Русские циклы

П. В. Кочемаров, 2018

В книге «Русские циклы» даётся обзор хода всей русской истории от зарождения славян до наших дней. Автор применяет свою оригинальную трактовку теории этногенеза к исследованию истории России. Благодаря новому методу, длинная череда исторических событий – подъёмов и упадков государства, войн и восстаний, народных бедствий, поражений и побед, – обретает внутреннюю логику, складывается в закономерно сменяющие друг друга фазы и циклы. Постепенно выявляется внутренний ритм истории великой страны и создавшего её народа. Для всех любителей русской истории.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Русские циклы предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава первая. Предыстория. Славяне

Древнерусский этнос возник на основе различных этносов, обитавших на равнине, которую позднее назовут по имени народа её населяющего — Русской. Эти старые этносы служили для него материалом, субстратом, — и среди них важнейшее место занимали славяне. А поскольку русский этнос является славяноязычным и после своего возникновения распространялся главным образом на славянское и славянизированное население, — то русскую историю стали воспринимать как прямое продолжение славянской, а русский этногенез — как продолжение, а то и завершение (Гумилёв) славянского этногенеза. В известном смысле это совершенно верно. Но едва ли так, как это представил Лев Гумилёв. Напомню, в своей работе «От Руси до России» Гумилёв нахлобучил древнерусский этногенез на славянский, объединил их в одно, — так что русичи стали завершением этногенеза славян, а славяне — началом древних русичей.

Чтобы убедиться в явной ошибочности подобной конструкции, достаточно взглянуть на карту Восточной Европы. Сравним основные особенности развития двух этносов — славян и древних русичей, в их географическом измерении. Место зарождения славян, по совокупности данных различных исторических дисциплин, Висло-Одерский регион — бассейн верхней и средней Вислы и верховья Одры. Место зарождения древнерусского этноса — Среднее Поднепровье. Месторазвитие славянского этноса — лесная полоса от верховий Одры до среднего Поднепровья, ограниченная с севера средним течением Вислы и рекою Припять, а с юга — Карпатами и причерноморской степью. Месторазвитие древнерусского этноса — Восточно-Европейская (Русская) равнина: от Карпат и причерноморских степей на юге до Балтийского и Белого морей на севере; от Галичины и Побужья на западе до верховий Волги и Дона (включительно) на востоке. Экспансия славянского этноса распространялась на восток, на юг и на запад. Причём, основными направлениями были два последние — на юг, в пределы Византийской (Ромейской) империи, и на запад — на земли оставленные германцами и другими народами, переселившимися в пределы Западной Римской империи. Экспансия русичей происходила, главным образом, на восток и на север, в необозримые лесные просторы малозаселённой Русской равнины. Таким образом, перед нами два хотя и преемственно родственных, но совершенно различных этноса с полным набором своих собственных этапов этногенеза для каждого из них.

Итак, приступим к выяснению конкретных этапов и фаз собственно славянского этногенеза. Дело это совсем не простое. Главное затруднение в том, что надёжные сообщения о славянах начинают поступать только с VI века н. э. сначала от византийских, а затем и от западноевропейских и арабских авторов. О более ранней истории славян мы можем судить только предположительно по единичным недостаточно ясным свидетельствам античных источников, а главным образом по данным археологии и лингвистики.

В результате многолетних исследований происхождения славян, предполагаемая территория их месторазвития заметно сузилась. В ходе этой работы пришлось отказаться от летописной теории дунайской прародины и от карпатского происхождения, не говоря уже о попытках вывести славян из Азии. Было установлено, что славяне возникли в области к северу и северо-востоку от Карпатских гор, где-то в полосе от верховьев Вислы до Среднего Поднепровья. Изучение древнейшей общеславянской лексики показало, что прирождёнными стихиями славянского этноса были лесная и водная: леса, реки, озёра, болота. В общеславянском языке богато представлены растения смешанных лесов умеренной полосы и их обитатели, разнообразные формы водно-лесного ландшафта. Этому соответствует и характер славянской мифологии с её лешими, водяными, русалками и прочими существами водно-лесного мира. Лесовиками описывают славян и первые дошедшие до нас известия о них античных авторов. В то же время древним славянам чужды были стихии моря, степи и гор. Они не знали их обитателей, не имели развитого словаря для обозначения особенностей их рельефа[2].

Время возникновения славянского этноса обычными историческими методами определить трудно. Славяне возникли вдали от центров цивилизации, своей письменности не имели, — поэтому о ранней поре их существования сведений почти нет. Имеются лишь рассказы Геродота о каких-то племенах к северу от Чёрного моря, но об их этническом облике ничего определённого утверждать невозможно. Археологические материалы важны, но только сами по себе, без дополнительных сведений мало чем могут помочь. Привязка славян к той или другой археологической культуре вещь ненадёжная: нередко одному и тому же этносу соответствует несколько таких культур; а бывает, что и одна культура распространяется на несколько этносов.

