Глава 4. Il viaggio
Полина села возле окошка, пристегнула ремень безопасности и, довольная, стала разглядывать пассажиров. Где-то выше живота приятно ныло — подумать только, отправиться на всю весну в неизвестный город. По проходу шёл загорелый мужчина в солнцезащитных очках, сером пиджаке и белой майке. Он занял место рядом с Полиной.
— Buongiorno, — поздоровался незнакомец.
Полина ответила тем же и улыбнулась.
От мужчины вкусно пахло, обручальное кольцо отсутствовало. Он вежливо поинтересовался, куда Полина собирается.
— Лукка? Так это недалеко от моего города. Я из Виареджо, полчаса езды.
Мужчина по имени Стефано рассказал про свой город на море, про то, куда стоит обязательно сходить. Добавил, что если Полина решит навестить Виареджо, то он с удовольствием пригласит её на кофе и свозит покататься на собственной моторной лодке.
Полина тёрла браслет. Ещё немного, и они договорятся о встрече. Общительные они, эти итальянцы, легко с ними. До конца июня она не то что мужа найдёт, даже замуж успеет выйти.
Мужчина взял телефон и хотел было записать её номер, как на экране появилась надпись «Amore» и фотография большой дамы и трёх весёлых детишек.
Стефано виновато улыбнулся и ответил:
— Si amore si, stiamo per partire.
Полина уставилась в журнал, делая вид, что никакого разговора у них не случилось. Всю дорогу до Пизы они молчали.
* * *
Обосновалась Полина рядом с ботаническим садом на виа дей Фосси. Улица тянулась вдоль каналов, между плотно стоящими друг к другу выкрашенными в разные цвета низкими домиками. Жёлтыми, белыми, розовыми. Оконные ставни одинакового зелёного цвета были открыты по-разному, словно говорили на секретном языке. Распахнутые настежь — «мне нечего скрывать», полуоткрытые снизу — «здесь кто-то отдыхает» или «мы занимаемся любовью», наглухо закрытые — «никого нет дома».
«Хочу жить в доме с вечно замкнутыми ставнями!» Полина рассматривала окна, пёстрые гирлянды белья под ними и ждала хозяйку квартиры.
— Вот, бери, — хозяйка вывезла из гаража велосипед.
Кремовый, с соломенной корзинкой спереди. Рыжий руль и сиденье, по обе стороны заднего колеса висят коричневые сумки.
— Красивый… только страшновато как-то…
— Бери, не робей! Ты же умеешь кататься?
В последний раз Полина ездила на велосипеде лет двадцать назад, и то на даче, по Минску разъезжать не решалась, хотя в последнее время там появилось много велосипедных дорожек.
— Кто однажды сел на велосипед, уже никогда не разучится.
Полина подобрала юбку, завязала подол узлом, чтобы не попал в спицы. Села. Шатаясь, обогнула улицу и остановилась. Позвонила в звоночек.
— Ну как, справишься? — спросила хозяйка.
— Очень здорово, думаю, да!
— Поезжай сразу на стены. Там еще мало людей, благодать. И не забудь велосипед пристегивать, если решишь отлучиться, вот тебе замок. — Хозяйка протянула толстый шнур с защёлкой и торчащим снаружи ключом.
Полина помахала рукой, выдохнула, села и… покатилась. Велосипед непривычно подпрыгивал на каменистом тротуаре, а вместе с ним сумка в корзинке и сама Полина.
Она миновала ботанический сад, поднялась на крепостные стены и оказалась в тени каштановой аллеи.
Кто бы мог подумать, что по стенам можно ездить! Каменные исполины, они огибали старый город, а их верх занимала аллея. Высоченные каштаны уступали липам, липы — клёнам, а клёны — вековым платанам и магнолиям. Полина читала, что идея превратить крепостные стены в парк пришла Марии-Луизе Бурбон, правившей около двухсот лет тому назад.
