Глава 7
А в это время врачи из Славянска спасали жизнь неизвестной девушке, которую ночью доставил в больницу молодой мужчина, назвавшийся Егором. Согласно его версии, он ехал от знакомых из Голубицкой и, подъезжая к мосту через Протоку, увидел лежащую на земле избитую, всю в крови, девушку.
Ни документов, ни телефона при ней не было, поэтому зав. хирургическим отделением Гроздей Пётр Николаевич отправил в полицию сведения о потерпевшей как о неизвестной «потеряшке».
Девушка была без сознания. У неё были множественные ушибы, как на теле, так и внутренних органов, также сломана ключица, не говоря уже о черепно-мозговой травме.
Илья Колесников, заваривший всю эту кашу, с каждым часом всё дальше и дальше удалялся от южных пейзажей, примкнув к байкерам, которые возвращались в Москву из Крыма, где принимали участие в соревнованиях.
Дорожные романтики не стали влезать парню в душу, но, взяв его в свою команду, делили с ним кров, хлеб и телефон, потому что свой мобильник он при первой же возможности выбросил, побоявшись, что по нему быстро вычислят его местонахождение.
Илья, воспользовавшись телефоном новых друзей, созвонился с одним из приятелей и узнал, что тот находится на даче, пока его предки купаются в Чёрном море. Юноша попросил байкеров не везти его в Москву, а забросить в подмосковную Малаховку. Ребята не стали спорить и, немного изменив маршрут, выполнили просьбу Ильи.
Никита, а среди своих Кит, очень удивился, когда увидел московского приятеля у себя на даче. По его виду было понятно, что гостей он не ждал, и этот визит был ему неприятен. Но Илья об этом не подумал и теперь выкручивался из создавшегося положения как мог. Ведь ему надо было где-то остановиться, пока он не поймёт, что делать дальше. Илья так привык врать за последние два дня, что для него не составило труда соврать ещё раз.
Не моргнув глазом, он сказал приятелю, с которым с детства бегал по Останкинскому парку, так как они жили в одном районе, что поссорился с родителями, потому что они не разрешали ему общаться с местными ребятами и всё время водили за собой чуть ли не за руку.
А когда отец решил, что он украл его бумажник, который на самом деле упал под кровать, и ударил его, Илья сбежал к байкерам. Но они уже собирались уезжать домой, поэтому обидевшийся сын попросил ребят взять его с собой. Для достоверности своего рассказа Илья смело добавил, что, когда он позвонил родителям и сообщил, что уезжает в Москву, они обрадовались и пожелали ему счастливого пути.
Кит молча выслушал рассказ незадачливого путешественника, а потом, глядя в сторону, спросил:
— Так у тебя с собой ни копейки? А на какие шиши ты собираешься жратву покупать, пока твои родители домой не вернутся? Бро, я вообще-то тоже на мели, и ты в мои финансовые планы совершенно не вписываешься.
Илья, которому в последнее время помогали абсолютно безвозмездно незнакомые люди, в данной ситуации опешил.
— Так ты меня гонишь, что ли, Кит?
— Думай, что хочешь, но предки оставили бабок впритык, и у меня уже ничего не осталось. Слушай, я сегодня встречаюсь с одним чувачком, — оживился Никита. — Он хорошо платит, а делать ничего даже не надо, просто оставить закладки и после оплаты, сообщить, где они находятся.
— Так это же незаконно и опасно, — заморгал глазами Илья.
— А голубей ловить и жрать их, не пробовал? — сплюнув со злостью на землю, сказал Кит.
— Неужели, действительно, всё так плохо? — рассуждая вслух, произнёс Илья. — Но мне надо где-то хотя бы неделю перекантоваться. Домой я попасть всё равно сейчас не могу.
— В общем, выбора у тебя нет: либо бери дозы, либо проваливай. А если вякнешь где-нибудь про это, тебе не жить, — вставая с крыльца и давая понять, что разговор окончен, подвёл черту Никита.
— Хорошо, я согласен, — твёрдо сказал Илья. — Но деньги за работу мне нужны вперёд.
Кит отошёл к буйно растущим кустам сирени и быстро переговорил с кем-то по телефону. Потом они отправились в сторону железнодорожной станции, но, не доходя до платформы, юркнули в придорожные кусты и сели на бревно, которое, видать, не один год использовалось как лавка, потому что было отполировано чуть ли не до блеска.
Буквально через минуту появился странный тип с бегающими глазами. Он отдал Никите свёрток и деньги, а Илье велел следовать за ним.
Илья растерялся. Он не ожидал такого расклада событий. Но Кит, получив свёрток и спрятав его за пазуху, уже двинулся в обратном направлении, даже не попрощавшись.
Колесников догнал незнакомца и спросил:
— А куда мы идём?
— Не идём, а едем, — ответил тот.
Они и правда доехали до станции «Удельная» и, выйдя на платформу, пошли вдоль железной дороги. Незнакомец всё время молчал, и Илья уже стал жалеть, что согласился на эту авантюру.
Когда впереди показались старые частные дома, они подошли к одному из них, и странный тип открыл калитку.
Дальше они сразу прошли по узкой дорожке в дом и огляделись. Илья, с детства проживавший в трёхкомнатной квартире со всеми удобствами, вдруг ощутил себя не в своей тарелке. Такое убожество он видел впервые. К старому и неопрятному убранству дома примешивался отвратительный запах плесени и какой-то тухлятины. Он непроизвольно скривился.
Вдруг с улицы внутрь зашла девушка. На вид ей можно было дать и двадцать, и двадцать пять, и даже восемнадцать лет. На ней были узкие джинсы и растянутая футболка. Она жевала жвачку и лопала время от времени сделанные из неё пузыри.
— Марго, принимай новичка, — вместо приветствия произнёс незнакомец.
Девушка с интересом уставилась на Илью, насмешливо и нагло рассматривая Колесникова с головы до ног.
— Ты откуда, милое созданье? — первой начала разговор Марго.
У неё был хрипловатый голос, который никак не вязался с её внешностью. И этот странный тембр прибавлял ей возраста, хотя фигура у неё была как у школьницы.
У Ильи от увиденного окончательно пропал дар речи. В голове крутились обрывки разговора с Никитой, и он вдруг ясно понял, что обратной дороги нет. Получается, что он продал душу дьяволу, хотя денег за это так и не получил.
— А где у вас можно умыться и попить? — сипло спросил Колесников.
Девушка, не переставая улыбаться, показала ему на умывальник в виде кастрюли без ручек, но с гвоздиком внизу.
Юноша, преодолев брезгливость, умылся, и Марго протянула ему отбитую эмалированную кружку с водой.
— Есть хочешь? — спросила она и, надув пузырь, снова лопнула его.
Илья кивнул.
— Тогда хавай, а то потом некогда будет, — посоветовала девушка и вышла с незнакомцем во двор.
Колесников подошёл к столу, на котором лежали варёные яйца, хлеб и колбаса.
«Да, выбор невелик, но хотя бы это», — подумал он и с жадностью откусил корочку от вкусно пахнущей горбушки чёрного хлеба.