Здесь нам и приходит на помощь схема этногенеза. В истории славянства была одна весьма бурная эпоха, составившая одну из самых ярких глав раннего европейского Средневековья. Речь идёт о вторжениях славян в пределы Восточной Римской империи, которые происходили на протяжении почти всего VI и большей части VII веков. Славяне прошли насквозь балканские провинции империи — от Дуная до Эгейского моря, большую часть их заселили, поселились даже на южной оконечности Балкан — Пелопоннесе, атаковали острова восточного Средиземноморья, высадились на побережье Италии и Малой Азии. В то же самое время славяне заняли обширные территории центральной Европы вплоть до Эльбы и Восточных Альпов. С другой стороны своего ареала славяне активно продвигались и осваивали просторы Восточно-Европейской равнины.

Такая мощная экспансия в процессе этногенеза может происходить только в период подъёма-надлома либо в фазе обскурации. В данном случае перед нами явно обскурационная фаза. Это ясно видно из того, что означенные события были последним активным действием славянства как целого в истории. В дальнейшем оно перестаёт существовать как единая целость. Далее в истории действуют уже не славяне, но «славянские народы», т. е. славяноязычные новые этносы, возникшие на основе слияния расселившихся славян с различными местными племенами. Многие из этих славянских народов сохранили живую память о своём родстве и былом единстве. Можно считать, что славянский этнос продолжил своё существование в этих новых этносах в мемориальной фазе. Но реальное славянское единство распадается навсегда.

Во многих регионах, где славяне в ходе своей экспансии завоевали господствующее положении, — они, в конце концов, были ассимилированы. Так произошло в Пелопоннесе и других районах Греции, в Дакии и Паннонии, в бассейне Эльбы и Одры. Это явление указывает на значительный спад этнической напряжённости в среде славян, что характерно для завершающего этапа этногенеза.

Итак, в VI и VII веках славянский этнос пребывал в фазе обскурации. Из этого надёжно установленного факта мы и будем исходить в своих построениях. Но если VI и VII века были для славян фазой обскурации, то тогда этнический толчок, положивший начало славянскому этносу, можно предположительно отнести ко времени за три-четыре века до Рождества Христова. Эту датировку мы и будем использовать в качестве ориентира. Несомненно, что славяне в свою очередь имели этнических предков. Вероятно, ранее существовали какие-то праславянские общности. Но далее вглубь истории мы не пойдём. Для нашей цели это не требуется. Да и глубже — тема становится совсем уже темной, и что-либо утверждать можно только гадательно.

Посмотрим теперь, насколько наша датировка этнического толчка, положившего начало славянскому этносу, согласуется с данными науки. Известный языковед М. Фасмер определял образование славянского языка временем около 400 года до н. э. Крупный отечественный филолог-славист Ф.М. Филин отмечал, что хотя начало славянства не может быть с точностью установлено, но «мы можем быть уверены в том, что праславянский язык в I тысячелетии н. э. и в века непосредственно предшествующие нашей эре, несомненно, существовал[3]». Примерно к той же датировке пришёл крупнейший польский славист Т. Лер-Сплавинский. По его версии славяне окончательно складываются где-то в середине I тысячелетия до н. э. Выдающийся советский и российский археолог В.В. Седов принимает за начало славян культуру подклошевых погребений (400-100 годы до н. э.), развивавшейся в бассейнах средней и частично верхней Вислы и Варты. Своё наименование культура получила по характерному обычаю накрывать остатки трупосожжений большим колоколовидным сосудом-клошом, перевёрнутым вверх дном. Эта культура возникла в результате миграции населения поморской культуры на юг и юго-восток, на территорию восточной части ареала центрально-европейской лужицкой культуры, и последующего слияния поморских племён с местным лужицким населением. С этого времени, отмечает Седов, можно выявить культурную преемственность вплоть до достоверно славянских древностей раннего средневековья. Подкрепляют версию висло-одерской прародины славянского этноса наблюдения польских учёных над славянской топонимикой. На пространстве между Одером и Днепром Т. Лер-Сплавинский выделил зону первичной гидронимики в бассейне Вислы и Одры и зону производной гидронимики в Среднем Поднепровье.

