Глава 5
11:11 РМ
В такси Мариан вновь задышала.
— Здесь везде кондиционеры, правда?
— Я не обращал внимания, агент, — Эл строго посмотрел на Мариан, ведь в ее деле не было ни слова о перенесенной астме, — но скорее да, чем нет.
Это случилось давно, еще в детстве. В шесть лет все прошло, словно этой болезни никогда и не было. Белокурую девочку привели в странный старый дом.
— Входите! — крикнул осипший голос, и мать Мариан открыла перед дочкой занавешенную шторами дверь.
В темном коридоре было сильно накурено, и девочка тут же закашлялась. Однако мать напористо потянула ее за руку в одну из комнат, где на диване восседала тучная негритянка.
— Что тут у нас? — черная как африканская ночь женщина наклонилась к Мариан. — Астма?
— Так и есть, мадам…
— Абангу.
— Мадам Абангу, у Мариан астма с рождения, — пояснила мать.
— Зачем до шести было тянуть? — сердито пробурчала мадам Абангу.
— Мы понятия не имели, что от болезни можно избавиться, придя к вам.
— Я шаман, и могу многое, — негритянка потянулась за очередной сигаретой.
Казалось в комнате не осталось места для дыма, но мадам Абангу снова закурила, а Мариан снова закашлялась.
— Возможно, нам стоит выйти на свежий воздух? Дочка придет в себя, и мы снова зайдем! — виновато заговорила мать Мариан, поддерживая девочку, упавшую от несносного приступа на колени.
— Не в воздухе дело, — шаманка нагнулась к ребенку, заглянув в глаза, — в твоей дочери сила, с которой тело не может справиться. Сильный дух губит неокрепшее тело. А воздух тут не при чем…
Мадам Абангу приложила открытую ладонь к груди Мариан и что-то тихо прошептала. Не прошло и минуты, как девочка хрипло вдохнула полными легкими прокуренный воздух комнаты. Она упала на руки матери и прошептала посиневшими губами «мама, я дышу!» На бледные девичьи щеки упали крупные материнские слезы. С тех пор Мариан больше никогда не задыхалась. Она была первой в беге на короткие и длинные дистанции, ныряла с умопомрачительной задержкой воздуха, посещала все спортивные секции и почти не уставала.
За окном такси цвета фуксии мелькал огромный город. Небоскребы, обшарпанные дома и базары, словно бусины, нанизанные на рельсы надземного метро. И бесконечная дымка — не город, а призрак. Агенты свернули с магистрали и направились вглубь престижных районов по широкому бульвару, засаженному высокими стройными пальмами. Они переехали мост над грязной Чао Прайя, берега которой усыпали длинные лодки и пронзили сваи рыбацких домов. На другой стороне над низкими строениями и парковыми зонами возникли гигантские золотые купола храмовых комплексов. Протыкающие острыми пиками низкое небо, храмы настолько контрастировали со стилистикой города, что Мариан на миг подумала — они ей привиделись. Но нет, эти исполинские сооружения были более чем реальны.
— А мы… — Мариан опомнилась и нерешительно добавила, — сможем туда сходить?
Эл хмуро глянул на нее с переднего сидения, и, не встретив ответного взгляда, нечаянно засмотрелся.
Такой живой восторг, почти адамантовый блеск глаз — не часто встретишь в вечно усталом Лондоне.
— Возможно, — Эл отвернулся в окно, рассматривая пестрые крыши моторных лодок.
Такси пронеслось мимо уличных торговцев и сувенирных лавок, нагромождений прямоугольников жилых домов в пышной зелени и сияющих зеркальных небоскребов.
Водитель припарковался у черного высотного здания, на уступах которого разрослись целые тропические сады. Эл расплатился и помог швейцару с вещами. Мариан проскользнула от такси к лобби и снова задышала в прежнем ритме. Эл недовольно посмотрел ей вслед, но не стал заострять на инциденте внимания. Они зарегистрировались на ресепшене и проследовали к стеклянному лифту.
