Глава 1 Последствия удалёнки
Болезнь беспощадно косила людей. Непривычные к эпидемиям горожане были погружены в состояние непрекращающейся паники. В воздухе витал страх. Он был настолько силён, что многие, особенно люди в возрасте, боялись выйти из своих квартир. Им казалось, что даже стоит открыть шторы на окнах, как непременно заразятся странной болезнью. Они отлично знали симптомы и помногу раз на дню следили: не повысилась ли температура, не давит ли в груди, не появились ли пятна на лице, ну а если на нервной почве подскакивало давление — один из симптомов, то тут же звонили в «Скорую».
Первые два месяца были самыми сложными — настоящий хаос. Был введён карантин и комендантский час. Гипермаркеты и заведения сферы услуг позакрывались, начались проблемы с продуктами и товарами. Полицейскому Департаменту работы только прибавилось. Полицейские отлавливали граждан, нарушающих правила, вели с ними профилактическую беседу и всеми доступными методами пытались снизить тревожность населения. Но полицейские тоже люди, и их здоровое количество вскоре стало перевешивать в сторону больных. Директор Департамента принял решения на время эпидемии освободить сотрудников от работы в офисах. Они перешли в онлайн режим или ушли, как шеф «Коллегиума Мистических Расследований» в компании со своими подчинёнными, в бессрочный отпуск.
Эпидемии дали название Санли — по имени первой заболевшей, одной из тех, кого удалось вырвать из лап драко. Наконец, когда была изобретена вакцина, и она показала положительные результаты в борьбе с эпидемией, население города и других заражённых округов смогло облегчённо вздохнуть. Хаос и паника, которые овладели человечеством в эти два месяца, наконец, ослабли. Смертность стала снижаться, а количество заболевших уже не было критическим, оно постепенно перевешивало чащу весов в сторону жизни.
Всё это время Хо находился в своей квартире. Сам начальник Нил строго следил за этим, обещая, в случае несоблюдения его требований, посадить детектива под домашний арест.
Ланферд предпочитал находиться рядом с шефом, он и присматривал за ним, и развлекал, старательно избегая тем разговоров, связанных с эпидемией Санли. Да Хо и сам не горел желанием изучать ежедневные сводки с полей сражений за человеческую жизнь.
Верон, Аурэйя и Фарий навещали их исключительно дистанционно, поскольку вирус распространялся воздушно-капельным путём, и существовала вероятность подхватить его, даже несмотря на своё временное бессмертие — вдруг кто-нибудь из их душ решит покинуть Царство Небесное. Фарий завёл дневник и вёл наблюдение за собой и ребятами, то и дело подмечая изменения, связанные с нахождением души в Царстве Небесном.
— Эпидемия закончится, сменю обои — слишком мрачные, — сказал он при очередной видео встрече с друзьями.
— Кстати, — вклинился шеф, — пока ты в равнодушном состоянии, может расскажешь, почему тебя тянуло к такому мрачному образу жизни?
— Да и мне это тоже интересно, — отозвалась Аурэйя.
— Фарий, не признавайся, — посоветовал Верон. — Всё, что ты скажешь, может быть использовано против тебя.
— Ты же не использовал знания обо мне против меня, — заметил Фарий. — Думаю, и остальным я тоже могу доверять.
— Можешь быть во мне уверен, — искренне заверил Ланферд. — Ну, а если шеф подведёт, мы сообща ему отомстим.
— Началось… — проворчал Хо. — Не можешь без угроз обойтись?
— Я не буду мстить детективу Хо, даже, если он не оправдает моего доверия.
— Это мне больше нравится! — воскликнул Хо. — Фарий, обещаю, всё, что ты скажешь, останется между нами.
Фарий, вздохнув, опустил глаза.
— Я это… три года назад увлёкся готической культурой. Вступил в сообщество готов. Даже участвовал в конкурсе «Смерть и сон». Надо было показать свою спальню в мрачных тонах. Занял третье место и мне подарили Сэма и Дюка.
