Дикий танец Жасмин

Любовь Огненная, 2020

Продали в рабство? Не отчаивайся! Попала в другое тело? Не опускай руки! Знай, что впереди тебя ждут приключения. И помни: истинная любовь познается в смерти…

Оглавление

Глава 3: В безумии скользящих дней мы слишком часто забываем думать

Аврора

Уверенно направлялась к дверям, не позволяя схватить себя за руки. Хотелось сохранить те остатки гордости, что все еще томились внутри. Злилась. На всю ситуацию в целом, на собственную глупость, на мир, что перестал быть радушным. Вопрос «За что?» так и порывался слететь с языка, но кому его задать? Тишина не ответит.

Когда я вышла на постамент, используемый как импровизированная сцена, испытала страх, но быстро отогнала его, стараясь сосредоточиться на какой-нибудь точке. Центром внимания для меня стал балкон, на котором сидели и стояли несколько мужчин в ярких нарядах. Прямо же передо мной распластался тот самый двор, в который я въехала в дормезе. Он битком был заполнен людьми.

— Разрешите представить вам алмаз сегодняшних торгов! Леди Рэйора Арокос — сбежавшая сестра «Шагдарахского палача»! Найдутся ли смельчаки, которые не побоятся возмездия ее брата?

Гул мигом стих, и тишина стала какой-то зловещей. Не хотела смотреть на то, что происходит внизу под моими ногами. Рассматривала лицо одного из мужчин на балконе. Он был молод — не больше двадцати пяти. Короткие черные волосы казались еще темнее на фоне загорелой кожи и ярких одежд. Лицо его выглядело безмятежным, но тень интереса улавливалась.

Ощущала, как злится работорговец. Ярость волнами исходила от него, а я готовилась к сюрпризам, которые не заставили себя долго ждать.

— Может быть, вам хочется как следует рассмотреть ее? — прокричал он в толпу и рванул пояс моего халата.

Не давала стянуть с себя ткань. Извивалась, уворачивалась, но охранники быстро поймали меня, с легкостью скрутив. Работорговец с нескрываемой ненавистью избавил меня от халата и дернул волосы, распуская их одним движением. Золотистые локоны волнами упали на плечи и спину, а я старалась прикрыться ими, ощущая себя по-настоящему беспомощной.

— Десять тысяч золотом! — крикнул работорговец и кому-то кивнул. — Покупатель пожелал остаться инкогнито!

Злые слезы струились по моим щекам, а меня вели к железной камере, чьи стены и потолок состояли из широких решеток. Там на полу сидели девушки, которых уже продали.

Накинув на себя халат, укуталась в него, скрывая нагое тело, но подвязаться было нечем. Пояс так и остался на постаменте.

Было наплевать, кто меня купил. Только рассмеялась тому, что человек решил остаться инкогнито. Видимо, мой названый брат внушал ужас всему Шагдараху. Интересно, кем он был для Драйяна, раз разрешил использовать его имя рода? Возможно, именно к этому человеку меня и должны были привести. Если «Шагдарахский палач» был другом моего супруга, то наверняка не уступал ему ни в жестокости, ни в хитрости, так что еще неизвестно, где мне сейчас лучше. Если смотреть с этой стороны, то быть проданной рабыней не так уж и плохо.

— А теперь настоящий бриллиант сегодняшнего аукциона! Наследная принцесса Реверонга! — дождавшись тишины, выкрикнул работорговец.

На его губы скользнула довольная улыбка, когда легкий шум превратился в рокот возбужденных голосов.

Жасмин, как и я, шла сама, да только ноги ее сковывали железные кандалы, едва выглядывающие из-под подола халата. Смотрела на всех без интереса — гордая, непокоренная, несломленная. Прямая спина, слегка приподнятый подбородок и взгляд, который говорил слишком красноречиво. Она презирала всех тех, кто сегодня собрался здесь. Будто королева, она статно остановилась у края помоста, уничтожая покупателей лишь одним взмахом длинных пушистых ресниц. Даже не дрогнула, когда послышались крики из толпы:

— Мы хотим увидеть тело!

— Раздень ее!

— Пятнадцать тысяч золотых!

Но торг начался с поистине огромной суммы. Я думала, что это меня оценили дорого, но счет за Жасмин шел на сотни тысяч. А она… Она будто была не здесь.

Все изменилось в секунды. Оттолкнув расслабившегося охранника, она выхватила у него кинжал. Я вскрикнула от ужаса, когда Жасмин махнула лезвием, намереваясь перерезать себе горло, но не успела. Ее скрутили раньше.

— Продана за четыреста тысяч золотых!

После неудачи девушка вновь пришла в себя и теперь спокойно следовала к клетке, а я пыталась найти в толпе того, кто заплатил за нее такую высокую цену. Все расходились. Кто-то направлялся ближе к нам, кто-то скрывался в особняке, а другие выстраивались в очередь у ворот, намереваясь уйти. Только мужчины на балконе по-прежнему сидели и стояли на своих местах. Взглянув туда, я поймала взгляд одного из них. Он пристально смотрел на Жасмин, которая стояла рядом со мной.