Таким образом, славянский этнос возникает на субстрате из восточных лужичан, в которых видят древних праславян и поморцев, предположительно западных балтов по этническому происхождению. В пользу того, что праславяне входили некогда в ареал лужицкой культуры говорит общность происхождения их ремесленной лексики с другими центрально-европейскими этносами — германцами и италиками[4]. Надо сказать, что балты по этому критерию резко отличаются от центрально-европейских племён. Это говорит о том, что балтский этнос развивался где-то в стороне от Центральной Европы, и делает гипотезу древнего балто-славянского единства весьма сомнительной. Возникновение культуры подклошовых погребений приблизительно совпадает с гипотетической датой славянского этнического толчка по теории этногенеза.

Время существования культуры подклошовых погребений приходится на фазу подъёма славянского этноса. На позднем этапе своего существования эта культура распространяется до среднего течения Одера на западе и Припятского Полесья и Волыни на востоке. Но ещё до того как подклошовая культура закончила своё существование, во II веке до н. э. в её ареале складывается новая пшеворская культура, а восточнее — в Среднем Поднепровье — Зарубинецкая. Обе культуры были родственны подклошовой и поморской, обе сформировались под сильным кельтским влиянием. И ту и другую большинство исследователей связывают преимущественно со славянами, хотя в их генезисе принимали участие и другие племена.

Кельты в III веке до н. э. расселились в Силезии и верхнем течении Вислы и таким образом вступили в соприкосновение со славянами. Яркая кельтская культура оказала мощное влияние на славян и значительно способствовала их культурному подъёму. Особенно велико оно было в сфере ремесла — металлообработка, керамика славян явно выработались под кельтским влиянием. И оно не ограничилось только сферой материальной культуры, но оставило явственные следы и в духовной жизни. Языческое храмовое зодчество западных славян сложилось во многом под влиянием кельтов.

Но при всём том, значительно превосходящие славян по уровню культуры и оказавшие на них столь сильное культурное влияние кельты, были вскоре поглощены славянами! Находившиеся в фазе подъёма славяне были бедны культурно, но сильны этнически. Восприняв многие элементы кельтской культуры, они, в конце концов, полностью ассимилировали своих учителей (к концу I века до н. э. на всей территории Польши), распространившись на принадлежавшие кельтам земли среднего Одера. Таким образом, на вершине подъёма славяне занимают территорию от бассейна Одера до Среднего Поднепровья. В Поднепровье, на Волыни, к югу от Припяти славяне, вероятно, встретили родственные праславянские племена, в среде которых новая культура распространилась быстро и без сопротивления.

Ещё одним народом, оказавшим большое влияние на славян в фазе подъёма, было германское племя бастарнов, расселившееся в Поднестровье. Бастарны также находились под сильным культурным влиянием кельтов и во многом транслировали это влияние в среду соседнего с ними зарубинецкого славянского населения. Славяне вполне могли принимать участие в походах бастарнов за Дунай. И возможно с этим связано распространение каких-то элементов латенской (кельтской) культуры среди зарубинцев. Во всяком случае, образцы излюбленных ими фибул находятся на севере Балкан — в Иллирии[5].

Где-то на рубеже нашей эры славянский этнос переходит в фазу надлома. Данная фаза характеризуется резким усилением тяги этноса к территориальной экспансии. Распространяется это правило и на славян. Надо сказать, что славяне на протяжении большей части своей истории предстают как этнос мирный, невоинственный. В древних славянских захоронениях встречается мало оружия. Византийский автор Иоанн Эфесский писал даже, что ранее (до VI века) славяне «не знали оружия и не дерзали показываться из лесов». Это конечно преувеличение, но весьма характерное. К тому же по своей политической структуре славяне были чрезвычайно децентрализованы, раздроблены на многочисленные племена. Поэтому в ходе своей экспансии славяне не могли концентрировать большие силы для преодоления серьёзных препятствий в виде сильных этносов. Натыкаясь на такие препятствия, их продвижение приостанавливалось, обтекало возникшие преграды. Славяне распространялись постепенно, по линии наименьшего сопротивления. Быстро занимали они только территории, оставленные прежними обитателями, переселившимися в другие места.