Все слушали рассказ Фария с нескрываемым интересом.
— То есть, — произнёс шеф, когда парень замолчал, собираясь с мыслями, — ты стал владельцем своей квартиры в тринадцать лет? Не верится.
— Нет, я тогда в детдоме жил. Но Директору не хотелось, чтобы мой странный образ жизни повлиял на остальных ребят. Да и Сэма с Дюком куда-то надо было девать. В общем, я устроил бойкот, обещал покончить с собой, угрожал и всё такое прочее. Ну и добился отдельного жилья. Год за мной присматривали опекуны и, поняв, что я достаточно самостоятелен, стали реже приходить. Потом я попал в Полицейский Департамент, и с тех пор я стал совершенно свободным.
— А как ты в Департамент Полиции попал? — поинтересовался Ланферд. — Да ещё в Коллегиум?
— Просто пришёл к Директору и сказал, что могу быть полезен в розыске преступников. Впечатлил, рассказав пару его секретов. Повезло, что как раз вёлся набор кандидатов в Коллегиум.
— Да ты счастливчик! — весело воскликнула Аурэйя, захлопав в ладоши.
— Есть немного, — согласился, скромно улыбнувшись, Фарий.
— Верон, а ты как в Коллегиум попал? — с вопросом обратился к нему Хо.
— Тебе действительно это интересно? — парень удивился.
— Очень интересно. Остальные наверно в курсе, а у меня в этом плане пробел. Расскажешь о себе?
— Хорошо, расскажу. Мне деньги очень были нужны, и я написал статью о сверхспособностях на примере личного опыта, отправил её в популярное интернет-издание. Статью опубликовали, выплатили гонорар, а вскоре позвонил начальник Нил. И вот я здесь. В общем, моя история не такая увлекательная, как у Фария.
— Но она тоже интересная, — заверил Хо. — Аурэйя, теперь твоя очередь.
— А у меня вообще грустная история, — девушка вздохнула, накрутив на палец локон своих розовых волос. — Я участвовала в конкурсе красоты, переволновалась сильно и упала в обморок. Меня доставили в больницу, где мне жутко захотелось рисовать. Я все стены в больнице мелками изрисовала.
— А что ты рисовала? — полюбопытствовал Ланферд.
— Не помню точно, но что-то жуткое. Много из нарисованного сбылось, и слухи обо мне достигли Департамента Полиции. Начальник Нил лично приходил в мою палату и даже на камеру снял мои художества. Может рисунки ещё у него.
— Он мне ничего о них не говорил. Я обязательно поинтересуюсь, — пообещал Хо.
— Шеф, а давай прямо сейчас? — предложил Фарий. — Департамент закрыт, а начальнику наверно скучно.
Идея показалась Хо интересной. Он набрал на голоктере код его связи. После недолгого ожидания, появилось изображение сосредоточенного лица начальника.
— Да, Хо, слушаю тебя. Только давай побыстрее, у меня дел много.
— А чем вы заняты?
— Я волонтёр помогаю выявлять заражённых и разношу им лекарства. Ты об этом хотел узнать?
Ребята тоже внимательно следили за беседой.
— Хотел пригласить вас в гости, но раз вы заняты… Можете ответить на один вопрос?
— Задавай.
— Мы тут вспоминаем, кто и как оказался в Коллегиуме. Оказывается, вы снимали на камеру палату, в которой лежала Аурэйя. У вас сохранились её рисунки?
Начальник ненадолго задумался.
— Кажется, они где-то в архивных файлах. Я посмотрю и отправлю их тебе.
— Буду ждать. Успеха вам в вашей волонтёрской деятельности!
Начальник Нил кивнул в ответ и отключился.
— Он выполняет своё предназначение — быть спасателем, — первым нарушил молчание Фарий.
— Интересно, а какое у меня предназначение? — вопросительно произнёс Верон. — Шеф, ты знаешь, как определить своё предназначение?
