Наши за границей. Юмористическое описание поездки супругов Николая Ивановича и Глафиры Семеновны Ивановых в Париж и обратно

Николай Лейкин, 1897

Н.А. Лейкин – русский писатель, издатель петербургского юмористического еженедельника «Осколки», в котором под псевдонимом А.Чехонте печатался А.П. Чехов. Его книга «Наши за границей» – юмористическое описание поездки купеческой четы Николая Ивановича и Глафиры Семеновны Ивановых в Париж и обратно – выдержала до революции 27 изданий и была в свое время очень любима читателями. С течением времени эта история, полная забавных приключений и веселых недоразумений, стала еще смешнее и актуальнее.

Оглавление

Из серии: Наши едут по Европам

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Наши за границей. Юмористическое описание поездки супругов Николая Ивановича и Глафиры Семеновны Ивановых в Париж и обратно предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Люди без понятия

После того как швейцар удалился, кельнер подал чай и тот русский самовар, которым похвастался швейцар. Глафира Семеновна хоть и была еще все в тревоге от испуга на подъемной машине, но при виде самовара тотчас же расхохоталась.

— Смотри, смотри… И это они называют русским самоваром! Ни трубы, ни поддувала, — обратилась она к мужу. — Какое-то большое мельхиоровое яйцо с краном, а внизу спиртовая лампа — вот и все.

— Брось уж. Не видишь разве, что здесь люди без понятия к русской жизни, — отвечал презрительно Николай Иванович. — Немцы, хоть ты кол им на голове теши, так ничего не поделаешь. Ну, я пока буду умываться, а ты разливай чай. Напьемся чайку и слегка булочками закусим, а уж на ночь поужинаем вплотную.

— Геензи, кельнер… ничего больше. Нихтс, — кивнула Глафира Семеновна кельнеру.

Напившись чаю, Николай Иванович опять позвонил швейцару.

— Ну, хер Франц, надо нам будет немножко Берлин посмотреть. Веди, — сказал Николай Иванович.

— Нет, нет… Ни за что я никуда не пойду! — воскликнула Глафира Семеновна. — Еще опять в какую-нибудь машину вроде подъемной попадешь и перепугаешься.

— Да что ты, глупая! Хер Франц теперь предупредит, коли ежели что.

— Да, да, мадам. Будьте покойны. Больше ничего не случится, — отвечал швейцар.

— Пойдем, Глаша, — упрашивал жену Николай Иванович.

— Ну хорошо. Только уж спускаться я ни за что не буду на вашей подъемной машине.

— Вы где это, хер Франц, русской-то образованности обучались, в какой такой академии наук? — задал Николай Иванович вопрос швейцару.

— Я, мосье, в Варшава один большой хотель управлял, там и научился.

— А сам-то вы немец?

— Я больше поляк, чем немец.

— Еврей, что ли?

— Что вы, ваше превосходительство? Я поляк, но родился в Кенигсберге…

— В Кенигсберге? Ну, проку не будет! — воскликнула Глафира Семеновна. — Я умирать буду, так и то этот город вспомню. В этом городе нам обедать не дали и потребовали какую-то телеграмму, в этом городе мы перепутались и попали вместо берлинского поезда в какой-то гамбургский поезд и приехали туда, куда совсем не следует.

— Да ведь гамбургский поезд тот же, что и берлинский поезд. От Кенигсберг оба поезд идут до Диршау…

— Диршау? Ох, про этот город и не говорите. Этот город просто ужасный город! — воскликнул в свою очередь Николай Иванович. — Там живут просто какие-то разбойники. Они обманным образом заманили нас туда, сказав, что это Берлин, и продержали целую ночь в гостинице, чтобы содрать за постой.

Швейцар пожал плечами.

— Удивительно, как это случилось, что вы говорите про Кенигсберг. От Кенигсберга до Диршау один поезд и на Гамбург, и на Берлин. Вам нужно было только слезть в Диршау и пересесть в другой поезд.