И всё же, значительное усиление активности славян в фазе надлома не осталось незамеченным в тогдашнем цивилизованном мире. Именно от этой эпохи до нас дошли первые сообщения античных авторов о славянах. Первоначально они стали известны под именем «венедов». Этноним «венеды» весьма древний. Первое упоминание народа с таким названием встречается ещё у Гомера. Гомеровские «энеты» жили во II тысячелетии до н. э. в Пафлагонии, приморской области на севере Малой Азии и были союзниками троянцев. Затем венеты появляются на северном берегу Адриатического моря, где впоследствии была основана знаменитая Венеция. По мнению Геродота, эти венеты были иллирийцами, по мнению Страбона — кельтами. Полибий сообщает, что хотя адриатические венеты в отношении «нравов и одежды мало отличаются от кельтов, но языком говорят особым» (Полибий Всеобщая история в 40 книгах, II, 17; 5;6). Также известны были в римскую эпоху венеты в Бретани (Арморика) в Галлии. Проживавшие в приморских областях венеты всюду были известны как искусные мореплаватели и торговцы. Имя тех же венетов можно услышать и в сообщениях мореплавателя Пифея из Массалии (IV век до н. э.), обогнувшего на своём корабле Западную Европу и достигшего «страны янтаря». Здесь, на побережье Балтийского моря он повстречал неких гвинонов. Таким образом, имя венетов в древности носили какие-то индоевропейские племена, по всей видимости, иллирийцы, а быть может и ещё более древние народности. Это имя было перенесено и на славян их соседями — германцами и кельтами. От них оно стало известно античным авторам.

Впервые венеды появляются на страницах «Естественной истории» Плиния Старшего, погибшего при извержении Везувия в 79 году н. э. В одном месте он передаёт рассказ другого римского автора о купцах-индах, которых буря прибила к побережью Германии в 58 году н. э. В другом месте замечает: «Некоторые передают, что она населена вплоть до реки Вистулы сарматами, венедами, скирами, хиррами…» (Плиний. Естественная история, IV, 13, 97). Речь идёт о бассейне Вислы.

Затем о венедах упоминает римский писатель Тацит (умер в 120 году н. э.): «Здесь конец Свебии. Отнести ли певкинов, венедов и феннов к германцам или сарматам, право, не знаю, хотя певкины, которых некоторые называют бастарнами, речью, образом жизни, оседлостью и жилищами повторяют германцев. Неопрятность у всех, праздность и косность среди знати. Из-за смешанных браков их облик становится все безобразнее, и они приобретают черты сарматов. Венеды переняли многое из их нравов, ибо ради грабежа рыщут по лесам и горам, какие только ни существуют между певкинами и феннами. Однако их скорее можно причислить к германцам, потому что они сооружают себе дома, носят щиты и передвигаются пешими, и притом с большой быстротой; все это отмежевывает их от сарматов, проводящих всю жизнь в повозке и на коне» (Тацит. Германия, 46). Певкины — бастарны жили на нижнем Дунае. Следовательно, Тацит отводил венедам всё пространство от финских лесов до низовий Дуная, частью и Карпаты (так как речь идёт о горах), и от Германии до Сарматии.

В последующее время венедов упоминает в своих трудах географ второй половины II века н. э. Клавдий Птолемей: «Сарматию ограничивают великие племена; венеды по всему Венедскому заливу, а к северу от Дакии — певкины и бастерны, и со всех сторон Меотиды — языги и роксоланы, а возле них — амаксобии и алано-скифы». «По реке Висле под венедами [живут] гутоны, затем финны, затем сулоны». Ещё в одном месте Птолемей говорит о «Венедских горах» (по-видимому, Карпаты) (Птолемей. География, III, 5,7; III, 5,1)

Этноним венеды находим также в Певтингеровых дорожных таблицах, римский источник III века н. э. Здесь венеды упоминаются дважды. Первый раз венеды-сарматы помещаются между Балтийским морем и Альпами Бастарнскими, т. е. Карпатами. И второй раз рядом с гетами и даками, между низовьем Дуная и Днестром.

Таким образом, по сведениям античных авторов венеды-славяне в фазе надлома I–II века н. э. расселяются по всему бассейну реки Висла и выходят к побережью Балтийского моря. С другой стороны славяне заселяют Прикарпатье и проникают в Карпатские горы. Славяне-венеды поселяются между Дунаем и Днестром — там, где несколько веков спустя станут известны славяне-анты. Добавим к этому, что пшеворская культура на позднем этапе своего существования переваливает Карпаты и распространяется в бассейне Тисы. А зарубинецкие племена активно осваивают лесные просторы Поднепровья и Подёсенья (отток населения на север был вызван опустошительными нападениями сарматов на поселения в Среднем Поднепровье). Территория славянского этноса в фазе надлома значительно расширяется.

