс дернулся вперед, но Герхард, который был чуть постарше, придержал его, ожидая, пока строй ижорских ратников не докатится до ряда йомсвикингов.

В тот же миг раздался оглушительный треск дерева и первые крики боли — тяжелые двуручные секиры прорубали окантованные сталью щиты защитников, разя их руки. Последние воины славного братства широко разошлись, дабы не мешать друг другу, и их размашистые удары остановили первый натиск врага!

Ижорцы оказались повернуты спиной к двум побратимам, подоспевшим к месту схватки. Герхард только этого и ждал. Кивнув соратнику, одновременно с ним он коротко, с силой метнул свой легкий метательный топор, с хрустом вонзившийся в спину попятившегося было воина. Точен был и бросок Андерса, выбившего из цепи бойцов еще одного врага.

Герхард уже выхватил свой меч, как тут же упал навзничь, отброшенный мощным ударом метательного топора. Выпущенный рукой десятника ижорцев, он прорубил лобовую кость побратима, не оставив тому ни единого шанса выжить. Андерс на мгновение замер, не в силах поверить в смерть друга, а через пару ударов сердца бросился вперед, свирепо рыча от душащего его гнева.

Десятник врага, стоящий чуть в стороне и единственный вооруженный мечом, легко двинулся навстречу викингу. Уверенный в собственном опыте и его превосходстве над слепой яростью, он не сомневался в победе. Заученно приняв на щит бешеный удар молодого противника, ижорец одновременно рубанул по выставленной вперед ноге. Однако соперник отразил его вовремя опущенным щитом и тут же контратаковал уколом сверху — но десятник встретил его стальным умбоном. И в тот же миг ижорец достал мякоть бедра викинга очередным скользящим ударом.

Андерс взревел от боли и ярости и с силой ударил щитом в щит врага, вложив в толчок вес тела. Одновременно хирдман резко подбил носком щиколотку противника, подсекая изнутри левую ногу. Ижорец неожиданно для себя потерял равновесие, а в следующий миг разящий удар меча обрушился сверху вниз на его шею. Клинок перерубил и кольчужную бармицу шлема, и позвоночник десятника, отправив смелого воина к праотцам.

Короткая схватка заняла всего несколько ударов сердца. За это же время пали два йомсвикинга — несмотря на их яростные удары, сразившие то ли трех, то ли четырех противников, нашлись смельчаки, сумевшие поднырнуть под датские секиры и зарубить врага. Оставшиеся воины отступили в самые створки ворот, и в бой вступил Вальгард, десятник. Искусно владеющий мечом, он охладил пыл ижорцев, пытающихся поднырнуть под размашистые удары йомсвикингов, а последние, бешено орудуя двуручными секирами, удержали ворота до подхода ярла.

— ВАЛЬХАЛЛА!!!

Рев семи десятков хирдманов сокрушил защитников погоста еще до того, как Йоран, обнаженный по пояс берсерк[18], обрушил оба меча на щиты ижорцев. О, ярл знал, кого ставить на самое острие клина[19]! Через мгновение Йоран уже оборвал жизнь одного ижорца, а потом еще одного и еще… И строй защитников погоста посыпался, даже на минуту не задержав викингов в узком проходе!

Шипя от боли в раненой ноге, Андерс все же сумел сразить одного ижорца и принять на щит скользящий удар другого. Затем клин хирда втянулся в центральный проход, ведущий к площади погоста — и маленькой деревянной церквушке. Защитники крепостцы устремились к ней, даже не пытаясь оказать врагу хоть какое-то сопротивление. Надеются, что викинги не прольют их крови в «доме Христа»? Воистину, боги Асгарда наконец-то благословили ярла Айварса на ратный подвиг, даровали ему легкую победу!

Именно с этой мыслью Андерс занял свое место в середине клина.

Ижорцы неожиданно резко остановились — словно по команде. За спинами отступивших показались еще воины, и защитники погоста выстроили полноценную стену щитов в три ряда. И в тот же миг в воздух взвились сулицы — десятки дротиков обрушились на хирд, вонзаясь в плечи и животы воинов, поражая их сверху. Андерс, заслышав свист воздуха над головой, скорее инстинктивно, чем осознанно, вскинул щит, в который тут же вонзился копейный наконечник. Молодой воин ошеломленно уставился на сталь, пробившую дерево, после чего поднял взгляд вверх, и по спине его пробежала волна холода: на деревянных крышах изб, выстроенных вдоль прохода, показались десятки ижорцев, вооруженных сулицами и луками. Предчувствуя недоброе, викинг обернулся назад, и взгляд его уткнулся в две телеги, перегородившие проход со стороны ворот, и выстроившихся за ними воинов. И трупы, трупы пораженных сверху хирдманов…

— Засада!!!

