Тьма в моей крови

Евгения Решетова, 2017

Я – сирота. Уже не весело. Во мне течет кровь демонов. Совсем печально. Я храню опасную тайну. А вот это – забавно. И еще есть у меня цель, ради которой я готова учиться, сражаться и, быть может, чуть-чуть влюбиться, но это, если смогу узнать, кто он, а он – узнать, кто я. В книге присутствует нецензурная брань!

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Тьма в моей крови предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 1. Я хочу учиться!

Если меня спросят, что я не люблю в своей работе, то я без малейшего сомнения отвечу, что людей.

Уже почти год как я работаю в таверне господина Гухулдуса Лохматого. Очень примечательная личность, скажу я вам. Во-первых, я совершенно точно не могу сказать, какой он расы. По-моему, в его родословной потопталось не меньше, чем с полдюжины рас, и без сомнения там были и гоблины, и тролли, и, демон его знает, кто еще, но вот точно не демоны. В общем, не хилый такой мужик, ростом метра два с половиной, серой с зеленоватым оттенком смуглой кожей, жгуче-черными волосами и обаятельной улыбкой профессионального маньяка-убийцы.

Женат он никогда не был. Ну, это-то и понятно, про внешность промолчим, он красавчик, но характер. Такую взрывоопасную смесь еще нужно было найти и очень при этом постараться. Но больше всего я любила его за отношение к служащим. Для меня и остальных девчонок-служек он был и старшим братом, и отцом, и защитником, и советником. К нему можно было прийти с любой проблемой, и он бы обязательно разобрался. Вот только я никогда не злоупотребляла его добротой. И не потому, что стеснялась, на это были совершенно иные причины.

Сама таверна была крайне респектабельным местом. Конечно, у нас не собирались самые богатые и знаменитые жители города, но и откровенное отребье соваться побаивалось. Хотя тут была причина и помимо самого Гухулдуса.

Так вот, заходили к нам и рабочие после смены, и лавочники на обед, забегали студенты и профессора Университета, крупнейшего образовательного учреждения нашей страны.

Звякнул колокольчик, и рядом прошипела что-то отнюдь не лестное Сара, принимавшая сегодня заказы у посетителей.

— Ба! Смотрите, кто это у нас тут, вытирает мои плевки!

Этот ненавистный голос я узнаю везде. Сейчас же главное не обращать внимания на то, что творится у меня за спиной.

— Да, она тупая.

Еще один голос, на этот раз женский.

У вас когда-нибудь бывало, что вы встречаете человека, и с первого взгляда между вами возникает лютая ненависть?

Я подняла голову и обернулась. Да, так и есть, сладкая парочка, Франса и Парвил Дюли, богатенькие детишки бедного папочки. Бедного не потому, что у него не было денег или страдал разумом, а потому, что разрешал своим убогим детишкам абсолютно все. Господин Дюли был известным ювелиром, который, разбогатев, женился на первой красавице нашего квартала. Меня же всегда интересовал вопрос, как скоро он понял, какую ошибку совершил? Потому что понять — он понял, и хоть разводиться с ней не стал, но вместе они не жили много лет. Слишком уж раздражающей особой была госпожа Дюли. Коктейль из высокомерия, снобизма, эгоизма и глупости, который она выплескивала на всех, с кем ей доводилось встречаться. Вот и не выдержал несчастный ювелир и отселил супругу, положив ей немалое, как говорили, содержание. А вот сладкая парочка «красавица и чудовище» жила с ним и портила кровь не только обитателям квартала ди Сюри, но и, наверное, всему городу.

— Что уставилась? — взвизгнула Франса. — Уродина-поломойка!

Ожидать от нее других слов я бы и не стала. Вновь опустилась на колени и продолжила оттирать пятно с деревянного паркета. Бурое, скорее всего, это была засохшая кровь, хоть и странно, откуда она могла здесь взяться. Драки у нас хоть и случались, но были достаточно редким явлением.

— Ты! Я с тобой разговариваю, — снова провизжала она.

— Я не слышала, чтобы со мной кто-нибудь разговаривал. Как свинью режут, слышу, — я округлила глаза и даже прикрыла ладошкой рот в притворном ужасе. — О, демоны, это ты так говоришь?

