Адам и Ева

Людмила Попова

В повести «Адам и Ева» говорится о том, как прекрасен мир, в котором нам посчастливилось жить, и как он хрупок. Из-за нашего эгоизма, легкомыслия и тщеславия мы можем потерять его в одно мгновение и навсегда…

Оглавление

  • Вместо предисловия
  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Адам и Ева предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

***

© Людмила Попова, 2016

© Сергей Карпов, иллюстрации, 2016

ISBN 978-5-4483-2021-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вместо предисловия

В 1891 году в провинциальном североамериканском городке местная газета «Моррисонвиль таймс» разместила сенсационную заметку: «Утром во вторник миссис Калп сделала удивительную находку. Когда она разбила кусок угля для растопки, то обнаружила в нем золотую цепочку длиной 25 см древней и причудливой работы…» Всё дело в том, что уголь, в котором нашлась цепочка, образовался на планете около 300 миллионов лет назад. А это, если верить всем научным теориям, время, когда людей и в помине ещё не было…

В 1844 году в каменоломне Нингуди (Шотландия) нашли металлический гвоздь, застрявший в куске песчаника. Возраст песчаника составлял около 400 миллионов лет. Кончик гвоздя торчал из камня и был изъеден ржавчиной, а шляпка находилась в камне на глубине 2,5 сантиметра. Длина гвоздя составляла 23 сантиметра.

Они брели по мёртвой земле. Мёртвой, потому что на ней ничего не росло. Коричневая пыль покрывала её толстым слоем. И всё вокруг было в этой коричневой пыли: небо, воздух… Ни домов, ни деревьев, ни одной живой души… Только коричневая надоедливая пыль, скользящая по ногам…

Они шли и шли, не зная, зачем и куда идут. И везде была только коричневая мелкая и мягкая, как порох, мёртвая земля. Женщина с длинными волосами и мужчина с короткой стрижкой. Оба в одежде бурого цвета. У неё обувь осталась только на левой ноге (она и не замечала потери, до того мягко ступать), у него обе ноги обуты.

Итак, они брели, сами не зная куда, не общаясь, не переговариваясь, как чужие. Однако старались не потерять друг друга. Если кто-то вдруг отставал, то торопился догнать спутника.

Иногда они падали от усталости и тут же засыпали. А когда просыпались, продолжали путь.

Сколько они прошли километров, в какую сторону двигались: на север, юг, восток или запад, продвигались ли вперёд, топтались ли по кругу или эллипсу? Как знать, когда вокруг ни одной приметы, только бурая пыль…

Но что-то заставляло их двигаться, что-то толкало на передвижение, словно они были запрограммированы. Запрограммированы на что? На вечное движение? На выживание?

Откуда они шли и куда? Сколько прошло дней, а может недель или месяцев? Откуда они могли знать, когда вокруг — ничего и никого кроме изобилия мелкой, как мука, пыли.

Какие у них имена и были ли они вообще? Это тоже неизвестно, поскольку они всё время молчали, а значит и не окликали друг друга.

Однажды она упала на четвереньки и поникла головой. Волосы, покрытые пылью, повисли надо лбом как грязная пакля. Он старался приподнять её, продев руки под мышки. Она не поддавалась. Он сел рядом, и она опустилась на пятую точку, откинула назад волосы и поглядела на него. Но ничего не выражало её лицо, словно не было у неё никаких мыслей. Его лицо было таким же: запорошенное пылью, лишенное всякой мимики, словно маска. Сколько они сидели, трудно определить. Наконец он встал и, сделав несколько шагов, оглянулся на неё. Она смотрела в его сторону, но не шевелилась. Он сделал ещё несколько шагов и снова оглянулся. Она продолжала неподвижно смотреть ему вслед. Он пошёл, больше не оглядываясь, и вскоре исчез за пыльной пеленой. Она долго ещё смотрела туда, где он исчез, наверное, ожидая его возвращения, но он не появлялся. Она сделала над собой усилие, поднялась на ноги и пошла, чтобы нагнать его. Но совсем сбилась с пути. Теперь она недоуменно озиралась по сторонам, стараясь понять, в какую сторону он ушёл. Наклонила голову, словно хотела найти его следы, — кажется, нашла, вот они! Но взглянула налево и направо: там были похожие рисунки. Вся пыльная поверхность была испещрена какими-то непонятными следами. Она растерялась и топталась на месте, делая беспорядочные шаги то в одну, то в другую сторону. Потом закружилась на месте, словно в каком-то безумном танце. Кружилась, пока не упала, совсем обессилев. В глазах защипало как от слёз, и она принялась отирать щёки, но, кроме пыли, на них ничего не было. Слёзы остались внутри, боясь пролиться наружу, в это ужасное пыльное царство. Она закрыла лицо руками и сидела, тихонько покачиваясь взад-вперёд, как будто напевала себе колыбельную… или заупокойную. Однако ничего не было слышно: то ли голос пропал, то ли слух… Глухая тишина и мёртвая пыль окружали её со всех сторон, как беззащитную жертву, обречённую на погибель.