— Зачем ты? — коротко шепнула я ей, оборачиваясь так, чтобы закрыть ее от взоров своей спиной.

— Ты же слышала. Я наследная принцесса Реверонга. Я не могу быть чьей-то рабыней, потому что тот, кто купил меня, запросто может стать королем. Такого я не позволю, — сухо проговорила она, а я заметила опасный блеск в ее черных глазах.

— Ты все еще собираешься убить себя? — ошеломленно выдала я, заметив, как в сторону клетки направляются охранники.

— При первом же удобном случае…

Войдя в клетку, охранники крепко схватили нас за руки и вывели на постамент. Спускались вниз по шаткой лестнице к подъехавшему дормезу. Хватка охранников ослабла, а один из мужчин с балкона открыл перед нами дверцу.

«Вояка» — подумала я, стягивая руками ткань халата.

Забирались внутрь на разноцветные подушки и пока ничего не понимали. Я выглянула в окно. Видела, что у второго дормеза стоит тот самый мужчина, что внимательно следил за Жасмин. Выходит, он купил нас обеих.

— Держи, — тихо проговорила девушка, разрывая свой пояс на две части и протягивая мне одну.

Благодарно улыбнувшись, я перевязала халат, наконец, высвободив руки.

— А почему ты в кандалах? — спросила, оглядывая ее ноги в цепях.

— Они сковывают мою магию.

Я немного помолчала. Понимала, что нужно как-то приободрить девушку. Приходила в ужас от мысли, что она желает лишить себя жизни. Грезилась надеждой, что нам удастся выбраться из этой передряги. Наивно? Возможно. Но лучше жить, надеясь, чем пожирать себя отчаянием.

— Нас купил мужчина с балкона, — поведала я ей, усаживаясь удобнее.

— Я видела. Только ничего хорошего не ждет ни тебя, ни меня.

— Почему ты так говоришь? Будь уверена, нам улыбнется удача. Вот увидишь, мы выберемся. — Улыбка вышла жалкой. Злилась на себя за это.

— Если переживем этот день. Знаешь, кто он? Тот мужчина, что купил нас? Младший принц Певерхьера. Он приехал сюда сам вместо того, чтобы послать своего человека. Он знал, что меня выставят на этом аукционе. Более того, я уверена, что он заплатил немало за мое пленение. Меня здесь ждали.

— Ты думаешь, что тебя хотят убить? — ничего не понимала.

— О, нет. Мне сохранят жизнь до брака и коронации, а вот потом… Вполне возможно, что избавятся. Но я не о том. Поверь мне, найдется немало смельчаков, которые захотят побороться за то, чтобы владеть принцессой Реверонга. Навряд ли нам хотя бы удастся выехать за пределы невольничьего рынка.

— Нам же на руку. Если на дормезы нападут, мы можем попытаться бежать. — Уже морально готовилась к возможным событиям, желая, чтобы мы поскорее двинулись в путь.

Лучше попытаться и умереть, чем не попытаться вовсе. После того, что я испытала в этом месте, жизнь с Драйяном казалась сказкой. Я была готова к чему угодно. Будто смотрела на все происходящее отрешенно и со стороны. Словно здесь и сейчас была не я.

— Ты можешь попытаться. А я вот далеко не убегу, — приподняла она полы халата, кивая на кандалы.

— Мы что-нибудь придумаем. — Я буквально загорелась идеей побега, ощущая воодушевление. — А тебя разве не ищут?

— Скорее всего, уже ищут. Но навряд ли отец догадается устроить поиски в Шагдарахе. Я уезжала тайно, узнав, что сестра пропала. Она была гостьей королевской семьи Шагдараха. Должна была стать невестой, но ее выкрали.

— Но ведь это скандал! Война! Разве нет? — спросила, недоумевая.

— Если бы Реверонг имел хорошие войска, если бы мы могли за себя постоять… — ответила она печально. — Герхтар, Ньенгех и Шагдарах уже объединили королевства в единую империю. Они — это сила и мощь, а также угроза Реверонгу и Певерхьеру. Ты, наверное, не в курсе последних политических новостей. Да тебе и не надо…

— Надо! — громче, чем хотела бы, выкрикнула я, прижимая руки к груди.

Жасмин могла знать о том, что случилось в Герхтаре после моего побега. Она могла рассказать мне хоть что-то. Хоть что-то о том, что случилось после смерти Драйяна.

Холодок клубком свернулся где-то в желудке при воспоминаниях о мужчине. Противная неприятная щекотка прокатилась по спине ознобом. Где-то на самом дне пряталась боль. Я не желала ее признавать.