— Без малейшего понятия. Думаю, просто надо делать то, что у тебя хорошо получается.
— Мне кажется, — начала Аурэйя, — у нас у всех предназначение раскрывать преступления. Каждый своими способностями.
— Согласен, — кивнул Хо. — Вместе мы отличная команда!
— Но ведь может случиться так, что Коллегиума не будет, — продолжил размышлять Фарий. — Чем, например, мне заниматься? Кажется, я тогда потеряю смысл жизни.
— Я уверен, — решил ответить Ланферд, — для любого из нас найдётся местечко в Полицейском Департаменте. Нужно радоваться, что мы смогли изменить судьбу. Представить только, что, если бы всё осталось как есть, нас бы уже не было в живых.
— Верно, — поддержал Верон. — Кстати, Ланф, дружище, только ты не делился с нами своими откровениями. Расскажешь, как оказался в Коллегиуме?
— Ты-то ведь уже в курсе, — Ланферд посмотрел на него с многозначительной улыбкой.
— Ну так только я и в курсе. Подумай о шефе. Вы столько времени делите одну квартиру, а он о тебе ничего не знает. Обидеться может… — и тут же обратился к шефу: — Хо, неужели ты так и не поинтересовался о жизни своего квартиранта? Вдруг он тайный клептоман? Или поселился у тебя, чтобы втихаря собирать компромат?
— Верон, прекращай фантазировать, — остановил его поток словоизлияний Хо. — Мне вполне достаточно, что Ланферд просто хороший парень. Не надо наговаривать на него.
— Шеф, он не наговаривает, — сказал Ланферд. — В одном варианте он прав на все сто, а во-втором на пятьдесят.
— Да, ладно… — усмехнулась Аурэйя. — Не поверю, что ты собираешь компромат на шефа.
Хо был потрясён услышанным и не знал, как реагировать. Он просто внимательно смотрел на Ланферда, пытаясь понять, где правда, а где выдумка.
— Извини, шеф, я не мог раньше сказать, — Ланферд поймал его растерянный взгляд. — Сам Директор просил меня наблюдать за тобой, в противном случае, он обещал помешать мне поступить в Высшую Полицейскую Академию.
— Какие откровения, — задумчиво проговорил Хо. — Неожиданно…
— Да, он просил меня докладывать ему, чем ты занимаешься и с кем общаешься. Но в Академию экзамены я не сдал — мы как раз с драко разбирались. А потом у меня пропало желание учиться. Так, что Директор ничего от меня о тебе не узнал. Ты бы видел, как он рвал и метал — ну, я тут слегка преувеличил — он просто сказал мне: «Ланферд, пошёл вон!». Так что, если что, ты меня к Директору не отправляй по поручениям там разным — может боком выйти.
— Странно, что Директора интересует моя персона. Ему начальник Нил итак всё обо мне давно доложил.
— Просто он считает, что тот, кто выводит других на чистую воду должен быть безгрешен. Это-то он и хотел выяснить. Нет ли у тебя вредных привычек, странных наклонностей, странных друзей — мы не в счёт. Ли Хо, поздравляю — ты идеален! — Ланферд неожиданно подмигнул ему и вкрадчиво поинтересовался: — Наверно хочешь, чтобы я перестал жить в твоей квартире? Верон обрадуется, когда ты меня прогонишь. Он давно мечтает занять моё место.
— Эй! Что за поклёп!? — сердито выкрикнул Верон. — И ничего я не мечтаю. Мне и у себя неплохо живётся.
— Успокойся, Ланферд, не собираюсь я тебя прогонять. Я привык к твоему присутствию. Даже если ты и наговорил что-то Директору обо мне — меня это не пугает. Подумаешь невидаль. Я так понял, это был вариант с пятидесятипроцентной скидкой? — Ланферд, улыбнувшись, кивнул в ответ. — Тогда другой вариант меня тревожит. Признавайся, в чём подвох?
— Никакого подвоха, шеф. Я клептоман!