Людей в то утро было мало. Гуляли собачники, бегали спортсмены. Полина ехала небыстро, время от времени останавливаясь, чтобы успеть рассмотреть каждую подробность. Слева, в пределах крепостных стен, мелькали выпуклые крыши, словно весь город укрыли сплошным листом черепицы, а потом разрезали на куски. Кому-то достался кусок поменьше, кому-то — побольше. Виднелись балкончики, просторные террасы, увитые плющом и глицинией, башни и башенки. Справа, за пределами стен, осталась кольцевая, на которой в час пик образовывалось бойкое движение, ничтожно малое по сравнению с минским.
Аллея платанов закончилась, и Полина съехала со стен вниз. Она миновала крохотный сквер, где плескался фонтан, пересекла Корсо Гарибальди и… ахнула. В детстве Полина играла с мамой в игру: они придумывали разные волшебные города и наполняли их домами из вафель, тротуарами из чёрного шоколада и фонарями-леденцами. Прямо сейчас перед ней тянулись ряды деревьев, покрытые взбитыми сливками или пышным кремом для праздничных тортов. Цвели магнолии…
Какие-то бутоны распустились полностью, какие-то только начинали раскрываться. Полина ходила как заворожённая возле каждого дерева, фотографировала и млела от восторга.
Налюбовавшись, она пересекла площадь Наполеоне, оказалась на виа Санта-Кроче, и тут велосипед отказался ехать. Полина прислонила его к стене, присела на корточки и чертыхнулась — слетела цепь. Она попыталась прикрепить сама, но ничего не вышло. Руки стали чёрными.
— Вам помочь? — спросил мужчина в белом фартуке и голубой бандане, куривший у входа лавки с надписью «Gelateria».
Полина поднялась.
— Parlo poco italiano, — она провела рукой по лицу, отчего на щеках появились чёрные разводы.
Мужчина зашёл внутрь, вынес Полине салфетку.
— Можете воспользоваться нашей туалетной комнатой, а я пока тут повожусь, — сказал он на прекрасном английском, указывая вглубь помещения.
Просторная лавка занимала две комнаты. Во второй стояли дизайнерские кресла и разноцветные пластиковые стулья. Полина освежилась в опрятной ванной комнате и вышла. Мужчина стоял у починенного велосипеда.
— Какое красивое место, совсем не похоже на остальные кафе-мороженое, — сказала Полина.
Мужчина улыбнулся.
— Спасибо, мне приятно. Вы не из Лукки?
— Нет, я из Минска, приехала сюда пожить…
Полина окинула мужчину взглядом. Не слишком высокого роста, слегка виден животик, русые кучерявые волосы, очки в неказистой оправе. Полина мгновенно перевела всю эту информацию как «совершенно не мой тип, непрестижное занятие, не трачу время».
— Хотите мороженое? — спросил мужчина. — Кстати, меня зовут Марко, — он протянул руку.
— С удовольствием.
Марко встал за прилавок.
— Можно я сам определю ваш любимый вкус?
Он положил в рожок бежевый и розовый шарики и протянул Полине.
— Здесь вкус солёной карамели и клубники.
Полина лизнула мороженое и закрыла глаза от удовольствия.
— М-м-м, очень вкусно. Солёная карамель и правда мой любимый вкус. Как вы догадались?
— Опыт, — улыбнулся Марко.
В лавку зашли посетители, Полина села на диванчик и раскрыла карту. Клиенты вышли, она доела мороженое и встала.
— Вы не поможете? Мне нужна площадь Сант-Андреа, здесь её нет, не пойму, куда ехать, — Полина указала пальцем на карту.
— Я вам и так скажу, — Марко отодвинул карту. Он объяснял, а рука его то поднималась, то опускалась.
— Поняли?
Полина неуверенно кивнула.
— Примерно. Спасибо за помощь, — она вынула из сумки пять евро. — Сколько я вам должна за мороженое?