Ее брат заржал. Ничего не скажешь, родственники они те еще, любовь так и брызжет во все стороны. И прозвище свое они не зря получили. При маме-красавице они должны были бы быть, по крайней мере, не уродами, но высшие распорядились иначе. То есть, Парвил действительно занимал не одно девичье сердечко. Светловолосый, с полными губами, каким-то детским личиком, он покорял с первого взгляда. А вот со второго от него хотелось бежать подальше. Его сестренка тоже была блондинкой, но структуру ее волос не брала никакая косметическая магия, и они висели завитыми серыми патлами, обрамляя круглое лицо с маленькими глазками и непропорционально крупными губами.

— Ты, заткнись, — зыркнула она на него. — А ты, поломойка, новость, небось, слышала? И теперь завидуешь нам.

— Я вам? — вот уж чего отродясь не испытывала. Да и какая такая новость может вызвать у меня зависть, даже придумать не могу. Все, о чем я мечтаю, намного выше приземленных мечтаний этих двух индивидов.

— Мы с братом поступили в Университет магии. Ясно тебе, поломойка?

В глазах потемнело. Я работала на износ, чтобы насобирать денег для оплаты обучения. И я всегда знала, что у меня есть дар, но даже при этом боялась, что меня не примут. Но боялась по совершенно другой причине…

А они? Неужели поступили только потому, что у их отца есть деньги и связи?

— Тиш-ше, — у самого уха раздался тоненький голосок. — Успокойся. Дыши ровнее, иначе все тут разнесешь, а от меня толку мало, стольким я память подправить не смогу.

Вдох-выдох. Я на берегу реки, и ее воды уносят от меня все плохое. Я ведь знаю, что они пришли позлить меня и унизить, но это не имеет никакого значения. Завтра последний день вступительных испытаний, и у меня как раз наберется нужная сумма, чтобы оплатить первый год. На бесплатное обучение мне, к сожалению, рассчитывать не приходилось. Все будет так, как должно. А мне нужно успокоиться и перестать принимать близко к сердцу слова всяких уродов.

— Я рада за вас, — мой голос звучал спокойно и даже радостно, словно я действительно испытывала эти эмоции.

— Правда? — неужели Франса действительно ожидала, что я расплачусь и убегу? Она недоуменно перевела взгляд на брата и продолжила. — Тебе все равно там не учиться. А если вдруг и поступишь, я тебе жизнь испорчу. Запомни это, поломойка.

Да уж, если бы взглядом можно было вылить на меня помои, то я бы уже захлебнулась. И как только земля носит таких идиотов? Ее брат закатил глаза, когда она понесла свою богатенькую тушку к выходу, и двинулся за ней. Порой мне кажется, что он умнее, чем хочет казаться, и таскается с ней, чтобы посмеяться. И скорее всего, именно над ней.

— Я горжусь тобой, — произнес голосок у уха. — Давай заканчивай и пошли домой, кушать очень уж хочется.

Я хмыкнула. Этот проглот мог бы разорить кого угодно.

Пятно на полу стало меньше. Его бы попытаться отмыть с помощью магии, но вокруг было слишком много посторонних, которым ни к чему знать, что я умею. Гух не обидится, если я закончу потом.

— Сара, я на перерыв.

Симпатичная гномочка лишь махнула на меня рукой. И я, и она прекрасно знали, что все, что я тут делаю лишь прикрытие. Да, для всех я обычная поломойка, и платят мне соответственно. Но то, что Гухулдус относится ко мне почти по-родственному, тоже не было тайной. Я сирота, и многие считали, что он просто взял надо мной шефство, на правах старшего родственника. Смешно сказать, но мало кто знал, что ему уже за сотню лет.

Я остановилась перед большим зеркалом, за которым спрятался переход в проулок. На меня смотрела уставшая девушка с большими глазами цвета болотной зелени. Это не я так назвала, а Тыр. Он вечно придумывал эпитеты для моей внешности. Но, если честно, я была ему за это бесконечно благодарна, нет ничего лучше, чем слышать комплементы в свой адрес. Глаза, как болото, затягивали в свою глубину, топили в ней. Тоска, трясина из того, что было и того, что будет. Зеленые глаза как у ведьм из сказок. Мне на роду написано было стать такой, какой была. Да, истинная темная. Во мне текла кровь демонов Нижнего мира, может лишь капля, но… я была демонессой. Той, кого люди Верхнего мира боялись и ненавидели. Конечно, в последнее время, лет как уже пятнадцать, после открытия границ и множества мирных договоров, отношение стало меняться, но все же… Если бы та же Сара узнала, какой я расы, она стала бы меня сторониться. И дело не во мне. Предрассудки сильны у любой расы. Демонов боялись за непредсказуемый, злобный, зачастую жестокий характер. И тем более странным казалось, что я не взяла ни одной из этих черт. Кем бы ни были мои родители, я должна была бы быть им благодарна. Хотя бы за человеческий характер и поистине людское отношение к жизни.