Нельзя также не обратить внимание на следы раннего появления славян на среднем Дунае, в Иллирии и Трансильвании. Широко известен рассказ Начальной летописи о том, что славяне жили на Дунае «где есть ныне Угорская земля и Болгарская». Затем на них напали «волхи» (кто такие точно неизвестно), сели среди них и начали их угнетать. Поэтому славяне разошлись с Дуная в разные стороны и поселились в тех местах, где они обретались во времена близкие к составлению летописи — по Висле, по Днепру и т. д. Этот летописный рассках стал основой гипотезы о дунайской прародине славян. Совокупность всех известных фактов славянской истории эту гипотезу не подтверждает, и большинство историков уже давно от неё отказалось. Однако возможно в основе летописного рассказа лежат вполне реальные события, лишь неверно истолкованные составителем летописи. Следы раннего пребывания славян в Карпатах и на Дунае зафиксированы в римском пейтингеровом дорожном справочнике, донёсшем до нас информацию от первых веков нашей эры. В нём содержатся названия рек, озёр и селений явно славянского происхождения: реки Вука и Врбас на Драве и Саве (Иллирия), река Брзава ниже по Дунаю, за Тисой; река Матка в западной части Трансильвании, Черна (река и населённый пункт); колония Черна упоминается в римских источниках со II века н. э.; река Залатна (во II веке н. э. на ней находилась римская колония Апула). Эти и другие названия, зафиксированные римскими источниками, свидетельствуют о том, что в первые века нашей эры славяне уже заселили отдельные районы Подунавья и Дакии.

К сожалению, мы почти ничего не знаем о событиях того времени за пределами границ цивилизованного мира. Картину событий приходится восстанавливать большей частью путём догадок. События летописного рассказа могли бы относиться к столкновению славян с римлянами во времена завоевания Дакии императором Траяном и последующим римским правлением этой областью. Выводы теории этногенеза полностью согласуются с летописным источником. Фаза надлома — эпоха усиленной экспансии этноса, так что перемещение в этот период крупных отрядов славянства на Дунай совсем не удивительно. Их тех же событий в славянский эпос вошла полумифическая фигура Траяна.

Версия соблазнительная. Но, по здравом размышлении я бы не стал приводить ПВЛ в подкрепление раннего присутствия славян на Дунае. Дело в том, что летописный рассказ имеет характер довольно свежего исторического воспоминания. Скорее всего, в нём отразились события рубежа VIII–IX веков, когда после разгрома Аварского каганата император Карл Великий организовал на Среднем Дунае Паннонскую марку. Его франки, по всей видимости, и были теми самыми «волхами», которые сели среди славян и стали их угнетать пуще аварского ига. От нового франкского ига значительная часть проживавших в Паннонии славян разошлась в разные концы славянского мира. Возможно, именно эта волна славянского переселения привела на Русскую равнину радимичей и вятичей, поселившихся на своих местах в сравнительно недавнее от летописца время. Те и другие, по его словам, пришли «от лях», т. е. с запада. Итак, не станем в данном случае опираться на сведения ПВЛ. Свидетельства древнего присутствия славян на Дунае имеются и без неё.

К моменту вторжения Траяна славян на Дунае и в Дакии было, видимо, уже немало. В то время на этой территории существовала могущественная держава даков во главе с Децебалом. Она объединяла различные племена по левому берегу Дуная. Децебал был врагом римлян, а значит — другом «варваров», пополнявших его военные силы. Есть одно любопытное свидетельство о тесных связях Децебала с прикарпатскими племенами. Когда Траян выступил в поход на даков и перешёл Дунай, то на одном из первых постов он получил странное предупреждение. Племя буров с Вислы прислало ему огромный гриб, на котором латинскими буквами был написан совет убраться за Дунай и оставить Децебала в покое[6]. Буры — германское племя, жившее по соседству со славянами в верховьях Вислы.

То, что римские источники, как правило, молчат о славянах не должно смущать. Во-первых, самих источников дошло до нас от этого времени совсем мало. Во-вторых, римляне довольно плохо разбирались в этническом происхождении варваров. Обычно вся их масса называлась по господствующему племени, в дальнейший разбор не входили. Славяне в то время не играли первых ролей и не выделялись для римлян из общей массы «даков», «готов», «скифов» или «сарматов». Впрочем, одно свидетельство всё же есть. Римский император Волузиан (251–253) получил титул «Венедский» за поход в Дакию.

После завоевания Дакии римлянами значительная часть из поселившихся там прежде славян, видимо, ушла обратно на север, за Карпаты, и расселилась среди своих соплеменников, разнося рассказы о благодатных дунайских землях и великой европейской реке во всех концах славянского мира.

