Глава 3
Богдан
— Как это… твой ребёнок? — широко округляя и без того огромные кукольные глазища спрашивает Мия. — А почему?..
Девушка запинается и растерянно опускает руки вдоль тела, а я замечаю, что между пальчиками её правой ладошки зажат один из снимков, которые я обнаружил в люльке.
Нашла всё-таки…
— Это его мать? — Мия быстро складывает два плюс два. Она всегда была сообразительной девчонкой.
— Да, — понуро опускаю голову и сажусь прямо на пол, рядом с диваном.
Перевожу взгляд на просыпающегося малыша, ища в нём знакомые черты, но ребёнок ещё слишком мал для этого. Даже цвет глаз, и тот мутный какой-то.
Мия ещё раз смотрит на снимок, потом её взгляд фокусируется на мне. Видимо, она пытается представить меня вместе с матерью ребёнка.
Не надо, девочка, это лишнее.
— Ох, Богдан, — девушка сжимает переносицу двумя пальцами и укоризненно покачивает головой.
Боюсь даже представить, что она сейчас обо мне думает. Тяжело смириться с тем, что я стремительно падаю в глазах своей самой близкой подруги, и пути наверх уже может не быть.
— Я сам не ожидал, что она додумается подбросить его в мою квартиру, хотя… — перевожу взгляд на ребёнка, не договаривая свою мысль.
Даже к лучшему, что эта бестолковая кукушка решила поступить таким образом, а не личной встречи стала искать с отцом своего ребёнка.
Не нашла бы, это уж точно.
— Так, ладно, — выдыхает Селиванова.
Она брезгливо швыряет фотографию обратно на журнальный столик и направляется к малышу. Бережно берёт его на руки и прижимает к себе, не боясь испачкать белое платье, в котором похожа на ангела.
Такая воздушная, красивая, неземная.
— Ты поможешь мне искупать и покормить его? — прошу, не сводя с неё умоляющего взгляда.
Я знаю о её добром сердце и сейчас планирую эгоистично им воспользоваться.
Мия ничего не говорит в ответ, только недовольно щёлкает язычком и концентрирует всё своё внимание на ребёнке. Ловко переворачивает малыша на животик и удерживает его одной рукой, а второй собирает в кучку грязную пеленку и кидает её в люльку.
— Это — выбросить! — велит командным тоном. — Пойдём в ванную, папаша, будешь помогать.
Непроизвольно дёргаюсь от небрежно брошенного «папаша». Да уж, не так я себе отцовство представлял, тем более, не планировал обретать этот статус в столь юном возрасте.
Не дожидаясь меня, Мия вместе с малышом скрывается за дверью ванной, а я послушно плетусь следом. Как робот выполняю инструкции девушки, настраиваю тёплую воду, подаю чистое полотенце.
В процессе мытья тихий до этого малыш начинает истошно кричать.
— Наверное, у него опрелости, — поясняет девушка, успевая и со мной разговаривать и улюлюкать что-то малышу, чтобы он успокоился.
Быстрыми отточенными движениями она заворачивает верещащий на все лады комок в полотенце, и возвращается в гостиную.
— Открой упаковку с подгузниками, — командует Мия.
Ловко надевает эту странную штуковину на малыша и отправляет меня на кухню, греть воду для приготовления смеси.
Выхожу, украдкой наблюдая за тем, как успокаивается ребёнок у неё на руках. Как бережно она прижимает его хрупкое тельце к себе и смотрит с нежностью.
Хотел бы я, чтобы Мия была матерью моих детей? О, да! Всегда мечтал об этом, потому что люблю её с детства. Вот только признаться в этом так и не смог.
Я был стеснительным и неуверенным в себе подростком, как бы удивительно это не звучало. Потом уехал учиться, а потом… Потом она встретила этого бездарного певца и скоропостижно собралась за него замуж.
Следом за мной Мия приходит на кухню.
