Глава 4. Лернейская гидра
—До конца маршрута осталось триста метров, — бодро заявило Яблоко.
— Итак вижу, спасибо, — заявил Геракл, оглядывая пустынный пейзаж с черной землей. Редкие кустики стояли высохшие, совсем без листьев, а на камнях кое-где были видны кислотные ожоги.
— Вот, же гадина какая огромная, — крикнул Иолай, — показывая на след на земле. — Как ты, в смысле, мы, ее будем нейтрализовывать?
— Ввяжемся в драку, а там — посмотрим, — с улыбкой заявил сын Зевса и достал меч. — Ты паркуйся пока тут и жди, если что — крикну. У тебя какое оружие есть?
— Подожди, посмотрю, — Иолай остановил ламбу, спрыгнул с колесницы и открыл багажник. Ярко-желтое средство передвижения вносило отличный колорит в вымершую местность.
— Подожди, я пару кадров сделаю на Яблоко. Назову — ламба проедет там, куда Вы боялись ходить, — Иолай сделал снимки и залез в багажник. — Я его давно не открывал, что тут у меня есть. О, лук есть, фирменный,"Аполлон", стрелы есть, пять обойм по сто штук. Амфоры какие-то, вот их я точно первый раз вижу, подожди, бумажка на них наклеена. Написано, осторожно, архимедов огонь. Факелы еще лежат зачем-то. Подбросили мне это все, я вот не клал, богами клянусь. Надо было сигнализацию на ламбу ставить, а то еще дохлого осла подкинут или что похуже.
Геракл тоже заглянул в багажник.
— Тут конверт валяется, сейчас посмотрим.
Он открыл конверт и достал оттуда письмо.
— Дорогой брат, — прочитал он, — я знаю, что ты сообразишь, что делать с этим. Люблю пить с тобой лимонад в пустыне, но Гера за мной следит. Пусть Иолай тебе поможет. А.
— А ты не промах, дружище, — заявил Иолай. — Тоже, что ли героем стать? Вон как девушки любят.
Письмо сгорело и осыпалось пеплом на землю.
— Я пошел, — сказал Геракл.
Он подошел к берегу озера и увидел среди скал пещеру. Огромные следы вели туда. Он улыбнулся и зашел в темноту. Внезапно оттуда что-то заревело и затопало, Геракл выпрыгнул обратно на свет, за ним выползло самое уродливое существо, которое он когда-либо видел. Девять голов вращали глазами в разные стороны и шипели, куда попадали капли яда, оставались выжженные следы.
Огромный хвост раздраженно ходил из стороны в сторону. Геракл сделал тройное сальто, оказался рядом с одной из голов и отрубил ее. На ее месте тут же выросло три.
— Да, что б тебя. В геометрическую прогрессию играть будем? — закричал он, отрубая еще одну голову и наблюдая три новых.
Тут он взвыл, ему в ногу что-то вцепилось.
— Иолааай, беги сюда, надо рака от ноги отцепить.
На крик прибежал Иолай.
— Жарко у Вас тут, а головто больше, надо статью в Вики поправить, там про 9 написано.
— Поправишь потом, рака с ноги сними и неси факелы, будем проводить ампутацию голов, а то мозга много у нее слишком, того и гляди теорему Пифагора докажет.
Иолай оторвал рака от ноги Геракла и убежал с ним. Сын Зевса уворачивался от голов и хвоста гидры.
— Иолай, быстрее!
— Я быстрый, как ветер, я же чемпион по бегу, почти Ахилла догоняю, — похвастался Иолай, подбегая с горящим факелом. — Ассистент готов, пилите.
Геракл размахнулся и отрубил одну голову. Иолай тут же прижег шею горящим факелом.
— Смотри-ка, работает, — заявил он, увидев, что на обрубке ничего не выросло. — Давай, дели ее на бесконечность! Она слишком на нашу математичку похожа. Нервная и ядом плюется.
Геракл начал рубить головы, а Иолай прижигал обрубки. Так они отрезали все головы и сели рядом с упавшей тушей, утирая пот.
— Ну, и гадость эта Ваша лернейская гидра, — сказал Геракл.
— Кадр на память сделаем? Внукам показывать буду, как сражался рядом с Гераклом.