Уже с первых веков нашей эры, по-видимому, можно говорить о становлении славянского суперэтноса. В ходе экспансии фаз подъёма-надлома славяне заняли обширную территорию Восточной Европы. В пределах славянского расселения оказались отдельные части балтского, кельтского, иранского и других этносов. Всё это иноэтническое население жило бок о бок со славянами, постепенно переходя на славянский язык и со своей стороны оказывая на славян этнокультурное влияние. Так в разных концах славянского мира возникали своеобразные местные варианты единой общности. Созданию суперэтноса много помогала терпимость и уживчивость славян, которые легко вступали в контакт с другими народами, относились к их представителям как к равным себе. Псевдо-Маврикий особо отмечает, что в отличие от других племён, славяне не держали в рабстве захваченных чужеземцев неограниченное время, но по истечении определённого срока либо отпускали их за выкуп, либо предлагали остаться и жить среди них на положении свободных и друзей (XI, 5). Там же повествуется об удивительном славянском гостиприимстве. К VI веку славянский суперэтнос был уже сложившейся реальностью, что зафиксировал в своём труде Иордан: «От истоков Вислы на необозримых пространствах расположилось многолюдное племя венетов. Хотя названия их теперь изменяются в зависимости от различных племён и местностей, однако главным образом они именуются склавенами и антами (Иордан. О происхождении и деяниях гетов, 34).

Но вернёмся несколько назад. Мы закончили описание славянских движений в фазе надлома. С её окончанием, в III веке славянский этнос переходит в фазу инерции, занимающую период III–IV, а возможно и до середины V века н. э. К северу от Чёрного моря в это время расцвела высокоразвитая Черняховская культура. Здесь проживали различные народы. Главенствующую роль играли готы, переселившиеся к Чёрному морю с берегов Балтики. Вместе с ними пришли сюда и некоторые другие германские племена. Повсюду в степях, от Дона до Дуная проживали различные сарматские племена. В Крыму и в низовьях Днепра жили остатки скифов. В Карпатском регионе преобладали дако-фракийцы. Северные области Черняховской культуры занимали славяне. Федерация племён во главе с готами контролировала эту территорию и обеспечивала политическую стабильность (поселения черняховцев не были укреплены). Налаженные связи с городами Причерноморья и балканскими провинциями римской империи способствовали культурному прогрессу и хозяйственному процветанию. Аланы, жившие в бассейне Дона, прикрывали регион с востока от нападения гуннов. Среди черняховцев славян было немало, но в целом то было разноплемённое население, цивилизация, а не этнос.

На западе славянянского ареала по-прежнему существовала пшеворская культура. Славяне-венеды после ухода готов и других германцев на юг, заселили оставленное ими балтийское побережье. С другой стороны пшеворцы осваивали земли в бассейне реки Тисы. К северу от территории Черняховской культуры в лесах среднего Поднепровья также проживали славяне — потомки зарубинецкого населения, а также постепенно ассимилируемые ими балты. Здешняя культура была гораздо грубее и примитивнее черняховской.

Крупные события произошли в это время на юго-западе. Под натиском готов и сарматов римские войска оставили Дакию и ушли за Дунай (270). Вместе с ними ушло большинство римских колонистов. Южную придунайскую часть Дакии заняли готы. Не приходиться сомневаться, что и славяне приняли активное участие в этих событиях. По сообщениям византийских авторов, в VI веке Дакия предстаёт в значительной части славянской страной, где славяне имели твёрдую базу в своих нападениях на империю. Разумеется, что заселена славянами она была не вдруг. Заселение шло на протяжении нескольких тёмных веков перед этим.

Обстановку в Причерноморье резко изменило вторжение гуннов. В конце IV века они, наконец, преодалели аланский барьер и быстро завладели степями от Дона до Дуная. Гибель Черняховской культуры с полным основанием связывается историками с этими событиями. Многие поселения черняховцев были разорены. Население частью уничтожено, частью продано в рабство, многие бежали от гуннов в пределы Римской империи, а немалую часть гунны увлекли за собой в последующем движении в Паннонию. Уцелевшие черняховцы отхлынули из степей в северные, более лесистые и лучше защищённые места, где их быт и хозяйственные навыки быстро примитивизировались. Наступили более простые и грубые времена натурального хозяйства. Культура, пришедшая впоследствии на смену черняховской, была гораздо ниже по своему уровню.

После разгрома алан гунны полвека кочевали в приднепровских степях. Вторжение гуннов привело к разрыву экономических связей сельскохозяйственных районов Поднепровья с цивилизованными странами Средиземноморья, что само по себе не могло не вызвать упадок хозяйства. Причерноморские города хирели. Дунайские провинции империи были разорены бежавшими от гуннов вестготами. Гунны мало нуждались в товарообмене, — по праву завоевателей они отбирали у покорённых и присваивали всё необходимое.

В этническом плане гуннское нашествие ускорило славянизацию Поднепровья. Главный удар пришёлся по жившему южнее славян в степной полосе иранскому населению и по готам. Готы, сарматы, скифы подверглись массовому истреблению. Очень многие ушли на запад. Славяне тоже потерпели немалый ущерб. Но они имели прочные тылы в лесной полосе и, отступив на время, вскоре вернулись и заняли покинутые места. Немало славян, в числе прочих, увлечено было гуннами в Паннонию и Дакию. В V веке византийский дипломат и писатель Прииск Панийский во время поездки в ставку Аттилы в Паннонии встретил «скифов», угостивших его своим напитком под названием «медос».