— Держи, папа, сыночка своего, — произносит с сарказмом и пытается всунуть мне в руки ребёнка.
— Мия, — тяжело сглатываю застрявший от волнения в горле ком, — я не умею.
— Вот интересный, значит, сотворить ребёнка ты смог, — слегка наклоняет голову и смотрит на меня исподлобья своими тёмно-карими глазами, — а на руки взять не можешь? Тогда готовь смесь, остужай воду, читай инструкцию, там есть мерная ложка и шкала на бутылочке. Которую, кстати, не мешало бы, простерелизовать…
Она всё говорит и говорит, а я залипаю на её персиковых губах и ни о чём думать не могу. Только о том, что я дурак и не нашёл в себе силы раньше признаться в чувствах.
— Так что, будешь смесь готовить или сына на руки возьмёшь? Ммм? — мелодичный приятный голос помогает мне справиться с фантазиями и вернуться в реальность.
— Ладно, я попробую, — выдыхаю обречённо и пытаюсь повторить положение рук Мии, чтобы взять ребёнка.
— Головку придерживай, — инструктирует меня терпеливо.
Я машинально расхаживаю из стороны в сторону и покачиваю младенца. Минут через десять Мия сообщает, что всё готово, и забирает у меня ребёнка, чтобы покормить.
— И всё-таки я не понимаю, как ты планируешь оставить мальчика у себя? — произносит девушка, когда малыш на её руках снова засыпает сладким сном. — Это же незаконно, понимаешь? Да, на какое-то время его могут забрать, но как только ты докажешь свои права, то…
— Я не могу позволить ему попасть в детский дом. Ни на день, ни даже на несколько минут, — отвечаю категорично. — И выход я уже нашёл. Если ты согласишься помочь, то я смогу официально усыновить этого ребёнка.
— И чем я могу тебе помочь? — спрашивает Мия, даже не догадываясь о том, что я собираюсь предложить.
Она говорит очень тихо, настолько, что мне буквально приходится читать по губам. И заодно прикладывать нечеловеческие усилия, чтобы взгляд от этих прекрасных губ оторвать.
— Мы поженимся, — произношу без тени иронии, но в ответ Мия усмехается.
— Это шутка такая? — весьма своеобразно изгибает бровки домиком, одаривая меня скептическим взглядом. — Не смешная.
Знала бы она, что мне в сложившейся ситуации не до шуток совершенно. И с появлением подкидыша все проблемы отошли на второй план.
Я ни за что не смогу его бросить.
— Нет, Мия, я не шучу, — отрицательно покачиваю головой. — Давай, может быть, переложим его куда-нибудь, тяжело же держать, — отвлекаюсь, кивая на младенца.
— Мне не тяжело, Богдан, не уходи от темы, — бросает раздражённо. — Рассказывай уже, что удумал.
Мы много проказничали, когда были детьми и часто выгораживали друг друга перед родителями. И сейчас создаётся такое впечатление, будто Мия предчувствует, о чём я собираюсь попросить её.
Массируя пальцами виски, я нервно сжимаю губы, не решаясь произнести то, что собираюсь. Мия не заслуживает такого предложения, не так всё должно быть. Она достойна самого лучшего, а я, как последний подонок, хочу предложить ей фикцию вместо настоящих отношений.
— Подожди, — выставляет одну руку ладошкой вперёд. — Ты сказал, поженимся?
Её тонкие аккуратные брови мгновенно взлетают вверх. На лице столько эмоций, что меня едва не сносит этим бурным потоком. Одно неаккуратное слово, и я могу навсегда потерять самого близкого друга.
— Зачем? — она машинально продолжает покачивать малыша, но при этом не сводит с меня растерянного взгляда. Тёмно-каштановые волосы, которые девушка специально убрала наверх, теперь мерно покачиваются в такт движениям.
