Территория Ордена, г. Порто-Франко. Суббота, 33/08/22, 23:53
Клуб, чтобы там и выпивка была приличная, и для дискотеки место нашлось, на правах старожила и резидента города выбирает Александр. «Лос Ранчерос», вроде даже где-то слышал, но сам тут раньше не бывал. Оставляю «комбик» на платной стоянке рядом; лупоглазый бусик среди модных «паджер», «вранглеров», «хаммеров» и «гелендов» смотрится, конечно, убойно — и мы втроем ныряем внутрь.
Дальше вечер протекает вполне мирно: три громадных кружки темного пива (Александру), два бокала вишневки (мне) и пара-тройка каких-то коктейлей (Хуане) под сушеные крендельки, острые сырные шарики и прочую закуску, профессиональные байки из наших сфер деятельности и школьные анекдоты из заленточной одиссеи филиппиночки. То и дело она выбирается попрыгать-потолкаться на дискотечном подиуме; разок попыталась вытащить туда нас, на ленивый отказ обозвала старорежимными колодами и как-то еще по-испански, в итоге ускакала одна, а минут через несколько уже вернулась довольная и, так и быть, простила нам нежелание приобщаться к современной вариации служения Евтерпе[31].
Потом Хуана отправляется «попудрить носик», и через пару минут к нам на столик приносят записку. Массаракш. Ничего хорошего там нет, я это точно знаю еще до того, как Александр полностью разворачивает бумажку.
— И кто это такой наглый? — вопрошает он, двинув ко мне листок.
«Дефка уходит снами сидите тихо или садим на перо.» По-русски.
— Наглый и неграмотный, — соглашаюсь я, добывая из кармана не револьвер, хотя очень хочется, а мобильник; набираю номер и в двух словах описываю расклад.
— Сейчас будут, Влад, — обещает мне голос на той стороне. — Смотри там, поаккуратнее.
Александр выдвигается из-за стола к стойке, собираясь сказать пару ласковых знакомому официанту или старшему по смене, ну как же, приличное вроде ж было заведение… его, чуть покачнувшись, задевает один из гостей…
Вспышка теряется среди дискотечной светомузыки, но вот грохот револьверного выстрела все-таки ее перекрывает.
Далее следует залп ругани того самого, толкающегося, который зажимает ладонью простреленное плечо. Продолжает шумовое сопровождение уже Александр, обнаружив свежий порез на почти новой жилетке, царапину под ребрами и выпавший у недокиллера ножик у себя под ногами.
— Лапки вверх, — предлагаю я паре спутников раненого, качнув стволом «смит-вессона».
Глазами зырк-зырк — музыку уже выключили, народ, который поопытнее, отступает по сторонам, чтобы не попасть под раздачу, а у бармена за стойкой возникает в руках нацеленный на всю нашу компанию помповик. Оба медленно поднимают руки вверх… и практически синхронно отпрыгивают один вправо, второй влево, уходя с линии огня. Тот, который влево, натыкается скулой на массивный кулак Александра, отлетает назад, спотыкается об стул и шмякается на пятую точку среди его обломков; первый рыбкой уходит в перекат, надеясь, что пуля его не догонит. Пуля, может, и не догнала бы, но в конце переката этого рыбца встречает пинок ботинком в живот и также повергает на пол. Владелец ботинка с немалой сноровкой выкручивает повергнутому руку и заставляет лежать смирно.
— Этого зафиксировал, — громко сообщает он.
— Спасибо, Энди, — отвечает вошедший в главные двери патрульный в полной полицейской экипировке, только забрало шлема поднято, — мы его приберем.
Ну раз уже «мы», револьвер я могу спрятать; успокоенный Александром деятель пока еще в нокдауне и никуда не бежит, а самый первый, с пулей в плече, тоже вроде решил, что агрессивных поползновений с него на сегодня достаточно. Вслед за мной и бармен с облегчением возвращает под стойку укороченный «моссберг».
