— Деда, а правда, что ты знал, когда умрет тетя Аня? — десятилетняя девочка с каштановыми волнистыми волосами стояла рядом и дергала своего деда Тимофея за штанину.
Высокий худощавый старик поправил одной рукой резинку от штанов, которые намеревались сползти на колени и внимательно посмотрел на внучку.
« Не отвяжется ведь», — подумал он и убрал удочку в угол пыльного сарая. В свои семьдесят пять в этом потрепанном мужчине еще теплилась жизнь. Когда-то сильное и мускульное тело теперь грустно свисало на костях и позвоночнике, а густые каштановые волосы превратились в тонкие седые проволочки.
Рыбалку он любил всегда, с самого детства. А сейчас — это смысл его жизни. Пока он ходит на рыбалку — он живёт. Благо озеро, на котором можно половить рыбу, находится недалеко от дома. Поэтому он так полюбил Краснодарский край и остался тут жить.
Старик тяжело вздохнул и присел на самодельный пень, служивший табуретом и похлопал по второму пню, приглашая девочку присесть.
— Деда, у меня спина болит, мне неудобно сидеть на пне. — нахмурилась внучка и жалобно вытянула нижнюю губу.
— Ох, Леся, а ты знала, что это тебе от прабабки досталось? По наследству так сказать.
Маленькая Леся округлила свои зелёные глаза-блюдца и уставилась на деда.
— Да-да, — протянул старик, — я тогда ещё сам ребенком был. У мамки спина болела, да так, что лежала в кровати она, встать не могла. Лекарь то этот, чтоб его. Только руками разводил, мол, редкая болезнь это, генетическая. В Москву, мол, везти ее надо. А какая Москва была тогда. Денег не было.
И вот прослышал о ней один и заявился к нам. Мол, обряд сделаю и всё как рукой снимет, болезнь уйдет.
Конец ознакомительного фрагмента.