— Так высоко! — не преминула отметить Мариан, взирая на стремительно отдаляющуюся под ногами землю.
За эти сутки у Эла сложилось устойчивое ощущение, что абсолютно любой человек с улицы способен стать агентом и то, что написано в делах молодых агентов является правдой лишь наполовину. Мариан совершенно точно боялась летать, страдала акрофобией, переболела астмой, о чем благополучно умолчала, поступая на службу. Агенту Флэй было далеко до совершенства, но она вносила некое движение в застывшие воды многолетней службы агента Робертса.
— В 8:30 РМ жду вас в лобби, — произнес Эл и вошел в соседний номер.
Мариан сняла кроссовки. Вслед за ними сняла носки и прошлась босиком по мягкому ковролину. Подойдя вплотную к панорамному окну, она осмотрела причудливый пейзаж незнакомого города. Крыши, крыши, а среди них, пронизывающие облака, небоскребы в пелене тонкого тумана. Послеобеденный Бангкок даже с небольшой высоты похож на летающий город. Засмотревшись, агент вскоре отметила — столица хоть и завораживает, но определенно располагает ко сну.
Отельные душевые начищены и почти стерильны, но в них нет души. Мариан, впрочем, не страдала от недостатка души в интерьере ванной комнаты, когда, раздеваясь, внезапно отскочила от двери. На другой ее стороне висела деревянная маска одного из многочисленных буддийских демонов-хранителей. Его кожу ярко-зеленого цвета местами украшал чешуйчатый узор, а изо рта посреди острых клыков извивался синий язык. Он смотрел на Мариан выпученными безумными глазами, заставляя ее столбенеть от страха. Агент не решилась снимать с двери тотем, но и принимать душ под строгим надзором морского дьявола не собиралась. Набросив на маску полотенце, Мариан включила воду и спешно ступила в душевую кабину. Вода расслабила мышцы, а душистый шампунь перенес ее из безликого отельного номера под летний дождь в самое сердце джунглей. Тесная комната наполнилась белым паром, запахом кокоса и свежестью бамбука. От наслаждения Мариан закрыла глаза, вдыхая хоть и крошечную, но все же часть неведомого ей мира. Таинственные ароматы переплетались в ней тропическими лианами, рождая в душе непреодолимое желание изучить эту загадочную землю.
«Человек боится лишь того, что не способен объяснить…» — пронеслись в голове где-то когда-то и кем-то сказанные слова.
Мариан стерла с лица остатки воды и посмотрела на дверь — на полу лежало белое полотенце, а сквозь запотевшее стекло на нее уставился безумный демон. Так странно, но более он не пугал ее. Она укуталась в махровый халат, протерла запотевшего идола и вышла из ванной. Уже очень скоро Мариан утонула в мягкой постели. Она закрыла потяжелевшие веки — под ними появилось неприятное жжение. Агент повернулась и посмотрела на белую дымку, в которой утопал бескрайний Бангкок, снова опустила веки и провалилась в сон.
Раздался стук в дверь. Мариан подскочила — в комнате было темно. В огромном панорамном окне миллионом огней сиял ночной мегаполис.
— Минуту! — крикнула она, пытаясь понять, где включается хоть какой-нибудь свет.
Вскоре комната деликатно озарилась по контуру кровати, а вслед за ней плавно зажегся высокий торшер в углу. Мариан на миг показалось, что в плюшевом кресле кто-то сидит — под торшером остатком сна отпечатался темный силуэт. Она замерла, уставившись в пустой угол, но настойчивый стук прервал размышления, мгновенно отправив Мариан к входной двери.
— Восемь сорок пять! — перед ней стоял Эл. — А вы еще не готовы!
Он был в довольно непривычном для агента одеянии — светлые джинсы и черная рубашка неофициального стиля.
— Простите, я не думала, что будет так сложно проснуться…
— На первый раз прощаю. Спишем на разницу во времени. Через пять минут жду в лобби, — Эл посмотрел на часы. — Если хотите, закажу вам в баре крепкий кофе.