— Да, ладно, — не поверил Фарий. — У меня ничего не пропадало. А у тебя Аурэйя?
— Не знаю, я давно в рабочем столе ревизию не делала.
— У меня тоже ничего не пропадало, — заверил шеф.
— Я особый клептоман. И состою в чёрных списках всех часовых мастерских и часовых магазинчиках нашего мегаполиса.
— Ты воруешь часы? — потрясённо воскликнул Фарий.
— Ну да, это моя страсть. Шеф, твои часы я запретил себе даже трогать. Будь спокоен. Я за свои наклонности ручаюсь.
— Даже представить себе такого не мог. Чтобы Ланферд был преступником… — Хо растерянно умолк.
— Верон уже сдал меня Полиции, так что ты опоздал, — посмеиваясь, произнёс Ланферд.
— Даже так? — Хо вопросительно посмотрел на молчаливо слушающего откровения друга Верона.
Парень насмешливо опустил глаза.
— Вот дела! — воскликнул Фарий. — И Верон ни словом не обмолвился об этом. Верон…
Верон пристально посмотрел на Ланферда, потом опять опустил глаза, словно чувствуя себя виноватым, и сказал:
— Я готов к тому, что при встрече Ланферд меня побьёт. Не думал я, что он решит сам признаться. Я рассчитывал обернуть всё в шутку.
— Именно побить тебя я и собирался, — уведомил Ланферд. — Но я уже не сержусь, наверно из-за того, что тоже становлюсь равнодушным, как начальник Нил. Может, сам расскажешь мою историю про попадание в Коллегиум? А то вдруг кто-нибудь мне не поверит. Вижу, ты горишь желанием выставить меня в выгодном для себя свете.
— Успокойтесь, парни, — вмешался Хо, почувствовав назревающий конфликт. — Что между вами происходит? Вы перед Аурэйей рисуетесь что ли? Показываете, кто лучше, провоцируете друг друга, пытаетесь задеть.
— А причём здесь я? — возмутилась девушка. — Только на меня стрелки не переводите. Я в состязаниях за чьё-то внимание не участвую.
— И чьё это внимание? — озадачился вопросом Хо. — Если убрать Фария и Аурэйю…
— А я никогда и не отрицал, что детектив Хо является объектом моих интересов, — откровенно признался Верон.
— Каких ещё интересов? — пожелал уточнить Хо, опешив от такого признания.
— Исключительно связанных с моими способностями. Ты для меня загадка, которую я хочу разгадать. И то, что ты больше внимания уделяешь Ланферду, меня действительно расстраивает.
— Верон, ты так серьёзно говоришь, что это меня пугает, — произнёс Хо. — Похоже, общение по удалёнке плохо на тебя влияет.
— Да, я тоже это заметил, — вздыхая, сказал Верон. — Хочется быть со всеми вами поближе, понять, кто о чём думает, переживает. Грустно…
— Верон, хватит тоску нагонять, давай рассказывай про Ланферда, — нетерпеливо высказался Фарий. — А то я сегодня не засну. Ланферд, ты же правда не против, что он расскажет?
— Пусть рассказывает, — подтвердил Ланферд. — А то у меня смешно получится.
— Хорошо, иду я значит как-то по холлу Полицейского Департамента, — начал Верон, — и вижу краем глаза, какой-то парень часы на стену вешает. Не обратил внимание, ну вешает и вешает. Пришёл в Коллегиум, а вскоре звонит Директор: «Верон, на тебя вся надежда, в холле кто-то спёр часы, подаренные аж самим Президентом за какие-то там достижения. Причём средь бела дня! Какой позор! Несмываемое пятно…» и так далее. Пришлось мне спуститься с девятого этажа и ненавязчиво просканировать каждого сотрудника Полиции. Я в шоке, никто не только не видел вора, но даже не запомнил, висели ли часы. Словно кто-то начисто стёр их память. Кто, спрашивается, кроме меня, мог такое сделать? В общем, я был в трансе. И конечно, очень хотел найти этого человека. День проходит, другой, а результата ноль. Директор точит клык, уже думает, что затея с Коллегиумом провальная. Я в отчаянии. Даже на работу идти не хочется. Но опять иду по холлу и вижу… парень вешает часы… Я наблюдаю. Он их повесил, поулыбался всем, кому-то подмигнул, помахал рукой, типа: «Пока!», сложил стремянку и направился к выходу. Я за ним, пытаюсь просканировать, понять, что за тип. А он заходит за здание и пропадает. Я туда-сюда нет его. Что за бред, думаю. Я даже начал разочаровываться в своих способностях. А тут вдруг он выскакивает прямо на меня и хватает за грудки.