Мои черные волосы растрепались, выбились из косы. Несколько прядок даже упало на лицо. Ну вот, они опять начали краснеть. Сколько себя помню, мои волосы выдавали, кто я на самом деле. Они жили своей жизнью, меняя цвет в зависимости от моего настроения или здоровья. Отличный показатель. Издалека сразу видно, кто я. Кровь демонов во всей своей красе. В детстве я даже пыталась отрезать покрасневшие кончики, но это было совершенно бессмысленно — цвет появлялся снова. Тыр говорил, что это как знак принадлежности к высшей касте. Не знаю, глупость. Но последние года три, наверное, меня эта проблема уже не так волновала. Первое, что мы с Тыром изучили — высшие иллюзии, и теперь я всегда была самой обычной человечкой. Ну, может не совсем обычной, я все-таки по красивее некоторых буду.

— Что замерла? — недовольно пробурчал Тыр. — Шевелись, я наложу иллюзию. Давай же.

Он был единственный, кому я верила безоговорочно.

В переулке было уже сумрачно, на отдых у меня оставалось совсем немного времени. Я прошла по нему до конца и вышла на широкую трактовую улицу, ведущую, как к королевской резиденции, так и к Университету. Но мне не нужно было в ту сторону, еще не время. Пока что я просто перешла ее, уворачиваясь от мчащихся всадников, карет и торговцев с лотками. На другой стороне был еще менее заметный проулочек, ведущий к дешевым домам, где за малую плату можно было снять жилье. Там-то я и жила последний год, в страшном с виду, обшарпанном двухэтажном каменном здании. Я привыкла к скрипучим лестницам, к вечно гуляющим сквознякам, к шумным соседям и… одиночеству. Нет, со мной всегда был Тыр, но… Тыр — это Тыр. Мой друг, моя единственная семья, мой учитель и просто самое дорогое существо в целом мире. А иногда так хотелось, чтобы рядом был кто-то, кто может обнять и утешить, просто сказать «не волнуйся, я все решу», рядом с кем мне не придется бороться за свою жизнь, за будущее. Кто-то, кто будет смотреть на меня с любовью…

Я открыла дверь, вдохнув знакомый запах пыли и трав. Для всех я ушла на перерыв, но и Сара и Гух, да и остальные девочки знали, что теперь не стоит ждать меня раньше утра. Нет, обычно я возвращалась и продолжала работу, но сегодня был особенный день. До заката у меня была еще пара часов, нужно было проверить, готовы ли зелья, без которых я завтра просто не смогу встать с постели.

Раздался щелчок, и дверь закрылась. Тыр среагировал моментально и тут же принял облик, к которому привык за эти годы. Размазанная красная тень промелькнула от меня в сторону, и на кровати развалилась крупная ящерица, сплошь покрытая золотисто-красной чешуей, с красным же гребнем по всей длине спины и треугольником на конце хвоста.

Он закатил свои янтарные глаза и смешно потянулся.

— Есть будешь, недодракон?

— Спрашшиваешшь, — он вытянулся, меняя форму. Теперь Тыр стал больше походить на человека и мог сесть рядом со мной за стол.

Он всегда это делал, особенно во время обеда, наверное, чтобы я так остро не чувствовала свое одиночество и непохожесть на остальных. Уж он-то явно был особенным и гордился этим.

Я выставила на стол хлеб и похлебку, что осталась со вчерашнего ужина. Если сегодня все пройдет отлично, то возьму у Гуха целый кусок мяса. Побалую себя жарким. Тыр неуловимым движение смел все со своей тарелки и преданно уставился мне в глаза.

— Скажи, — в этой своей форме он не шипел, и был меньше похож на того Монстра, что пугал меня в детстве. — Если ты сможешь завтра пройти испытания, ты больше не будешь работать на Гухулдуса?

— Тыр, ты же понимаешь, поступить — это полдела, нужно учиться, стараться, чтобы не вылететь. Чтобы стать лучшей… А на это нужны будут деньги.

— Там платят стипендию…

— Которой хорошо, если хватит не умереть с голода.

— Я могу делать зелья, а ты их продавать.

— У меня нет лицензии травника. Сам понимаешь, без нее любой страж может отправить меня в каталажку и будет прав.

— Пусть Гухулдус поможет, у него же много знакомых в теневой сфере. Или Шарз, он немало получает с тебя, — продолжал упрямствовать Тыр.

