Есть многое на свете, друг Горацио,
О чем не снилось нашим мудрецам.
Действующие лица романа:
Атлантис
Па Солт — приемный отец сестер
Марина (Ма) — гувернантка сестер
Клавдия — экономка в Атлантисе
Георг Гофман — нотариус Па Солта
Кристиан — шкипер
Сестры Деплеси
Майя
Алли (Альциона)
Стар (Астеропа)
Сиси (Келено)
Тигги (Тайгета)
Электра
Мерри (Меропа)
Пролог
Сибирь, Тобольск, 1925 год
Двое мальчиков уткнулись носами в воротники своих поношенных шубенок, прикрывая лица от порывов ветра, гнавшего перед ними облака снежной пороши.
— Давай живее! — крикнул старший. Хотя ему едва исполнилось одиннадцать, его голос уже был хриплым и грубоватым. — Хватит, пора возвращаться домой.
Младший мальчик, которому было лишь семь, подхватил вязанку хвороста, который они собирали, и побежал за старшим.
На полпути домой дети услышали тонкий писклявый звук где-то за деревьями. Старший остановился и прислушался.
— Ты это слышишь? — спросил он.
— Да, — ответил младший. Хворост оттягивал руки, и, хотя они только что остановились, мальчика начало трясти от холода. — Пойдем домой, пожалуйста! Я устал.
— Не хнычь, — отрезал старший. — Я пойду посмотрю, что там.
Он подошел к соседней березе и опустился на колени. Младший неохотно последовал за ним. Они увидели воробушка размером с монету, беспомощно барахтавшегося в снегу.
— Он выпал из гнезда, — вздохнул старший. — Или это… послушай!
Они стояли под деревом, пока не услышали птичий крик из двух нот.
— Ага! Это кукушка.
— Та, что в настенных часах?
— Не совсем, это жестокие птицы. Кукушка откладывает яйца в чужие гнезда. Когда кукушонок вылупляется, он выталкивает других птенцов на землю — вот что здесь случилось.
— О нет. — Младший мальчик наклонился и провел мизинцем по головке птенца. — Мы здесь, дружок, все в порядке… — Мальчик посмотрел на своего спутника. — Может быть, мы заберемся на дерево и вернем его обратно? — Он попытался разглядеть гнездо. — Нет, слишком высоко.
Внезапно раздался тошнотворный хруст. Младший повернулся и увидел, что старший раздавил птенца сапогом.
— Что ты натворил? — в ужасе воскликнул младший.
— Мать все равно не признала бы его. Лучше так, чтобы не мучился.
— Но… откуда тебе знать. — Карие глаза младшего мальчика наполнились слезами. — Мы могли бы попробовать!
Старший отмахнулся от его протестов.
— Нет смысла пробовать, все равно ничего не получится. Пустая трата времени. — Он направился вниз по склону. — Пошли, нам пора домой.
Младший мальчик наклонился и посмотрел на безжизненного птенца.
— Прости моего брата, — прошептал он, утирая слезы. — Ему очень плохо, на самом деле он не такой.