Уцелевшие викинги уже успели поднять щиты. Разбившись на три отряда, они споро выстроили «стену» наподобие римской «черепахи», став неуязвимыми для обстрела врага.

— Бей!!!

Со свирепым криком на устах защитники погоста бросились вперед. Одновременно из изб выскочило не менее трех десятков ратников-русов в блестящих кольчугах и остроконечных шлемах, их боевой клич слился с ревом ижорцев. Клиньями по трое-четверо воинов русы врубились в построения викингов, тесня их и вонзая в открывшиеся щели сулицы и мечи.

Рассыпалась «черепаха» головной группы: два десятка хирдманов встретили атаку врага щит в щит, и топоры с обеих сторон яростно застучали по дереву, с грохотом круша и его, и человеческую плоть. Мало кто мог бы сравниться с воинами Айварса в рубке на секирах, но… В спины их тут же полетели сулицы и стрелы, метаемые ижорцами с крыш. Пало не менее восьми викингов, пораженных дротиками, — и тут же в тыл отряда врезались два клина русов по четыре воина.

Йоран жутко взревел от боли: в самом начале обстрела его руку вскользь задела сулица, а теперь в спину вонзилось две стрелы. Но полуобнаженный гигант-берсерк, чье тело покрывала причудливая вязь устрашающих шрамов, лишь с удвоенной яростью обрушил мечи на щиты ижорцев. С жуткими рублеными ранами свалились наземь три воина… Когда же к Йорану приблизилась четверка русов, он с чудовищной силой вонзил клинок в щит первого ратника, прошив и дерево, и грудь попытавшегося закрыться им воина.

Берсерк еще не успел вырвать меч из тела противника, как на него налетел следующий рус в дорогой кольчуге, укрепленной на животе стальными пластинами, видимо старший дружинник. Страшный удар викинга он принял на конический щит, тут же треснувший пополам, но и сам всадил клинок в живот врага. Смертельная рана, свалившая бы любого другого — но только не воина Одина, чье боевое безумие священно! Йоран освободил меч, испачканный кровью погибшего ратника, и разом обрушил оба клинка на руса! Последний едва успел закрыться щитом, разлетевшимся от удара на куски, и тут же взвыл от страшной боли в руке — кость не выдержала, хотя железный умбон и наруч остановили вражескую сталь. Но, несмотря на помутившееся сознание, ратник все же уклонился от рубящего двойного удара, стремительно шагнув вперед. Он оказался сбоку от врага — и тут же всадил кинжал под основание его черепа. Удара в шею, нанесенного здоровой рукой русича, не выдержал даже славный берсерк…

Без Йорана два десятка атакованных с двух сторон хирдманов вскоре пали в яростной сече. Но ярл не повел уцелевших воинов средней «черепахи» им на помощь, нет — выстроенный викингами круг стал медленно отползать назад, к телегам, перекрывшим проход к воротам. Ратники русов обложили их, словно охотничьи псы медведя, силясь поразить врага в узкие щели между щитов. Но и хирдманы здорово огрызались стремительными уколами мечей! Потеряв трех бойцов, защитники погоста немного остыли. А вот третья, самая малочисленная «черепаха» уже достигла телег, и полтора десятка воинов разом бросились на ижорцев.

Вот только противник тут же ответил сулицами и стрелами с крыш, а перемахнувших препятствие смельчаков приняли на топоры. Растащить телеги хирдманы еще сумели, но в спину уцелевшим ударил с десяток дружинников. Исход короткой, яростной схватки был предрешен.

— Вперед! ВАЛЬХАЛЛА!!!

Айварс правильно оценил сложившийся расклад, он увидел единственный шанс спастись самому и вывести из ловушки последних хирдманов. Повинуясь зову ярла, викинги средней «черепахи» разомкнули щиты и, держа их над головами, сколь возможно быстро бросились назад, прорываясь из крепостцы. Град сулиц и стрел ударил сверху, собирая щедрую кровавую дань, но уже никто не обращал на них внимания — выжившие спешили схватиться за свою жизнь, а мертвые… Им было уже все равно.

Андерс, на чьих глазах погибли побратим, единственный в отряде берсерк и многие хирдманы, заметно пал духом. К тому же из-за обильно кровоточащей раны на левом бедре он быстро терял силы. Уже с трудом ковыляя за соратниками, молодой викинг крепко отстал, превратившись в удобную цель. Поэтому, когда перед его глазами вдруг вспыхнул яркий свет и в голове раздалась совершенно незнакомая речь, он подумал, что уже шагнул за грань. Впрочем, видение сразу отступило — но оно же подсказало ему, как должен уйти настоящий воин Одина!