— Ты же не хотел, чтобы я с ним работала, — я прекрасно знала, о чем мне говорит Тыр, но упорно делала вид, что его не понимаю. Он всегда беспокоился за меня, и даже сейчас я чувствовала себя виноватой за его тревогу.

— Я не хочу, чтобы однажды ночью тебя убили! — взорвался он. В круглых янтарных глазках дракончика появились слезы.

— Я осторожна, да и ты всегда меня страхуешь. Не беспокойся. Обещаю, — я не могла смотреть на его слезы. — Хочешь, я тебе пообещаю, — Тыр с надеждой посмотрел на меня. — Это будет последний раз, когда я выйду на арену.

— Правда?

— Да, обещаю тебе.

Он оживился и даже стал ярче. Вот по кому отлично видно, какое у него настроение. Я же спокойно доела, пытаясь успокоиться. Шарз знал, что, скорее всего, это будет мой последний бой, а, значит, он придумает для него что-нибудь особенное. Я не боялась, кого бы он ни нашел, я смогу справится.

— Рина, — Тыр растекся передо мной, словно лужица молока.

— Нет.

— Ты же не знаешь, о чем я попрошу.

— Знаю. Ты всегда просишь одно и то же.

— Тогда почему нет?

— Тыр, я…

— Я в панике, — его глаза стали огромными. — Давно так сильно за тебя не боялся. Позволь мне быть рядом. Я не буду вмешиваться. Превращусь в комара или блоху и буду тихонечко сидеть где-нибудь у тебя в волосах.

Чему-чему, а доверять предчувствиям Тыра я уже научилась. Они не раз спасали нам жизнь, еще в те времена, когда приходилось жить на улице, прячась от Стражей и воруя еду, чтобы не ложиться спать голодными. Всего лишь несколько лет, которые научили никому не верить. Красивая девочка, тогда еще полукровка на невольничьем рынке могла принести ее хозяину немало золотых монет.

Я же за все эти годы научилась не спрашивать, откуда у него появляются предчувствия, потому что Тыр никогда не говорил мне этого. Иногда мне казалось, что он и сам не знает. Почти всю мою жизнь он был рядом со мной — Монстр из детских кошмаров, готовый отдать за меня жизнь, если это понадобится. Тот, кто успокаивал, когда я плакала, и смеялся вместе со мной. Единственный друг в целом мире.

— Хорошо, сегодня пойдешь со мной.

Он взвился под потолок с негромким радостным воплем. Ладно, порадую букашку, тем более, что и меня тревожит мой последний бой.

Сегодня я одевалась тщательнее, чем обычно. Кожаные брюки и жилет я купила со своего первого заработка у Шарза, чтобы соответствовать соперникам и зрителям. Да и просто, чем лучше я выгляжу, тем больше звонких монет будет ждать меня к концу поединка.

Сняла иллюзию и поморщилась. Слишком сильно разнервничалась, и теперь волосы почти горели красным на ладонь ниже затылка.

— Распусти, — посоветовал Тыр.

Что ж, дельный совет. А ведь волосы у меня совсем человеческие — густые и чуть вьющиеся. Хотя, что я могу говорить, настоящих демонов я вблизи не видела, только полукровок, их в моем родном городе было предостаточно. Все-таки жить рядом с выходом в Нижний мир довольно обременительно.

Легкое заклинание, и волосы сложились в простую, но эффектную прическу, открыв лицо, и волнами падая на спину. Спасибо библиотеке города Ка́рас за безвозмездный дар в копилку моей мудрости. Сколько книг из этой сокровищницы знаний осело у меня! Легкий макияж, все равно его не будет видно, и я готова.

— Ты бы блузочку другую надела, — еле слышно пробурчал Тыр. Я приподняла бровь. — Красную, так эффектнее будет.

В подвал таверны Гухулдуса вошла невысокая девушка, на первый взгляд казавшаяся хрупкой как стебелек элеверы. Худенькая, кажется, слегка нажми и сломается, но элевера не зря символ стойкости. Поля с этими ярко-красными цветами словно парят в воздухе, такой тоненький, чуть толще конского волоса, у них стебель. Но сломать его мало кому под силу. Говорят, что, когда открылся проход в Нижний мир, к демонам, первое, что попало к нам — эти цветы. И что там, внизу, их практически обожествляют. Легенда, но мне нравится думать, что я похожа на этот цветок, и никаким невзгодам меня не сломать.