Начавшаяся эпоха Великого переселения народов предоставила славянам благоприятные возможности экспансии на запад. В начале V века германские племена вандалов, бургундов, квадов, маркоманнов прорвали римский лимес, вторглись на территорию Римской империи и ушли на запад. Обширные территории в бассейнах Одры и Эльбы, в Богемии и Моравии опустели. Эти земли немедля стали заселяться славянами. Занимаемая славянами территория не была, конечно, полностью безлюдной. На ней продолжали обитать остатки германских и кельтских племён, не принявшие участия в переселении своих соплеменников. Старое население постепенно ассимилировалось славянами. Причём прежние племенные названия германцев и кельтов сохранились в несколько изменённой форме в названиях славянских племён: лугии — лужичи, руги — руяне, силинги — слензяне, гелизии — геленсичи, земноны — земчичи, варины — вагры, хатты — хуттичи.

Поселившись в Дакии, Паннонии, Богемии и Моравии славяне с разных направлений вышли к Дунаю, который служил в ту пору южной и юго-западной границей их продвижения. По соседству с ними в Паннонии жили различные германские племена — герулы, гепиды, руги, лангобарды. Гуннская держава, которой все они были прежде подчинены, после смерти Аттилы распалась. Германцы восстали и нанесли поражение гуннам. После чего гуннские орды откочевали на восток — в нижнедунайские, поднепровские и прикавказские степи.

Заключительный и самый мощный этап славянской экспансии развернулся в VI веке, в фазе обскурации славянского этноса. К этому времени славяне уже многолюдный народ, расселившийся на обширных пространствах Восточной Европы. Они, наконец, фигурируют в источниках под своим собственным именем — «склавены». Живших восточнее Днестра славян греки именовали антами (термин, по-видимому, иранского происхождения, означавший «крайние», «живущие на окраине»)[7]. Анты были не племенем, а военно-политическим союзом с участием ославяненных сарматских элементов, на что указывают не славянские имена многих антских вождей. Многие византийские авторы — Прокопий Кесарийский, Иордан, Менандр, Агафий, Феофилакт Симокатта, Псевдо-Маврикий, — оставили о славянах вполне достоверные и довольно подробные сведения. Особенно важны сообщения Иордана, отождествившего склавенов и антов с более древним названием венетов, что позволяет довольно уверенно относить старинные сообщения античных авторов о венетах — к славянам. Все авторы согласно свидетельствуют, что венеты, склавены и анты это разные названия одного этноса, отдельные его разновидности, но очень схожие между собой и говорившие на одном языке. К этому же столетию относятся достоверно славянские археологические культуры — пражско-корчакская (западная часть славянского мира) и пеньковская (восточная и юго-восточная часть).

С начала VI века славяне то и дело переходят Дунай и вторгаются в провинции Византийской империи. У Византии не было достаточно войск, чтобы противостоять их набегам. Основные силы империи сдерживали персов на восточной границе или занимались отвоеванием у германцев средиземноморских римских провинций. Византийские императоры почитали это дело более важным. Небольшие же отряды, посылаемые против них, славяне успешно громили. От грабительских набегов славяне скоро переходят к заселению балканских земель Византии, которые были сильно опустошены также нашествиями готов, гуннов, авар. В правление мператора Маврикия (582-602) славяне заняли Эпир, Фессалию, Эвбею, Аттику, Пелопоннес. Затем они захватили Иллирию на северо-западе Балкан, совершили ряд походов в Италию и Баварию. В 614 году славянский флот опустошает южноиталийскую область Апулию. В 623 славяне нападают на остров Крит. Но это были уже крайние пункты их продвижения. В итоге славяне заняли почти всю Иллирию, Фракию, Македонию, ассимилировав местное население. Южнее — в Греции, они сами были постепенно ассимилированы, несмотря на то, что славян там поселилось немало, и они долго контролировали обширные районы Пелопоннесса (Мореи).

В то время как одна часть славян занимала Балканы, другие продвигались в противоположном, северо-восточном направлении — в верховья Днепра, Оки и Волги, к озёрам Ильмень и Чудскому. Движение на восток не сопровождалось столь драматическими событиями, как на Балканах. Здесь славяне постепенно расселялись в малонаселённой лесной стране, тесня и ассимилируя её коренных обитателей — балтов и финнов. До военных столкновений, видимо, дело доходило редко, пространства хватало.