Яростно взревев, Андерс неожиданно резко для преследующих его русов развернулся и тяжелым ударом щит в щит сбил практически настигшего его ратника. В следующий миг викинг воздел клинок над защитником погоста…

Яркий свет, бьющий в глаза с потолка, ощущение чего-то холодного под спиной, и вновь незнакомый голос совершенно отчетливо произнес на неизвестном Андерсу языке:

— Синхронизация!!!

Через мгновение видение опять отступило, но молодой хирдман не успел добить дружинника — меч набежавшего руса прорубил шлем и вскользь задел голову, опрокинув викинга наземь.

Оглавление

Из серии: Таматарха

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Таматарха. На службе у Изгоя предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Примечания

1

Викинги — общее название балтийских пиратов, совершавших опустошительные набеги на Северную Европу и побережье Средиземного моря. Термин, определяющий род деятельности, но не национальную принадлежность. К примеру, существовали скандинавские викинги — урмане (норвежцы), свеи (шведы), даны (датчане), славянские — пираты острова Рюген и ободриты, новгородские ушкуйники (в более позднее время). А кроме того, морские разбойники прибалтийских племен, также причисляемые к викингам.

Варягов часто отождествляют с викингами, причем имея в виду национальную принадлежность к скандинавским пиратам. Но на деле варяг — это также род деятельности, что подразумевает не только морского разбойника, северянина-наемника, но еще и заморского купца.

2

Ярл — скандинавский боевой вождь.

3

Хирдман — скандинавский дружинник, хирд — аналог русской дружины.

4

Конунг — скандинавский титул эпохи викингов, обозначавший как европейского короля, так и русского князя.

5

Хольмгард — скандинавское название Великого Новгорода.

6

Битва при Стикластадире (1063 г.) — сражение между Олафом Харальдсоном по прозвищу Толстый (в будущем причисленным к лику святых и прозванным Олафом Святым) и вольными норвежскими бондами, выступившими против политики Олафа (в бытность его конунгом) по христианизации страны и урезанию прав как знати, так и землевладельцев-бондов. Олафа поддерживал шведский король, мятежных бондов — король Дании и Англии Кнуд Великий; войско противников Харальдсона было едва ли не втрое больше. Битва началась с атаки сторонников Олафа, а кульминацией стала его гибель. Вольные бонды одержали победу, но их надежды на возвращение собственных свобод не оправдались — политика Свена Кнутсона, сына короля Кнуда, была еще более жесткой по отношению как к местной знати, так и бондам. Через пять лет после битвы вольные бонды восстали против Свена и конунгом Норвегии стал Магнус Добрый, сын Олафа Святого.

7

Йомсборг — крепость полулегендарного братства йомсвикингов, существовавшая в устье Одера в землях полабских славян (Виндланде). Йомсвикинги — братство балтийских пиратов, прообраз рыцарских орденов; со второй половины 10 в. до первой половины 11 в. представляло собой организованную силу, неизменно выступающую против крещения Скандинавии и конунгов-христиан.

8

Драккар — легендарный боевой корабль викингов, названный так по голове дракона, закрепленной на его носу. Был удобен для плаваний по рекам и фьордам, мог нести команду до ста пятидесяти хирдманов, но, как правило, в команде было от шестидесяти до ста воинов.

9

Битва при Венерне — сражение между конунгом Харальдом Суровым и шведским королем, поддержавшим мятежных ярлов. Завершилось победой Харальда, что предопределило закат эпохи викингов: конунг продолжил политику своего брата Олафа Харальдсона и племянника Магнуса Доброго по христианизации страны и укреплению королевской власти. Ярлам-разбойникам в крещеной Норвегии места уже не нашлось.

Харальд был одним из самых знаменитых конунгов эпохи викингов. Будучи молодым воином, он принял участие в битве при Стикластадире, где был ранен. После боя был вынужден прятаться до полного исцеления, затем собрал дружину из таких же изгоев, поддержавших до того Олафа, и отправился на службу к князю Ярославу Владимировичу по прозвищу Мудрый (скандинавы звали его конунгом Ярицлейфом, а его отца — конунгом Вальдимаром). На службе у Ярослава принял участие в его войне с поляками, после чего последовал в Царьград (Константинополь), где вместе с дружиной вступил в византийскую гвардию — варангу (варяжскую стражу). Принял участие в борьбе византийцев с сирийскими и малазийскими пиратами, отличился в войнах на Сицилии и с болгарами, после чего получил звание аколуфа — предводителя варанги. В итоге стал участником государственного переворота, затем попал в опалу и вновь поступил на службу к Ярославу.

