Храбрая девочка с пятью фамилиями
Наутро Маша с папой собрались идти в школу. Записываться в первый класс. Папа глядит, а Маша что-то хмурая. Чего такое? Оказалось, Маша боится записываться.
— Марья, да это не страшно, — сказал папа. — Тебя спросят имя-фамилию, проверят, умеешь ли ты читать да считать, и всё.
— А я всё равно боюсь.
— Тогда давай превратимся в тех, кто не боится. — Папа направил на Машу невидимую волшебную палочку и торжественно сказал: — Марья Петровна Уткина, превращаю тебя в бесстрашную воительницу.
Папа сделал паузу.
— Теперь твоя фамилия — Птибурдукова-Тарарыкина-Перепетуева-Гукасовская.
Маша покатилась со смеху:
— Папа! Не бывает таких фамилий!
— Это у обычных девочек не бывает. А у отважных — бывает. Чем смелее девочка, тем длиннее у неё фамилия. А ну говори, как тебя зовут?!
— Марья Петровна Птибурдукова-Тарарыкина-Перепетуева-Гукасовская, — оттарабанила Маша без запинки и хрюкнула от смеха: — Вот это фамилия!
— Ну? Боишься?
— Вроде бы не боюсь! Не боюсь, папа!
— Ну, тогда идём.
Пришли они в школу. А там, перед дверью кабинета, уже сидит несколько детей с родителями. И дети нервничают, а уж родители — тем более.
«Видно, у них фамилии совсем коротенькие, — подумала Маша. — Не повезло».
Из кабинета выглянула тётенька и сказала:
— Уткина Марья.
Маша с папой вошли и оказались в школьном классе. Три ряда парт, три большущих окна, доска, на которой можно мелом писать, — здорово!
И тётеньки сидят: комиссия. Смотрят на Машу и говорят:
— Здравствуй, Маша. Ты хочешь у нас в первом классе учиться?
А Маша отвечает:
— Вообще-то нет. Просто меня в космос не взяли, потому что у меня рост всего 132 см. Мне пока все скафандры велики, к сожалению. Даже детские.
— А, — говорят тётеньки, — так-так, понятно. А как твоя фамилия?
— О! Моя фамилия, — отвечает Маша, — Птибурдукова-Тарарыкина-Перепетуева-Гукасовская. Марья Петровна.
— Как-как?? Бурдюкова?
— Нет, — терпеливо сказала Маша. — Я — бесстрашная Марья Петровна по фамилии Птибурдукова-Тарарыкина-Перепетуева-Гукасовская.
— Бурундукова? Мукасовская? — переспрашивает комиссия. — А дальше что?
Маша говорит:
— Минутку. Я вам сейчас свою фамилию на доске напишу.
Побежала она к доске — хвать мелок и давай писать, пока мел не отобрали! Весело!
Мелок по доске стучит — тук-тук-тук — крошится, а Маша знай буквы выводит с завитушками. Вдруг, думает, в школу не возьмут, так я хоть узнаю, как это — мелом на доске писать.
— Ничего не понимаю, — говорит главная тётенька. — Мы же Уткину вызывали.
А Маша думает: «Чем длиннее фамилия, тем храбрее девочка», — и говорит:
— А я и есть Уткина. Это моя пятая фамилия.
Дописала на доске «Уткина» и над каждой фамилией проставила цифры — 1, 2, 3, 4, 5.
Тётеньки из комиссии повернулись к папе. А папа сидит за партой, и в руках у него — плакат с кривоватыми, но очень красными буквами:
«Вперёд, Уткина-Птибурдукова-Тарарыкина-Перепетуева-Гука…» — а «совская» уже не влезло.
— Скажите, папа, — произнесла главная тётенька, — а ваша фамилия тоже э-э-э…
— О да! — говорит папа. — Тоже! И даже на пару фамилий длиннее, потому что я — ужасно храбрый. Я ведь и в школе учился, и в университете, а потом работать пошёл.
— Так, а кем же мы работаем? — спросила строго вторая тётенька.
— Мы работаем в больнице, — отвечал папа. — Хирургом. Позвоночники оперируем.
— А в детстве папа космонавтом работал! — торопливо добавила Маша. — А ещё клоуном в цирке.
— Да-да. Мы так и подумали, — сказали тётеньки. — Ну что же, Марья Петровна, приходи через неделю в первый класс.
— Но вы же не проверили, умею ли я писать! — возмутилась Маша.
— Как не проверили, а это что? — и комиссия показала на доску с пятью Машиными фамилиями.
Папа свернул плакат, они попрощались со строгими тётеньками и отправились домой.
— Страшно было? — спросил папа по дороге.
— Ни капельки, — ответила Марья Петровна и прижалась к папе.
