Новые русские мифы

Павел Сурков

Это – набор удивительных историй: герои древних мифов оживают в реалиях 90-х. За тысячелетия ничего не изменилось. Не верите? Прочтите эту книгу – и все поймете сами.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Новые русские мифы предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Похищение Европы

Улица, на которой она провела свое детство и юность, вернее, всю сознательную пору того состояния, которое детством называть уже поздно, а зрелостью — еще рано (даже несмотря на то, что созрела она, по меркам всех своих родственников, — рановато, а на самом-то деле — ничуть не позже одноклассниц), улица с узким сквером посередине, соединявшая собой Ленинский проспект и не менее длинную, чем этот самый проспект, Профсоюзную улицу, узкая улица в московских Черемушках — эта улица носило имя Джузеппе Гарибальди. Мятежному революционеру, спавшему вечным сном в далеком зарубежье, наверное, было лестно, что его именем в московских Черемушках назвали улицу, а ей было все равно, в честь кого назван вытянутый кусок московской земли, на котором стоит ее панельная пятиэтажек. Да и Гарибальди, сказать по секрету, она упорно путала с Ганнибалом.

Дом ее помещался напротив кинотеатра, названного в честь района — «Черемушки». Сперва, в детстве, она думала, что это район назвали так в честь самого значительного строения во всей округе: коричневый параллелепипед кинотеатра заставлял стекаться к себе огромное количество народа. Это означало одно: либо в кинотеатре показывают французский фильм об Анжелике (тогда стекавшийся народ состоял в основном из женщин разных возрастов), либо вечером в программе стоит польский, индийский или — что случалось редко, но все-таки случалось! — американский фильм (на такое шли семьями, особенно на «Кинг-Конга», жуткую картину про гигантскую обезьяну, разметавшую в гневе пол-Америки). «Кинг-Конга» она видела дважды, фильм ей почти понравился, за исключением главной героини, на долю которой выпала тройная любовь — и главного героя, мускулистого обаятельного бородача, и главного злодея, неприятного типа с набриолиненными волосами, и собственно гигантской обезьяны. Главная героиня была, подобно ей, блондинкой, но не натуральной, а нагло крашенной то ли пергидролем то ли какой-то специальной заморской гадостью. Но грудь и прочие физические пропорции блондинки значительно уступали развитому подростковому телу, но ее не снимали в кино с гигантской обезьяной, а вот блондинку почему-то — снимали. Она потом увидела эту блондинку еще в одном фильме — «Тутси», про мужика, переодевшегося женщиной. Это была комедия, но блондинка там все так же закатывала глаза и играла в любовь с главным героем. Наверное, блондинка имела крепкие связи в зарубежных киностудиях, решила она и несколько успокоилась — ведь на каждой киностудии директором сидит волосатый негр, похожий на ту самую гигантскую обезьяну, и, чтобы получить главную роль, просто необходимо сделать с этим негром все, что он, негр, захочет, а она на это не согласна — для этого есть блондинки, уже поднаторевшие в вопросах ублажения гигантских обезьян.

Время было сложное и прекрасное — мускулистые герои фильмов словно сошли с киноэкранов, облаченные в строгие спортивные костюмы, со свинчатками и ножами в карманах, с низкими покатыми лбами, короткими стрижками и железными мускулами — античные боги с рельефной грудью молча курили около кинотеатра, держали ларьки и автосервисы, их боялись и уважали, как боятся и уважают богов, бродящих между людей в дикие рабовладельческие времена: людей продавали за засаленные бумажки с меняющимся количеством нулей и только зеленая валюта оставалась неизменной и самоценной.

Бык был одним из античных богов, но она не знала об этом. Он держал автомойку и лавочку с автозапчастями, именуемую «фирмой», а маленькие цыганята, трущие грязными тряпками машины в пробках на улице, тоже отдавали процент своего дохода мрачному быку и его прислужникам — тоже античным богам, но более мелкого ранга: они, вероятно, отвечали за торговлю и войну между такими же богами, как бык — эти Гермес и Арес при быке были и его неизменными спутниками, хранителями и подельниками.

Бык заметил ее утром воскресенья, присвистнул и сказал что-то неразборчиво — античные боги всегда говорят неразборчиво, только избранным дано проникнуть в самую суть их слов, — но это касалось, видимо, ее джинсовой мини-юбки. Бык распахнул дверцу колесницы — новой «девятки» вишневого цвета — и она расценила этот поступок как приглашение.

Отказываться было глупо: античные боги никогда ничего не делали просто так, а отказаться означало навлечь на себя гнев богов. В гневе боги были страшны и метали громы и молнии из самопальных и купленных по случаю на черемушкинском рынке «стволов». Он одернула юбку и села на переднее сиденье. Гермес с Аресом мгновенно скакнули назад, а бык устроился за рулем.

Она не помнила, как выехали за город, бык молчал, орала кассета в автомагнитоле, а Гермес с Аресом перешептывались и хихикали на заднем сидении. Она любовалась каменным профилем быка, он вел машину резко, но уверенно, чуть наклонившись вперед и вцепившись обеими руками в руль. Лицо его не выражало никаких эмоций — это поначалу пугало, но потом даже нравилось, и он к концу поездки уже почти любила его — любила даже тогда, когда он резко свернул на проселок, еще резче остановился, кивнул Гермесу с Аресом — и те мгновенно вылетели из машины, встав на стреме, а он повернулся к ней — и случилось то, что должно было случиться, ведь античным богам простые смертные не могут возразить.

Она не плакала, а бык стал возить ее за город каждое воскресенье, и сцена повторялась до идентичности. Через два месяца бык заговорил, но она не поняла его. Зато поняли родители — и свадьбу сыграли скорострельно, в кафе рядом с метро, где заправлял дагестанец Чингиз, до полусмерти боявшийся Гермеса с Аресом, и до смерти — самого быка-громовержца: пришли гости с ее стороны и античные боги — со стороны быка, а дядя Сева из Химок напился вместе с Гермесом и Аресом до зеленых чертей и в подсобке избил Чингиза чугунной сковородой.

Бык будет свергнут вскоре: быстро и почти безболезненно, как и все античные боги. Варвары, пришедшие с запада, вооруженные европейскими языками и кожаными портфелями с дипломами европейских университетов, внешне ничем не отличавшиеся от прежних античных богов, даже высота лба и стрижки у них были идентичными, — эти варвары узурпируют фирму и авторемонтную мастерскую быка, а сам он, погрязший в долгах перед богами-подельниками, сгинет мартовским утром вместе с новой девяткой. Девятку найдут через месяц притопленной в одном из болот Лосиного острова, а поруразложившийся труп быка — значительно позже, в сентябре, и почему-то в окрестностях подмосковной Щербинки.

Она выйдет замуж за одного из варваров, родит ему маленького сына, но все время, вместо забот о доме и ребенке, посвятит фитнесс-центрам и салонам красоты. Борьба за красоту с каждой морщинкой, превращенная в самоцель — все это сотрет из ее памяти те далекие времена, когда античные боги были так близки и могли принимать любые образы, пусть даже животных, которые сегодня, с высоты ее нынешнего положения, кажутся ей пускай и полезными, но все же грязными и несколько туповатыми.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Новые русские мифы предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я