— Нет, нет, я, кажется, выспалась. Но боюсь, пяти минут на сборы будет недостаточно, — Мариан поправила волосы, намекая Элу на необходимость хотя бы минимальной укладки.
— Дорогая, агент Флэй, не пройдет и пяти минут, как ваш прикорневой эпидермис покроется каплями пота. Там снаружи даже после заката не приходит долгожданной прохлады. Мы на экваторе, Мариан, привыкайте, — Эл направился к лифту.
— Но пять минут… — жалостливо протянула она.
— Не волнуйтесь, вы даже в этом халате будете там самая красивая…
— Где?
— На улицах Бангкока, — донеслось из лифта.
Мариан разыскала в чемодане удобные джинсы и свободную серую футболку. Завязала тонкие светлые волосы в тугой узел и сунула ноги в мягкие балетки. Она вышла за дверь, но, не дойдя до лифта, вернулась. Надевая на ходу наручные часы вместо запрещенных в поездке гаджетов, Мариан разлила по шее несколько капель пудрового аромата и бесповоротно покинула номер.
Эл молча встал, завидев напарницу. Они вышли на улицу, и кондиционированный воздух отеля сменился влажной духотой.
— Прогуляемся до ресторана, — Эл галантно указал рукой налево.
Уже через десять минут неспешной ходьбы Мариан свыклась с недостатком свежего воздуха, да и воздуха в целом. Они пересекли узкую улочку и по команде Эла свернули между высотными домами. Тут, прямо в центре города, развернулся вечерний базар.
— Мариан, вам нужно что-нибудь от Гуччи? — заулыбался Эл.
Агент лишь молча окинула взором нагромождения подделок на любой вкус и любого мирового бренда. Пока они шли мимо, заваленных пестрым товаром, прилавков, на брезентовые базарные навесы кто-то с верхних этажей сливал воду. Та каплями сочилась сквозь дыры и часто отличалась исключительным зловонием.
— Матерь божья, что так может пахнуть?
— Вероятно, отходы, — сообщил Эл. — Тайская кухня далеко не всегда изыскана. Даже средний класс питается подпорченными из-за жары мясом и рыбой. В сочетании с пахучими острыми специями такие блюда для Таиланда норма. Я уже не говорю о таких изысках здешнего рациона, как насекомые и змеи.
Они прошли мимо странного места, где, отвернувшись к стене, мочился один из местных продавцов, и внезапно вышли на вполне ухоженную улицу. Здесь в розовой подсветке извивались причудливо подстриженные низкие деревья, сверкала отполированная тротуарная плитка, и благоухал свежесрезанными садовыми цветами позолоченный резной домик. Размашистая крыша в лучших традициях азиатской архитектуры дополнялась многообразием принесенных к входу миниатюрного храма предметов. Тут было все — от свечных фонарей до вееров и тлеющих пахучих эссенций. Среди предметов обихода предусмотрительные тайцы оставили фрукты, печенье и миску молока.
— А это еще что?
— Домик для духов, — коротко ответил Эл так, словно улицы Лондона по обычаю были просто усыпаны подобными вещами.
Мариан смутилась и замолчала, разглядывая сверкающие впереди гигантские небоскребы.
— Это «Сан Пхра Пхум», — внезапно снизошел до разговора Эл. — Их не следует путать с жилищами предков или святилищами для богов Брахмы и Ганеши. На этой земле верить в духов не считается чем-то необычным или странным. Наоборот, к существам из потустороннего мира относятся на полном серьёзе. Все социальные слои, начиная от бедняков до успешных бизнесменов, входящих в список журнала Форбс, почитают духов и бережно ухаживают за их обителью. Традиция расположения домиков духов и их дизайн сравнимы в Таиланде только с индустриальным фен-шуй в Сингапуре. От правильного местоположения жилищ бестелесных существ зависит благосостояние и здоровье обитателей дома, или даже как здесь — целой улицы.
Они в который раз свернули в узкий переулок, и вышли к строению, поистине захватывающему дух. Сотканное из тропических растений, стекла и подсвеченных изящных арматур, над ними возвышалось здание популярного ресторана индонезийской кухни.
