Этот его бриллиант
Этот его бриллиант не давал мне покоя. Ни есть, ни спать не мог — всё думал о нём.
Знать, что в лашманском болоте лежит Игорь Скромный с алмазом в ноге, и продолжать заниматься всякой ерундой…
Покойная Гошина жёнушка уверяла, что он получил в наследство от тётки КРУПНЫЙ КРАСНЫЙ БРИЛЛИАНТ. Я погуглил: такой камушек тянет на несколько миллионов долларов. Десятки миллионов!
Думаете, раскатал губищу? Как бы не так! Я проверил.
Самые дешёвые — белые, серые и коричневые алмазы: «всего-то» пять тыщ баксов за карат. Если кто не знает, карат — это пятая часть грамма.
Жёлтые бриллианты стоят примерно пятнадцать тысяч «зелёных» за карат. Цена оранжевых стартует от шестидесяти штук бакинских.
Розовые камушки торгуются уже от полутораста косарей гринов, а голубые или синие алмазы — от ста шестидесяти тысяч долларов за карат.
Самые дорогие — чистые зелёные бриллианты: три лимона за ту же меру. Но и красные отстали недалеко — полтора-два миллиона зелени за карат. А ещё, говорят, они невероятно редки…
Поэтому, если жена Игоря ничего не напутала, и он действительно получил в наследство от тётки красный алмаз — то это целое состояние! Крупный розовый — тоже деньги, но если и вправду красный… Надо искать!
Хотя — чего тут искать? Игоря убили и бросили в болото на моих глазах. Трое других свидетелей и участников преступления вряд ли уже живы. Да если ещё и топчут землю, всё равно ж никто из них не знал, что Гоша ходил с вшитым в бедро алмазом. Знали бы — ощупали и обыскали б его, прежде чем топить…
Света, жена его, точно мертва — до сих пор снится… Так что про этот его бриллиант в болоте знаю теперь только я. Значит, мне и карты в руки.
Но каков стервец! Приезжал ко мне домой, падал в ноги, ныл, скулил, умолял помочь — и ни словом не обмолвился про этот свой алмаз! Ну не скотина?.. Правильно его убили.
Теперь-то задним числом я вспоминал, как Игорь всё повторял, что хочет рвануть за границу. А про бриллиант — ни слова. Про что угодно рассказывал: про свои грёбаные командировки, как пил с урками в поездах, как кувыркался с бабами в гостиницах, а про алмаз — ни-ни! Говнюк! И ведь был уверен, что пока камушек у него под кожей, можно без опаски продолжать разгульную жизнь — никто и не догадается! А то и верно: носить в карманах — рискуешь потерять или обворуют-ограбят, дома оставлять — квартиру обчистят. А из ноги можно только выковырять. Классно придумал!
Хотя — как придумал… Света говорила, что Гоша где-то вычитал, как один раб-индиец вынес с рудников Голконды крупный алмаз, спрятав его в надрезе на бедре и прикрыв повязкой из листьев. Но тому индусу это не помогло: то ли умер от заражения крови, то ли его поймала охрана, бросив в наказание на съедение акулам…
Вот и Игорь плохо кончил: кара за скрытность и беспутство настигла его в лашманских болотах, где он до сих пор и лежит…
Впрочем, лежит ли? С того момента, как ему свернули шею и бросили в топь, прошло уже около трёх лет. Три года, Карл, не к месту будь помянут!..
* За три года до описываемых событий. Место действия — посёлок Лашман, Нижегородская область, Россия.
Дождь усиливался, и сквозь ветви деревьев мы увидели, как участники экспедиции потянулись в разбитую на пригорке посёлка палатку — помянуть погребённых в лесу власовцев. Периодически люди выходили наружу перекурить, некоторые, оглядываясь по сторонам, тут же справляли малую нужду и снова заходили внутрь.
Режиссёра нашей «киногруппы» Ивана Минова с Игорем Скромным долго не было видно. Но вот, когда державший меня за руки рыжий бородач уже начал злиться и чертыхаться, они вдвоём вышли из палатки. Минов показал рукой в нашу сторону, и они двинулись по направлению к нам. Но если мэн с раскосыми глазами шёл твёрдым шагом, постоянно озираясь по сторонам, то Гошу за много метров выдавала шаткая походка сильно пьяного человека.
— А мы уже изрядно нализавшись! — удовлетворённо крякнул бородатый. Они с Карлом снова подхватили меня под мышки и не спеша поволокли в глубь леса.
Очень скоро мы услышали приближающиеся голоса.
— Где же они? — заплетающимся языком вопрошал Гоша.
— Ваш друг уже на ногах! Видите, как далеко утопали! — врал ему полукровка Минов.
— Мы здесь! — негромко откликнулся лохматый бородач.
— О! Вот и нашли! — радостно отозвался раскосый начальник «киногруппы», и они пошли на голос.
— Ау! — пытался кричать Игорь Скромный, но ему мешала икота, и в лесу раздавался лишь звук его раскатистой отрыжки.
Меня потащили им навстречу, и уже через минуту Гоша повис на мне, осыпая пьяными поцелуями:
— Ну как ты, старик? Поправился? — лепетал он, вперившись в меня мутным взглядом. — Как идёт расследование? Ищут меня? Нашли труп Эльвиры Улябиной? Чего молчишь?
Спьяну Скромный даже и не заметил, что меня держат под руки сразу два человека.
— Что вы встали в воде? — произнёс в этот момент Минов. — Пройдёмте чуть вперёд, там посуше.
Игорь повернулся к нему и нетвёрдым шагом двинулся в направлении, где виднелся островок земли. Тогда мэн с раскосыми глазами кивком головы подал условный знак бородачу, и тот в свою очередь, указав своему напарнику рукой на моего приятеля, громко приказал:
— Сломай ему шею, Карл!
Дальше всё произошло стремительно. Гоша толком даже ничего не смог понять, как убийца в две секунды подошёл к нему сзади, схватил за голову и с такой силой крутанул её вокруг позвоночника, что вместо затылка моего друга передо мной снова оказалось его лицо. Я опешил: Игорь по-прежнему стоял ко мне спиной, но глаза в глаза вперился в меня непонимающе-испуганным взглядом. Через мгновение тело его обмякло и осело в лужу.
— Ну вот и всё! Со Скромным покончено, — радостно произнёс Иван Минов.
— Может, и этого тоже здесь порешим? — кивнул на меня лохматый садист.
— Мы уже обсуждали этот вопрос, — недовольно пробурчал полукровка. — Наш друг выиграл от меня путёвку во Вьетнам и едет с нами! Продолжаем действовать по намеченному плану: мы должны быть вне подозрений. Скромного мы не видели, куда он попёрся пьяным — не знаем. Съёмочной группой приехали, в полном составе и уедем. А сейчас быстро избавимся от трупа.
Они тут же нашли небольшое болотце поглубже, насовали в куртку Игоря камней и бросили его тело в воду. Оно погрузилось под ряску, забулькали пузыри. Душегубы быстро нарезали и нарубили веток кустов и деревьев и густо набросали их сверху на водоём.
— Теперь его тут вовек не найдут, — по-хозяйски сказал бородач. — Даже если начнут искать, в округе столько могил и трупов, что раскапывать замучишься.