Славянская экспансия на восток развернулась с нескольких направлений, не только вверх по Днепру и Десне, но и с запада — из бассейна Вислы и Помория. Давно замечено значительное отличие новгородских словен от соседних кривичей и других восточных славян по антропологическому типу и особенностям языка. Те же особенности роднят новгородцев с западными, поморскими славянами. Вероятно, Новгород был основан переселенцами с балтийского Поморья, из самой западной слаянской области на границе с Данией — Вагрии. Главный город Вагрии носил название Старград. Это соответствует и сообщению летописца о том, что новгородцы «от рода варяжска». Ведь варяги в широком смысле — это не только скандинавы, но купцы и воины с Балтики. А Вагрия была хорошо известна развитием торговли и пиратства.

Можно предположить, что широкая славянская экспансия проходила не хаотично, а скоординировано. Мы встречаем одни и те же племенные названия в разных концах славянского мира: хорваты в Прикарпатье, в Чехии и в Иллирии; сербы в Богемии, Иллирии и на Лабе; дулебы на Волыни, в Чехии и Паннонии; смоляне на Среднем Днепре и в окрестностях Фессалоники; северяне на Десне и в задунайской Мезии. Как будто отдельные славянские племена выделяли из своего состава контингенты для переселения по различным направлениям. Если это так, то руководящий центр должен был находиться где-то в центре славянской территории. В связи с этим вспоминается рассказ арабского писателя Масуди о существовании в старину у славян господствующего племена «валинана» (волыняне, именовавшиеся также бужанами), которому повиновались прочие славянские племена. «Этот народ — одно из славянских племён чистейшей крови, которое высоко чтилось среди их племён и могло ссылаться на свои старые заслуги перед ними». Вероятно, конец державе «валинана» положило аварское нашествие. Затем славяне далеко разошлись от прежнего центра, утратили постоянную связь и обособились на новых территориях. Прежнее славянское единство распадается.

Далее следует заключительный этап славянского этногенеза. С окончанием в VII веке обскурационной фазы и переходом в фазу мемориальную славянский этнос, как целое, перестаёт быть активной исторической силой. Место его в данном качестве заступает множество славянских народов, которые образовались на основе славян и прежнего населения территорий, занятых славянами. Все эти народы составили обширную славянскую суперэтническую общность. Выйдя из фазы надлома, содержанием которой был окончательный распад славянского политического единства, славянский суперэтнос в VII–VIII, начале IX веках находился в фазе инерции. В этот период этнокультурное единство славянского мира было ещё велико. Славяне добились значительных успехов в культуре, обрели свою письменность.

В IX–X веках славянский суперэтнос проходит фазу обскурации. Впрочем, его историческое существование могло продолжаться ещё очень долго за счёт энергии молодых славянских народов, народившихся в пределах суперсистемы. Однако славянский суперэтнос подвергся экспасии со стороны более молодых и сильных суперсистем — Западной Европы и Византии и был разорван на части. Западные славяне с IX–X веков постепенно втягиваются в европейское суперэтническое поле, а южные — в византийское. Славян, не сумевших приспособиться к новой реальности, ожидал печальный конец. Последние очаги славянского язычества были задавлены немцами в XII веке, а западно-славянские языческие племена бодричей, лужичей, вагров, руян и прочие — ассимилированы.

Последним независимым осколком славянского суперэтнического мира осталась Древняя Русь, сохранившая свою этническую самостоятельность и от (Западной) Европы и от Византии (несмотря на культурное влияние). Русская летопись выражала ясное сознание славянского единства. Эстетика славянского язычества на Руси прекрасно сохранилась, о чём ярко свидетельствует знаменитое «Слово о полку Игореве». В глухих углах Древней Руси славянское язычество было живо ещё при татаро-монголах (земля вятичей). В рамках народной бытовой культуры славянские языческие пережитки сохранились и при господстве Христианства. Славянское этническое сознание не исчезло совсем, но в этнической структуре новых славянских народов сохранилось на нижнем уровне иерархии в мемориальном состоянии.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Русские циклы предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Примечания

2

Филин Ф.П. Образование языка восточных славян. М.; Л.: Изд. АН СССР, 1962. С. 113–123.

3

Филин Ф.П. К проблеме происхождения славянских языков. В кн.: Славянское языкознание. VII Международный съезд славистов. М., 1973. С. 381.

4

Трубачёв О.Н. Ремесленная терминология в славянских языках. М., 1966.

5

Пачкова С.П. Зарубинецкая культура и латенизированные культуры Европы. К., 2006. С. 223–224.

6

Зелинский Ф.Ф. Римская империя. СПб.: Алетейя, 1999. С. 267.

7

Филин Ф.П. Образование языка восточных славян. М.; Л.: Изд. АН СССР, 1962. С. 60.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я