— Хорошо, — грустно улыбнулась девушка. — Три королевства неделю назад объединились в единую империю. Представитель империи нанес нам дружеский визит. Нас поставили перед выбором. Или мы заключаем союз посредством брака наследного принца Шагдараха и моей младшей сестры. Или нас возьмут силой. Легко возьмут, играючи, учитывая то, что у нас нет постоянных войск. Да и никаких войск нет. Отец просто не задумывался о том, что когда-нибудь нам придется воевать. Мы всегда придерживались нейтралитета в любых спорах, да и торговля была давно налажена…

Девушка замолчала на мгновение, когда дормез тронулся с места. Подергав за ручку дверцы, я лишь усмехнулась. Заперто, но другого и не ожидала.

— Олера магией отправилась в Шагдарах вместе с сопровождающими. Ровно два дня она пробыла здесь, а потом пропала. Как только новость дошла до нас, я немедля отправилась в путь. Я тоже могу переноситься. Через воду. Даже капля воды в моих руках смертоносное оружие и путь домой — не многие так могут. Вызнав, где именно может быть моя сестра, я прямиком направилась на невольничий рынок. Она тоже нужна была им, понимаешь? Если Певерхьер объединится с Реверонгом, если заключит союз, то мы возьмем образовавшуюся империю в кольцо. Им хватит воинов, но им нужны и территории, чтобы свободно передвигаться. А еще… Им нужна наша магия.

Ворота открылись со страшным скрипом, а дормез резко дернулся вперед. Кони буквально мчали, а нас прижало к стене, обитой бархатом. Не испугалась. Тот, кто хоть раз катался на американских горках, знает что-то такое лететь с невероятной скоростью. Тем более прямо не так страшно, а вот вниз…

— Но почему они не пойдут на вас войной? Так ведь проще.

— Не проще. Если императорская семья узнает об их планах, их уничтожат еще на подходе. Именно поэтому они хотят все сделать тихо и тайно. Именно поэтому я сейчас здесь.

— А магия ваша им зачем? — я слышала крики, звон стали, но старалась не обращать на них внимания. Дормез не останавливался ни на секунду. Даже не замедлялся.

— У королевской семьи Певерхьера нет магии. Они утратили ее, но превзошли остальные королевства в другом. Их богатство не знает границ. Они торгуют тканями, коврами, красками, добывают золото из недр песков, изготавливают стекло. У них лучшие ювелиры и самое большое войско. Дети чуть ли ни с рождения учатся держать сабли и кинжалы. Им нет равных в военном искусстве, но против империи они бессильны. Всего с десяток сильных магов потребуется, чтобы от их королевства ничего не осталось.

— Но у вас ведь тоже есть маги? Вы не сможете дать им отпор?

— Наши люди не используют свою силу во вред, но даже если бы могли… В королевстве осталось не так много стихийников. Большинство давно перебралось в соседние королевства, где их дар востребован. Конечно, найдется и с десяток сильных магов, но мы — целители. Мы умеем лечить, но не вредить, и уж тем более не убивать.

— Войне наплевать на ваши принципы, — ответила почему-то зло. Не понимала: как это? Они ведь просто не хотят постоять за себя. — Ты тоже целитель?

— Да, но моя магия сейчас бесполезна. Ее сковывают кандалы.

Мы молчали, каждая думая о своем. Я действительно не знала об объедении королевств. Драйян не говорил ничего такого. Выходит, не доверял. Слияние произошло неделю назад — то есть как раз на следующий день после коронации. Не представляла, как маман Драйяна пережила его смерть. Несмотря на все ее угрозы, сейчас я испытывала к ней жалость.

— И твой отец согласится? — спрашивала, а сама понимала, что любой родитель сделает все что угодно, лишь бы вернуть своего ребенка целым и невредимым.

— По-другому и быть не может. Если брак будет заключен в Певерхьере, у него не останется выбора. Олера пропала, а я его единственная дочь.

— Но ты собираешься наложить на себя руки!

— Потому что королевство важнее, чем моя жизнь. Тебе этого не понять. С браком или без, но Реверонг войдет в империю. Тогда королевство ничего не потеряет. А если нам придется объединиться с Певерхьером, будет война. Война, в которой погибнут мои люди. Те, за кого я в ответе. Такого я не допущу.

Это было сказано так спокойно, так буднично, словно девушка нисколько не боялась смерти. Будто всегда была готова к тому, чтобы пожертвовать собой во благо своего королевства. Это ужасало и… Я уважала ее за это решение.

— Да чтоб вас! — воскликнула я, когда дормез резко затормозил и послышалось лошадиное ржание.

— Быстро! Быстро! — громко и отрывисто кричал кто-то.

Дверца распахнулась, и нас буквально вытащили наружу, не проявляя ни капли уважения. Посреди зеленого поля рядом с небольшим двухэтажным домом стоял мужчина в черных одеждах. Оглянувшись, видела, как в нашу сторону по дороге скачут наездники. С десяток, не меньше. Не успела рассмотреть никого, а нас уже толкнули в сторону мужчины, взяв в плотное кольцо вместе с тем самым младшем принцем. Всего секунда, и нас перенесло в самый центр пустыни.

У преследователей не было и шанса.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я