Сколько прошло времени, она не знала. Она уже свыкалась, почти свыклась с одиночеством и ожиданием смерти, когда почуяла чье-то присутствие рядом. Подняла голову — он стоял подле, он вернулся. Она обняла его ноги и вся затряслась не то от радостного смеха, не то от плача. Но мёртвая земля жадно проглатывала все звуки вокруг, оставляя только глухую тишину.

Снова они упрямо месили пыль под ногами и куда-то торопились сквозь бурый полумрак. И вдруг подошли к воде. Они остановились у кромки моря или озера. Вода в нём была чёрной и неподвижной. Они зашли по колено и долго пили, набирая пригоршнями. Что-то плотное и скользкое коснулось их рук. Это были какие-то тела. Она оторвала кусок и с жадностью съела, не разбирая, что это может быть. Потом второй, третий… Он тоже что-то ел. Насытившись и ополоснув лицо и рот, они пошли вдоль берега. Теперь у них был, по крайней мере, ориентир. Скорее всего, это было море, потому что не было ему конца. Заснувшее или умершее море с чёрной застывшей водой. Они больше не страдали от голода и жажды и стали выносливей, беззвучно общались, поддерживая друг друга, чувствуя какое-то связывающее их единство, хотя не было между ними ни нежности, ни влечения.

После еды у неё сработал кишечник. Она опорожнилась, подтёрлась пальцем и понюхала. Ожидала почуять резкий неприятный запах, но ничего не ощутила. Или все запахи исчезли, или пропало обоняние.

Проснувшись однажды, они больше не нашли воду. Они уснули у самой кромки, напившись перед сном. И вот её нет. Они долго искали, бегая из стороны в сторону. Вода пропала бесследно, осталась только бурая пыль. Пришлось смириться и брести дальше.

Без воды и пищи они теряли силы и передвигались всё медленней и медленней…

А однажды вообще наткнулись на стену. Она пряталась за пыльной дымкой и вдруг выступила на их пути высокой и неприступной преградой. Пришлось идти вдоль стены, иногда прикасаясь к ней рукой, чтобы убедиться в её присутствии. Голод и жажда беспощадно одолевали их. В бессилии припав к стене, они вдруг заметили на ней скопище каких-то насекомых, которые суетились, наползая друг на друга. Насекомые эти покрывали стену толстым слоем… Он первым сгрёб их в пригоршню и запустил в рот. Она сделала также, с удовольствием ощущая, как они лопаются под зубами. Это были крупные тараканы — жирная и сытная пища. Несколько раз они засыпали подле стены, а просыпаясь, закусывали тараканами и шли дальше. Пищи теперь было предостаточно, но мучила жажда. Насекомые содержали мало жидкости.

Казалось, этой скале, появившейся на их пути, не будет конца. Так долго брели вдоль. Или вокруг.

Но однажды, проснувшись в очередной раз, заметили, что скала исчезла. Вместе со съестными запасами — несметными стадами тараканов. А вместо скалы появилась вода. Причём она прибывала и надвигалась. Словно скала провалилась, образовав озеро. Как и в первую встречу, вода была чёрной и тяжёлой. Мёртвой. Никаких волн, даже мелкой ряби на поверхности. Словно это и не вода вовсе, а намокшая плотная ткань. Их затопило по щиколотку, по колено, по пояс, по грудь… И вот уже они поплыли, смывая с себя пыль и с наслаждением глотая воду.

Они держались на поверхности, почти не делая никаких усилий. То ли они стали сверхлёгкими, то ли вода была слишком плотной. Если находились какие-то тела, они без разбору наполняли ими желудок. Приятно было лежать на воде после пыльной утомительной прогулки. Вода куда-то передвигалась и они вместе с ней, лёжа на её поверхности, как на палубе незнакомого корабля, несущего их в неизвестность. Главное, что они не стояли на месте, а двигались. Они так и уснули на воде, перевернувшись на спину и раскинув руки, не думая ни о какой опасности: какая под ними глубина, или куда их унесёт эта тёмная лавина…

Когда очнулись, воды не было и в помине, словно им всё приснилось. Но их одежда была насквозь мокрой, а тело насыщено влагой. Он стал стаскивать с ног размокшие ботинки, видимо, они ему мешали. Она хотела последовать его примеру, взглянула на свои ноги: обе оказались босыми…

***

Оглавление

  • Вместо предисловия
  • ***

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Адам и Ева предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я