— Ну а нам сказали, что надо поехать обратно в Кенигсберг, и мы, не доезжая Диршау, вышли из вагона на какой-то станции и поехали обратно в Кенигсберг, чтоб из Кенигсберга сесть в берлинский поезд.

— Это шутка. Это кто-нибудь шутки с вами сделал.

— Как шутки! Нам кондуктор сказал и даже высадил нас чуть не силой. Нам начальник станции сказал и даже штраф хотел взять.

— Вас надули, господин, или вы не поняли чего-нибудь. Поезд от Кенигсберга как на Берлин, так и на Гамбург — один, и только в Диршау он делится, — стоял на своем швейцар.

— Да нет же, нет! — воскликнул Николай Иванович.

— Ну что ты споришь, Коля! — остановила его жена. — Конечно же нас могли и надуть, и в насмешку; конечно же мы могли и не понять, что нам говорили по-немецки. Толкуют, а кто их разберет, что толкуют. Я по-немецки только комнатные слова знаю, а ты хмельные, так разве мудрено понять все шиворот-навыворот? Так и вышло.

— Уверяю вас, господин, что вам не следовало ехать обратно в Кенигсберг, чтобы садиться в берлинский поезд. Дорога до Диршау одна. Я это очень хорошо знаю, — уверял швейцар. — Я служил на эта дорога.

Николай Иванович досадливо чесал затылок и повторял:

— Без языка, без языка… Беда без языка! Ну, однако, что ж у вас в Берлине сегодня вечером посмотреть? — обратился он к швейцару.

— В театры теперь уже поздно, не поспеем к началу; но можно побывать в нашем аквариуме.

— Ах, и у вас, так же как и в Петербурге, есть аквариум? Глаша! Слышишь, и у них в Берлине есть аквариум.

— Наш берлинский аквариум — знаменитый аквариум. Первый в Европа.

— Браво. А кто у вас там играет?

Швейцар посмотрел на него удивленными глазами и отвечал:

— Рыбы… Рыбы… Рыбы там и амфибиен.

— Да неужели рыбы?

— О, господин, там рыб много. Есть рыбы с моря, есть рыбы с океан.

— И играют?

— Да, да… играют.

— Глаша, слышишь! В аквариуме-то ихнем рыбы играют. Надо непременно пойти и послушать.

— Да что ты? — удивилась Глафира Семеновна.

— Вот рассказывает. Ведь этого в другой раз ни за что не услышишь. А кто у них дирижирует? Как вы сказали? — допытывался Николай Иванович.

— То есть как это? Я ничего не сказал, — удивился швейцар.

— Нет, нет… Вы сказали. Такая немецкая фамилия. Анти… Антиби…

— Я сказал, что там есть рыбы и амфибиен, — повторил швейцар.

— Послушаем, брат, хер Франц, этого Амфибиена, послушаем. Веди нас. Глаша, одевайся! Это недалеко?

— Да почти рядом. Unter den Linden, — отвечал швейцар.

— Это что же такое? Я по-немецки не понимаю.

— Наш бульвар Под Липами. Я давеча вам показывал.

— Ах, помню, помню. Ну, Глаша, поворачивайся, а то будет поздно. Да вот что, хер Франц, закажи, брат, нам здесь, в гостинице, ужин к двенадцати часам, а то я боюсь, как бы нам голодным не остаться.

— Зачем здесь? — подмигнул Николаю Ивановичу швейцар, ободренный его фамильярностью. — Мы найдем получше здешнего ресторан, веселый ресторан.

— Ну, вали! Жарь! Вот это отлично. Люблю, кто мне потрафляет. Глаша!

— Я готова.

Из-за алькова вышла Глафира Семеновна в ватерпруфе и шляпке, и супруги стали выходить из номера. Сзади них шел швейцар.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Наши за границей. Юмористическое описание поездки супругов Николая Ивановича и Глафиры Семеновны Ивановых в Париж и обратно предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я