Иолай сделал пару кадров, как вдруг рядом с тушей появилась фигура в резиновом костюме с маской не лице. Из-под шлема видны были длинные каштановые волосы.
— Осторожнее, тут гадина мертвая, испачкаетесь, — рванул к фигуре Иолай.
— Да стой спокойно, — удержал его Геракл, — не мешай Богине.
Афина, а это была действительно она, ходила с ножом среди голов, что-то вырезала и убирала в голубой чемоданчик со странным символом. Знающий человек определил бы этот символ как биозаражение.
— Наше почтение, Богиня, — сказал Геракл. — А что ты собираешь?
— Молодец, Геракл, и ты, Иолай, догадались, зачем подарочек в багажнике, — голос Афины звучал глухо изпод маски. — Ядовитые железы беру, тоже себе парочку вырежи, стрелы смажь ими, поможет.
— Спасибо, — поблагодарил Геракл и вырезал парочку ядовитых желез, которые положил в банку, выданную Афиной. Одну из голов он взял с собой в качестве доказательства своей победы.
Герои вернулись к колеснице, загрузились в нее. Из багажника доносился странный скрежет.
— Что там? — спросил Геракл.
— Я рака в багажник засунул, отцу отвезу на рыбную ферму, на опыты. Пусть выращивают гигантских раков, — ухмыльнулся Иолай.
Он построил маршрут и они двинулись в обратный путь.
Ворота так и лежали во дворе, также смуглые рабочие разобрали часть стены дворца.
— Проходи, даарагой, мы тут ремонта делать будем, ворота не стоят, патаму шта стены до нас плохо уложили. Разберем все с ребятами и переберем, — залопотал смуглый надсмотрщик в полосатом платке и в юбке. Геракл пожал плечами, перехватил поудобнее голову гидры и пошел в тронный зал.
Войдя в зал, он увидел царя, лежащего на полу.
— Как я устал, устал, — стонал он. — Тяжела ты, тиара Микен.
Глашатай, увидев Геракла, выпучил глаза, попятился и заявил:
— Царь, тут Геракл с башкой.
— Глупое ты создание, у Геракла башка есть, без башки он ходить не сможет, — вздохнул царь. — Откуда только такой персонал глупый набирают?
— Тестированием определяют в соответствии с работодателем, — нахамил глашатай. — Геракл со своей головой пришел и с чужой.
— Как выглядит чужая голова? — спросил царь.
— Плохо, — вздохнул слуга. — Дохлая, с нее что—то капает на мрамор, следы остаются, плитку перекладывать придется.
В облаке дыма появилась Гера в чем—то розово—воздушном и на огромных шпильках.
— Оторвали от презентации, — прошипела она.
Процокав по мрамору, и окончательно его разбив набойками, она взяла голову гидры на вытянутую руку и сказала:
— Голова одна, остальные где?
— Там, на местности, — махнул рукой Геракл.
Гера достала золотое Яблоко, ткнула там что-то и показала кадр стоящего на фоне гидры Геракла и Иолая.
— А вот это мы не зачтем, помощь друга была.
— Это с чего вдруг? — возмутился Геракл. — Помощь друга не запрещали.
— Но и не разрешали, — парировала Гера. — Царь, что ты, как бревно лежишь? — она пнула его по ноге.
— О, великая Богиня, ваши ножки дарят мне счастье.., — начал воспевание царь.
— Встань и скажи, что подвиг не зачтен, — рявкнула Гера.
Царь поманил глашатая, который помог ему встать и сесть на трон. Затем он махнул глашатаю.
Глашатай откашлялся, вышел в центр и заявил:
— Второй подвиг Геракла — лернейская гидра засчитан.
Царь закашлял, Гера закипела от злости.
— В смысле, не засчитан, — исправился слуга, опасаясь прилета предмета одежды или интерьера в себя.
— Засчитан или нет? — уточнил Геракл. — Первое слово глашатая — закон. А он на ходу переобувается.
Гера возмущенно рявкнула и исчезла в облаке дыма. Рупор захрипел и упал на пол.
Царь замахал руками на титана.
— Иди, и мусор забирай, ремонт кто оплачивать будет? Через месяц тебя жду. Там на выходе прораба позови, работа еще ему тут есть.