— Угощаю, считайте это маленьким подарком в честь вашего приезда. Удачи, заезжайте на мороженое. — И Марко помахал ей рукой.
Полина отправилась на поиски площади, всматриваясь в названия магазинов. Интересно, что вывески над кафе и магазинами Лукки не имели ничего общего с их наполнением. Над кафе-мороженым могла оказаться старинная вывеска мясника, а над магазином одежды — надпись «Libreria» (книжный).
Полина ездила взад-вперёд, но площади Сант-Андреа так и не нашла.
— Такой площади не существует. Есть двор. Этот двор и называют Сант-Андреа. Да вот же он, — показал на угол здания продавец винного магазина.
Через пару шагов Полина увидела каменное здание с необычными арками. На втором этаже большая арка собрала под собой три арки поменьше. Полина стояла, запрокинув голову. Ей захотелось тотчас нарисовать этот фасад. Она оглянулась и увидела маленький симпатичный бар с дверью серого цвета и вывеской «Calzоlaio» (башмачник).
Кучерявая синьора в бирюзовой юбке и оранжевой блузе в горох протирала столы.
— Извините, можно присесть? — спросила Полина.
— Конечно, — широко улыбнулась синьора и положила на стол меню. — У меня сегодня свежая капоната, будете?
— Капо… что?
— Это такое сицилийское блюдо из баклажанов, очень вкусно. У меня как раз сицилийское белое, оно хорошо сочетается.
— Отлично, беру капонату и сицилийское белое.
Полина уселась за столик. Синьора открыла вино и плеснула на дно бокала.
— Попробуйте.
Полина вдохнула фруктовый запах, отпила глоток. На языке затанцевали нотки сочного персика.
— М-м-м, очень вкусно.
Полина достала блокнот, карандаш и стала делать наброски фасада напротив. С тех пор как она увлеклась астрологией, в её жизнь пришло творчество: по словам гуру, оно благоприятно сказывалось на её Луне в Скорпионе. Постепенно Полина втянулась, рисовать для неё было сродни медитации.
Кучерявая синьора вернулась.
— Это трифоре и бифоре.
Полина подняла голову.
— Три что?
— Я архитектор, — засмеялась синьора. — Так называются арки, которые вы рисуете. Это палаццо XIV века. Меня зовут Грация, — она протянула руку, — и это мой бар.
— Очень приятно. Подскажите, мне нужен переулок Ventaglio и дом номер два.
Синьора улыбнулась.
— Так вот же он перед вами.
— Ага… А, может, вы знаете, живет ли здесь семья Мартинелли?
Зеленая дверь палаццо напротив раскрылась, и из нее вышла женщина с уставшим лицом и длинными яркими серёжками.
— Это вам лучше у неё спросить. Она — хозяйка целого этажа. Вот этого, с тремя арками. Там у неё отель.
Хозяйка отеля уселась за столик рядом и достала сигареты.
— Простите, пожалуйста, — обратилась к ней Полина.
— Я ищу семью Мартинелли.
Синьора сделала глубокую затяжку.
— Эта семья давно здесь не живёт. Они переехали. Куда — не знаю. Che stanchezza, — вздохнула она тяжело и выпустила дым.
— Ну, что у тебя? — спросила Грация, поставив на стол хозяйки отеля бокал красного вина.
— Плохо сплю, — выдавила та.
— Та же проблема, — кивнула Грация.
— Сейчас полнолуние, это совершенно нормально, — вырвалось у Полины.
Женщины переглянулись. Полина достала из сумочки визитку.
— Я астролог.
— Что именно ты делаешь? — поинтересовалась Грация.
— Разговариваю со звёздами, — улыбнулась Полина. — Если совсем в двух словах, помогаю понять, когда и что делать в соответствии с тем, что происходит на небе. Есть дни, отличные для начинаний, есть те, в которые лучше отсидеться.
Грация восторженно выкрикнула:
— Так это же фантастика! То-то я думаю, что сейчас не очень период, всё из рук валится.