— Какого чёрта, ты за мной увязался?! — спрашивает. Припёр он меня к стене здания и смотрит так пристально, точно пытается загипнотизировать. Даже жутко сделалось.
— Ты украл часы, — отвечаю я.
— Я их вернул, в чём проблема? Представь, что отремонтировал. На счёт три, ты забываешь, как я выгляжу, и зачем ты меня преследовал. Один, два, три!
И стукает меня ладонью по лбу. Вероятно, по его замыслу я действительно должен был всё забыть.
— Так и есть, — вклинился в рассказ Ланферд. — Вот же облом получился!
— Но я ничего не забыл! — продолжил Верон. — Зачем тебе понадобились часы? — спрашиваю.
А он уходить уж собрался, оглядывается удивлённо. Я пытаюсь прочесть его, а не могу! Словно блокировка стоит.
— Похоже, ты не из тех, кто поддаётся внушению. Тогда мне остаётся одно — тебя убить!
У меня и тени сомнений не возникло, что он реально намерен меня убить.
— Ты собираешься меня убить из-за часов? — спросил я.
— Ну да, — отвечает он и подходит вплотную. — Первое убийство за столько лет — грандиозное преступление! Ты станешь знаменитостью. Хотелось бы знать твоё имя, прежде чем отправить тебя на тот свет.
— Я, вообще-то, полицейский. За убийство полицейского тебе светит большой срок.
— А имя у полицейского есть? Из какого ты отдела?
Вот совсем мне не хотелось с ним разговаривать. Ну я не выдержал и ударил его, он в ответ. Завязалась драка. Во время драки он вывернул у меня карманы и извлёк удостоверение сотрудника Коллегиума. Я пытался отобрать, но куда там.
— Коллегиум мистических расследований? — читает он, удерживая меня на расстоянии вытянутой руки. — Прям интригует. Хочу поменять убийство полицейского на работу в Полиции, в Коллегиуме по мистическим расследованиям. Как думаешь, мы сработаемся?
— Пошёл ты! Отдай удостоверение!
— Увидимся на работе! — он отталкивает меня и уходит. Я за ним, но оказалось, что у меня ремень на брюках расстёгнут, что я, сделав пару шагов, свалился на землю.
Ланферд, вспоминая произошедшее, начал украдкой посмеиваться.
— Ага, смешно ему, — Верон сердито посмотрел в монитор. — Прихожу я на следующее утро на работу… Аурэйя, может помнишь, как Ланферд в офисе появился?
— Помню, — ответила девушка. — Он пришёл такой счастливый. За пять минут до твоего появления. А я понять не могла, чего ты бочку на него катишь. Смотришь странно. Он и дело доброе совершил — удостоверение тебе вернул, сказал, что в коридоре нашёл.
— А Верон при первой возможности побежал на меня доносить, — продолжил рассказ Ланферд. — Что я вор, и, что работать со мной он не будет. Ага, начальнику Нилу пожаловался.
— Глупо получилось, — пробурчал Верон. — Начальник сказал, что Ланферд останется работать в Коллегиуме, а мне придётся как-то к нему привыкать. И про его страсть к часам он тоже был в курсе. Он у него на особом контроле до сих пор числится.
— Это после того, как и в его кабинете тоже часы пропадали, — уточнил Ланферд. — Я же их краду и обратно возвращаю.