— Думаю, тебе здесь понравится, — улыбнулся глазами Эл.
Размеры внутреннего пространства поражали. С двадцатиметрового потолка свисали гигантские хрустальные люстры. Эта смесь хайтека, богема и джунглей воистину переносила посетителей на другую планету. Сердце Мариан застучало быстрее. Она застыла, растворившись в красоте поистине уникального помещения и, опомнившись, поспешила за Элом.
Блюда отличались нежным вкусом с отсутствием острых приправ.
— Это балинезийский рецепт, — Эл пригубил холодное вино. — Единственный набор изысканных блюд, лишенных острых специй. Наслаждайтесь, в Патонге и на островах даже если умолять официанта не перчить, все равно еда окажется слишком острой.
— Это потрясающее место, — восторгалась Мариан, — и дело даже не в этом восхитительном карпе.
Она сжала в тонких пальцах хрустальный бокал и снова подняла глаза к потолку.
— Так долго за все годы службы… Я просто сейчас хочу, чтобы время остановилось.
Эл прищурился и застыл на восторженном лице Мариан намного дольше положенного по уставу.
— Я же говорил, вы полюбите Таиланд, — наконец произнес он, и Мариан расплылась в улыбке.
Было начало одиннадцатого, когда агенты снова оказались на улицах города — изысканных и грязных, убогих и богатых. Средь трущоб и позолоченных храмов, перемешанных, словно брильянты средь щебня. У домика духов кто-то отпил молоко и съел все печенье, а базар уже не работал. Вместо столов теперь стояли полуголые тайки в свете подвешенных под брезентовыми навесами фонарей.
— Мистер, пойдемте с нами, — оживились они. — И мадам мы тоже обслужим, не проходите мимо.
Там, где совсем недавно мочился базарный продавец, двери отворились настежь. Из душного помещения играла клубная музыка, и блистали софиты. На переполненных выпивкой столах танцевали обнаженные девушки. Засмотревшись, Мариан почувствовала, как Эл осторожно взял ее за руку и настойчиво повел за собой.
— Не стоит останавливаться, потом не отобьемся от силиконовых… — Эл собирался грубо пошутить, но вовремя смолк.
— Это как Рай и Ад, только по соседству, — подметила Мариан.
— Верно, — улыбнулся Эл. — К сожалению или к счастью понятия Ада и Рая вовсе не безусловные — что одному кажется Адом, другому сойдет за Рай.
Они добрели до отеля и вошли в свежий благоухающий холл.
— Здесь на последнем этаже бар, не хотите составить компанию? — вежливо поинтересовался Эл.
— Нет, Бангкок пьянит и без вина, а с вином и подавно.
— Тогда приятных снов. В девять я жду вас на завтрак.
— Приятного вечера, — попрощалась Мариан и вышла из лифта на этаже их номеров.
Она подошла к сверкающему миллиардом окон панорамному стеклу и коснулась его слегка вспотевшим лбом. От перепада температур в висках застучала кровь. Мариан сняла джинсы и легла в мягкую пастель. Глаза смыкались, когда она снова сквозь пелену сна различила в кресле мужчину. Агент резко подняла голову и уставилась в угол. Разумеется, там никого не было, но девушке казалось, что все же есть.
Подобно назойливой мысли или бельма на весь глаз, лишь это место тревожило ее и лишало сна.
— Черт! — Мариан села на кровати и взялась руками за голову. — Ну, что со мной не так? Там никого нет! Слышишь? Спи уже! Там нет никого!
Внезапно ей полегчало. Непонятно каким из всех имеющихся у человека органом чувств она вдруг поняла, что осталась в номере одна. Мариан подняла глаза на кресло — оно было пусто во всех возможных и невозможных смыслах этого слова.
Агент посмотрела на часы — они показывали 11:11РМ. Каким-то уникальным способом Мариан еще с детства слишком часто ловила дублирующиеся числа на любых электронных часах. Она выпила воды и на этот раз, закрыв глаза, спокойно уснула.