— Ну, сейчас в принципе не очень лёгкая ситуация, мало того что полнолуние, так еще Меркурий ретроградный — сложный момент.
— Да уж. Всё какое-то и правда ретроградное сейчас, — задумчиво стряхнула пепел хозяйка отеля.
Полина улыбнулась.
— Знаю, всё это кажется странным, но я занимаюсь астрологией больше десяти лет, и, уж поверьте, это работает.
Грация придвинусь к Полине и зашептала:
— И что, ты можешь подсказать даты, когда можно встретить мужчину моей мечты?
— Конечно. Я могу составить тебе гороскоп. Вот, например, у меня сейчас период, когда я могу встретить судьбу, — прошептала Полина.
Грация ухмыльнулась.
— Встретить не проблема. Вопрос: выйдет ли из этого что-то путное? — Она взяла тряпку и начала энергично вытирать столы.
— Итальянцы обожают долгие отношения fidanzamenti. Ходишь с ним на свидания со школьной скамьи, а потом ближе к своим сорока понимаешь, что он жениться-то и не собирался вовсе. А бывает ещё хуже. Выходишь замуж, а лет через пять он признаётся, что детей не хочет, а тебе уже давно за сорок. — Грация так сильно тёрла стол, что бокал с краю упал и разбился вдребезги.
— Да что за сорок, давно за сорок пять, — добавила она удручённо и пошла за метлой.
По дороге домой Полина пересекла улицу с галереями и антикварными лавками. Остановилась возле магазина с кирпичными сводами, внутри мерцало с десяток ламп, торшеров и абажуров. Стеллажи занимали изящные чашки и хрусталь, на столах лежали рулоны узорчатых тканей и стопки парчовых наволочек. Витрину украшали вазы — от классических фаянсовых до нелепых, громоздких, похожих на улей. Не магазины, а сундуки, в которых хотелось рыться часами.
Из одной лавки вышел бородатый мужчина в горчичном пиджаке, узких штанах, подвернутых выше щиколоток, и коричневых туфлях на босу ногу. Мужчина закрыл дверь магазина на ключ и направился в сторону бара. Полина успела заметить необычные очки и шёлковый платок, повязанный на шее. Вот стиляга! Какое же здесь всё красивое: что лавки, что мужчины.
Улица с антикварными лавками закончилась, а дальше появилась знакомая площадь Наполеоне, потом опять стены, за ними ботанический сад. Похоже, она начинает здесь ориентироваться, и этот город нравится ей всё больше.
Рецепт капонаты
Ингредиенты на 4 порции:
баклажаны — 500 г
сельдерей — 100 г
томатный соус — 4 столовые ложки (лучше
домашнего приготовления, его рецепт вы сможете
найти в книге «Однажды в Тоскане»)
оливки — 80 г
каперсы — 1 столовая ложка
пучок базилика
оливковое масло первого отжима
бальзамический уксус
сахар белый
Баклажаны промыть, вытереть насухо и нарезать вдоль толстыми слайсами.
Уложить слайсы в глубокую ёмкость, пересыпать крупной солью и сверху поставить тарелку или блюдце, на блюдце установить бутылку с водой — должен получиться пресс. Оставить на несколько часов, потом промыть слайсы баклажана — так уйдет горечь.
Нарезать слайсы небольшими кубиками. Обжарить баклажаны на оливковом масле. Отдельно припустить сельдерей и оливки, также в оливковом масле.
Соединить баклажаны и сельдерей с оливками, добавить томатный соус, каперсы. Не солить, баклажаны впитали достаточно соли.
Для заправки в стакане размешать уксус и сахар, на одну порцию нужна примерно половина стакана заправки. Полить соусом капонату и протушить ещё 10 минут. В готовое блюдо добавить свежий базилик.
Капоната из тех блюд, которые должны настояться, чтобы все ароматы «переженились». Оставьте готовую капонату часа на два, не убирая в холодильник. Это очень вкусно!
⠀⠀