— Какая странная история, — после продолжительной паузы вымолвил Фарий. — А я так и не понял, Ланф, как ты в наш отдел попал?
— Я до этого уже работал в Полицейском Департаменте курьером. И рассказал начальнику Нилу о своих способностях к внушению, не уточнил правда, что это только, если хоть как-то связано с часами, которые я крал. В иных случаях бывал облом, да я и не тренировался особо. У меня уровень обаяния зашкаливает и высокий интеллект. Я заверил, что подхожу для Коллегиума. Разве я оказался не прав?
— Прав, — охотно согласился Хо и поинтересовался: — А зачем тебе часы, если ты их обратно возвращаешь?
— Сам не знаю. Ты же видел моего ангела-часовщика. Все вопросы к нему. Мне просто нравится их держать в руках, слушать их тиканье, фотографировать, создавать слепки из гипса, которые я потом разукрашиваю, делая копию оригинала. В общем, я маньяк часов.
Ланферд весело рассмеялся.
— Вы у него в квартире не были, — произнёс Верон. — Там музей часов. И я понял, что твоя вторая страсть — взрывные устройства, тоже связаны с часами. Твои таймеры слишком громко тикают.
— Точно! Но с таймерами я устанавливаю в редких случаях. Эту страсть я научился контролировать. В обоих случаях нужна точность и аккуратность.
— Но вы получается помирились, — заметил Фарий. — Когда я появился, вы нормально общались.
— Мы пообещали никому не рассказывать эту историю, — сказал Ланферд. — Но Верону сегодня захотелось выговориться.
Верон кивнул, пояснив:
— Как сказал шеф, удалёнка на меня плохо влияет.
Возникла продолжительная пауза. Все задумались, переваривая полученную информацию. Аурэйя принялась накручивать локон с другой стороны. А Хо давно заметил, что начальник отправил ему файлы, но прерывать откровенный разговор из-за этого не спешил.
— Я признателен вам, ребята, за откровения, — наконец нарушил молчание детектив Хо. — Ланферд, если тебе понравились мои часы, — он посмотрел на те, что висели на стене в гостиной, — в спальне ещё есть, можешь взять на время, я не против.
— Шеф… это так трогательно, — вполне серьёзным тоном проговорил Ланферд. — Когда невтерпёж станет, я их у тебя украду.
— И можешь даже оставить их у себя.
— Здорово! Если у меня не найдётся подобного экземпляра, я воспользуюсь твоим предложением. Повезло, что меня не интересуют наручные часы. Кстати, раз уж пошла такая пляска… — Ланферд сделал интригующую паузу и неожиданно заявил: — Верон, ты дерёшься, как девчонка!
— А ещё крашусь, нашёл чем удивить, — бесстрастно парировал Верон.
— Теперь-то я понимаю, почему ты такой. Без обид? — Ланферд приложил к монитору ладонь, ожидая его ответной реакции.
— Уговорил, без обид, — Верон увеличил изображение Ланферда и тоже приложил ладонь.
Фарий, не выдержав, засмеялся.
— Ребята, с вами так весело! Хорошо, что мою весёлость не затрагивает пока факт отсутствия души. Хотя, если подумать… — Фарий вдруг стал серьёзным. — Я стал реже смеяться.
— Фарий, немедленно брось унывать! — потребовал Хо. — Кстати, файлы пришли. Вам ещё интересно?
— Конечно! — живо отреагировал Верон. — Он ещё спрашивает.
— Значит, сейчас глянем на художества Аурэйи.
Хо открыл файлы и отправил их копии на голоктеры ребят.
— А… помню этот, — сообщила Аурэйя, указывая пальцем на пациента, свисающего с кровати головой вниз. Его тело находилось поперёк кровати, что само по себе выглядело странно.
— Умер? — поинтересовался Ланферд.