Богатства, полученные на службе в Византии, привлекли в лагерь Харальда многих викингов. После смерти племянника Магнуса стал конунгом Норвегии и семнадцать лет воевал за датскую корону. Неизменно одерживал военные победы, но так и не покорил страну, чьи бонды и знать до последнего поддерживали собственного короля, Свена Второго. Разбив шведов и мятежных ярлов при Венерне, в 1066 г. отправился завоевывать английский престол, где и нашел свою смерть в возрасте 51 года.

10

Асгард — в скандинавской мифологии небесный город, обиталище богов-асов, в том числе Одина, верховного из богов, и Тора, бога грома и бури. Одним из чертогов Асгарда является Вальхалла, последнее пристанище павших в бою воинов, ожидающих Рагнарека — финального сражения, знаменующего конец света.

11

Остров Руян, он же Буян из русской мифологии, он же современный остров Рюген. До 12 в. — центр славянского пиратства на Балтике; боевые вожди русов-руян (хевдинги по-скандинавски) грабили северное побережье Священной Римской империи и опустошали набегами Данию. Дошло до того, что датчане, в недавнем прошлом сами бывшие свирепыми викингами, платили руянам дань. Лишь в 1168 г. одна из многих военных операций, организованных королем Дании Вальдемаром I (правнуком Владимира Мономаха) и его союзниками из числа крупных европейских феодалов, увенчалась успехом, и руяне признали собственную зависимость от Дании.

Также на Рюгене находилась Аркона — религиозный центр язычников с храмом, построенным в честь верховного бога западных славян, Святовита. Святилище было уничтожено в 1168 г.

12

Олаф Трюгвассон — один из самых знаменитых конунгов Норвегии, сподвижник князя Владимира Красное Солнышко, первый креститель страны. В раннем детстве (после убийства конунга-отца) был пленен вместе с матерью эстонскими пиратами и несколько лет провел практически в рабстве. Был случайно выкуплен дядей, после чего воевал в дружине князя Владимира; отмечаются также польский и ирландский периоды жизни будущего конунга. По некоторым данным, принял христианство в Византии и в какой-то степени повлиял на решение князя Владимира крестить Русь.

Олаф Трюгвассон прославился своим боевым искусством и ратными подвигами. Воспользовавшись восстанием норвежских бондов против ярла Хакона Могучего, пришел к власти как законный наследник. Тем не менее политика Олафа по укреплению королевской власти и первые попытки крестить страну настроили против него крупных землевладельцев и ярлов-викингов. В итоге конунг попал в ловушку из-за предательства йомсвикингов и погиб в неравной битве у Свольдера.

13

Гардарика — скандинавское название Древней Руси, переводится как «страна городов».

14

Андерс (норв.) — мужество, храбрость.

15

Стена щитов — легендарное боевое построение викингов. Есть предположение, что это была настоящая фаланга или строй наподобие римских манипул — то есть построение, эффективное в ближнем бою и против атаки конницы, вплоть до рыцарской тяжелой, и против пехоты, особенно не знающей строя. Также бытует мнение, что это лишь защитное построение на период обстрела стрелами и дротиками — викинги закрывались щитами и сбивали что-то вроде римской «черепахи». В таком случае построение было исключительно защитным и уже не находило применения в ближнем бою.

16

Ругаланд — провинция в южной Норвегии, переводится как «земля ругов».

17

Хельхейм — в скандинавской мифологии мир мертвых.

18

Берсерк, берсеркер — особая категория воинов-викингов, сражающихся полуобнаженными, нередко обеими руками. Перед схваткой начинали реветь по-звериному и кусать щиты, а в бою не знали усталости, разили с утроенной силой и продолжали биться, даже получив смертельные ранения — по крайней мере, так гласят легенды. Ярость берсерков считалась священной, посланной Одином, современные исследователи считают, что ее причиной были употребляемые ими отвары из мухоморов.

Но есть и другая, «религиозная» версия — еще в годы крещения Норвегии берсерков однозначно относили к категории бесноватых и запрещали любую их деятельность. И именно с принятием христианства в Скандинавии любые упоминания о берсерках пропадают из летописных хроник. Совпадение?

19

Точно известно, что атакующим порядком викингов был не развернутый строй, а клин, на острие которого определяли самых опытных и умелых воинов. Зачастую также и самых защищенных (берсерки в данном случае являются исключением).

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я