— Тебе нужно скрыть ото всех измену жениха, так? Ты же этого хотела? Не отменять свадьбу? — сразу захожу с козырей, приводя аргументы, которые могут показаться Мие весомыми.
Девушка кивает, но по её взгляду я вижу, что она будто и не слышит меня вовсе. Мыслями находится где-то далеко, явно не здесь и не со мной. Наверное, при слове «свадьба» вспоминает этого своего женишка, которому я, как бы это бредово не звучало, должен быть благодарен. За то, что дал мне шанс попытать своё счастье с Мией.
Но и этот шанс я сейчас бездарно теряю, выставляя себя в самом невыгодном свете. Вот только теперь на кону стоит кое-что очень ценное и важное, именно поэтому я становлюсь перед этим жестоким выбором.
— А мне нужна жена, чтобы мой ребёнок… — запинаюсь, с трудом выговаривая эти непростые слова. — Остался со мной.
Представляю, как выгляжу сейчас в глазах подруги: глупый прохвост, который оказался настолько неразборчив в связях, что заделал случайной девке ребёнка. И теперь пытается решить проблему с помощью другой, совершенно непричастной к этому девушки.
— Серьёзно, Богдан? — наконец, отмирает Мия и фыркает на меня зло. Старается говорить тихо, чтобы не разбудить ребёнка, и от этого мне ещё больнее. От её трепетной заботы по отношению к чужому ребёнку, от колючих острых слов, которыми бросается в меня, от этого её «папаша».
Она же ведь даже не ревнует меня к матери малыша, а всё потому, что я Мие полностью безразличен. И от этого тяжело вдвойне.
Когда она только пришла ко мне сегодня, я был вне себя от счастья, думал, как помочь ей со свадьбой и действительно с радостью занял бы место жениха. Нужен был только повод, который показался бы Мие логичным.
И он появился. В виде подкидыша. Небеса решили то ли помочь мне, то ли, наоборот, испытать на прочность. Проверить, что для меня окажется более ценным и важным, а с чем я смогу поступиться.
— Почему бы тебе просто не сделать анализ ДНК? — предлагает Мия неожиданно. — Нет, ты не подумай, я не пытаюсь намекнуть на то, что ребёнок не твой, если ты уверен… — кажется, девушка оправдывается. — Но так тебе будет проще доказать свои права, разве нет?
— Да, тест ДНК многое решил бы, но я не буду делать его, — отвечаю категорично, ничем не объясняя такое странное, на первый взгляд решение.
— Значит, уверен, — тихонько хмыкает. — Твоё право.
— Я отдаю себе отчёт в том, что мне женитьба в сложившихся обстоятельствах нужна больше, чем тебе, и ты имеешь полное право отказаться от этой авантюры.
— Я не знаю, правда… — тянет Мия задумчиво. — Это было бы идеально — сыграть свадьбу, чтобы не припозориться в глазах родственников и гостей. Но… что потом, Богдан?
Хороший вопрос. Честно говоря, я бы оставил всё как есть, но Мие это вряд ли нужно, поэтому…
— Я даю тебе слово, что как только решу все вопросы с ребёнком, мы тут же разведёмся. Ты если захочешь, и эту ситуацию сможешь осветить в своём блоге…
— Богдан, ты всерьёз считаешь, что для меня это первостепенно? — обиженно надувает сладкие губки. — Да, это моя работа, и блог — моё детище, но я по-настоящему замуж собиралась, а не для того, чтобы словить хайп.
— Я так не считаю, тем более знаю, что ты самая…
— Но спасибо за честность, — перебивает меня и не даёт договорить. Кажется, даже не расслышала, что я пытался сказать. — Только всё же для начала ты должен попытаться уладить вопрос более законными методами, а уж если не выйдет, так и быть. Поиграем немного в жениха и невесту.
Да уж, скорее, в мужа и жену, но это нюансы. Главное, что Мия, кажется, готова принять моё безрассудное предложение.