— Сначала он бился в припадке, потом затих навсегда. Это был мой первый рисунок. Врач, который меня лечил, увидев его, перекрестился. Мне даже стало его жалко. Бедненький, тяжело ему наверно, когда пациенты умирают.
Ребята с интересом рассматривали рисунки. Некоторые действительно предсказывали смерть пациентов или изображали процесс реанимации, но были среди них те, что и не поймёшь, что нарисовано. Словно фрагменты чего-то большего.
— С этими ясно, — проговорил Ланферд. — Ну а это что? Похоже на плечо или… — он перевернул рисунок. — Половинка вазы? А здесь глаз — явно человеческий. Но нарисован как-то боком.
— Не знаю, ребята, — сказал Аурэйя, потягиваясь. — Разбирайтесь сами. Я спать пойду, засиделась что-то.
— Спокойной ночи, Аур, — пожелал Хо.
— И вам, — голоктер девушки отключился.
— Нет, не ваза, Ланферд, — усомнился Верон. — Добавь к нему файл под номером 8785641.
— Мм… — хмыкнул парень, внимательно изучая полученное изображение. — Крыло, что ли?
— А теперь подставь справа тот, что на 44 заканчивается.
— Ух ты! Картина-пазл! — воскликнул Фарий, делая то, что советовал Верон. И уже сам включился в работу. — А теперь добавьте к тому, что заканчивается на 52, тот что заканчивается на 46.
Постепенно на мониторах появлялось изображение нижней части человеческого тела в костюме.
— Только крыло лишнее, — заметил Ланферд.
— Здесь два человека, — был уверен Фарий. — Где-то я видел что-то похожее на волосы, развевающиеся на ветру.
— Вот файл слева, — подсказал Верон. — Я думал это трава. Удивился, что чёрная.
Так пазл за пазлом перед глазами Хо проявлялась, собранное ребятами изображение двух мужчин, стоящих перед страшным монстром. У одного из мужчин были белые волосы и крылья. Причём крылья были окрашены в синий цвет.
— Жуть какая получилась, — взволнованно проговорил Фарий. — Кажется, я знаю, кто эти двое.
— Да, ладно, — усмехнулся Хо, — неужели на меня и моего напарника намекаешь?
— Я и не сомневаюсь, что это вы, Хо, — был убеждён Верон. — Да и про чудовище ты нам рассказывал. Выглядит монстр так себе, наверно у Аурэйи мелков чёрных не хватило.
— У моего монстра много змеевидных щупалец, а у этого только огромный красный глаз, — продолжал сомневаться Хо. — Да и Ти́хо не имеет крыльев и волосы у него чёрные. Это просто фантазии Аурэйи.
— Но на лицо ты очень даже похож, — заметил Ланферд.
— Совпадение. А даже, если и нет, то что с того? Саруэлла сейчас в Царстве Небесном, и этот рисунок не такой уж серьёзный повод нарушать её покой. Вдруг мы поссоримся, и она задумает вернуться к своей подопечной? Рискованно. Давайте будем закругляться, — предложил Хо. — Но я подумаю над рисунками. Может, действительно они ничего не значат?
Попрощавшись с ребятами, Хо отключил видеосвязь. Всё же рисунки Аурэйи произвели на него сильное впечатление. Что они могут значить? Или это действительно всего лишь фантазии юной художницы? Хотя, странно писать картину пазлами.
— Зря я прицепился к её рисункам, — пожалел вслух Хо. — От безделья на всякие глупости тянет.
— Это негативное влияние удалённого общения, — прокомментировал Ланферд.
Хо поднялся с дивана.
— Всё, я спать.
— Шеф, я скоро уйду по делам. Ночевать у тебя не буду.
— Удачи, но, если тебя поймают и отправят в изолятор, на мою помощь не рассчитывай!
— Есть, детектив Хо! Обещаю прийти завтра к завтраку.
Хо направился в спальню. Рисунки не выходили из его головы, и переговорить по этому поводу с напарником он посчитал необходимым. Укладываясь спать, он думал только об этом.