Из-за шнуровки, стянувшей талию, грудь казалась выше и пышнее, привлекая к себе внимание. Да, в этом Тыр был прав, так было намного лучше. Да и цвет только подчеркивал экзотичную внешность. Зеленые глаза стали ярче и больше в обрамлении пушистых, подкрашенных ресниц. И самая любимая часть меня — губы, розовые, чуть блестящие от жемчужного блеска, на который я потратила почти полный золотой, нижняя чуть полнее, наверное, из-за дурацкой привычки в задумчивости прикусывать ее.

Сегодня я почти была собой. Такой, какой мечтала стать. Раскованной. Бесстрашной. Смеющейся над опасностями и презирающей слабость.

В подвале был один из многих переходов в городские катакомбы — пристанище всего преступного мира. Даже Стражи не осмеливались появляться здесь в одиночку. Но я знала, куда идти, как и то, что здесь меня никто не тронет. Подземный город, ничуть не уступающий городу наверху, Ирате, второму по величине в королевстве.

— А вот и Кровавая Кара! — взревел Шарз.

Он был распорядителем боев так долго, что многие считали его их основателем. Низенький помесок гнома и горного гоблина. Тщедушный мужчина с зеленоватой кожей своего отца и предпринимательской жилкой матери. Его боялись, его уважали, против него никто не осмелился бы пойти. Но для меня главным было то, что много лет назад он принял меня в свой клан. И пусть мы никогда не были с ним близки, но его молчаливая поддержка означала многое. Для всех Кровавая Кара была неприкосновенна. И это более чем устраивало меня.

— Деточка, сегодня аншлаг. Народу тьма! Знаю, знаю, ты говорила, что этот бой будет последним, но я ведь не мог не сделать на этом рекламу? Ты хоть представляешь, сколько народу приходит, только чтобы полюбоваться на тебя? Это же большая часть ночной выручки! Даже девочки и выпивка не дают мне такого дохода, как ты!

— А я-то грешным делом думала, что ты меня любишь, — усмехнулась я.

— Ну как же без этого, моя радость! — он попытался меня обнять. Отлично, его руки оказались значительно ниже талии. Что ж, к этому нам тоже не привыкать.

А вот Тыр начал возмущаться.

— Да, что он себе позволяет, — шипел он мне на ухо раздраженно. Слава демонам, Тыр решил для разнообразия принять форму неживого предмета, и теперь у меня в мочке красовался маленький золотой дракончик. — Укушу его! Нет, буду приходить в страшных кошмарах! Чтоб ему до конца жизни снилось, как он прыгает за золотыми яблоками, а допрыгнуть не может!

Под такое бурчание я и вошла в залу, где прошла ни одна сотня боев. В том числе и моих.

Испокон веков маги спорили между собой, кто из них сильнее, устраивая поединки, иногда переходящие в целые войны между народами. Король Гаристан двести лет назад запретил дуэли, и поединщики ушли в подполье. Такие, как Шарз, наживались сначала на спорах, а потом и на обычном желании людей и нелюдей подзаработать. В первый раз я вышла на арену, когда мне едва исполнилось восемнадцать. Тот бой я проиграла. Как и следующие десять, а быть может и двадцать. Но я училась. И, спустя четыре года, больше не была испуганной девчонкой с огромным потенциалом демонической крови. Я стала Кровавой Карой, побеждая любого, кто осмеливался бросить мне вызов. Я развлекалась, зная, что никто не узнает меня под маской. Ведь без иллюзии я была очень похожа на жительницу Нижнего мира.

Почти весь последний год я копила деньги, чтобы хватило на оплату обучения в Университете магических искусств. Один год там стоил больше трех тысяч золотых корон, а ведь еще нужно что-то есть, покупать одежду, учебники, жить, в общем. За бой я могла заработать сотни две, но бои выматывали до полной бесчувственности и чуть ли не полной потери магии. Я знаю, что это немного, гроши, по сравнению с тем, что получал Шарз, но… договор, есть договор. Перед первым моим боем я заключила сделку. Деньги в обмен на покровительство. Меня приняли в клан Прячущихся, у меня всегда была защита. Я не боялась ходить по городу ночью, зная, что никто даже не посмотрит в мою сторону. Связываться с теми, кто под защитой клана, все равно, что пытаться покончить с собой. Но это было тогда. А сейчас я приносила Шарзу тысячи золотых и меня боялись и уважали уже не потому, кем был он, а из-за меня самой. Я сделала себе имя.

В таверне у Гуха я получала двадцать медяшек в день, то есть три с половиной серебряных в неделю, меньше половины золотого в месяц. Этого хватало только на оплату жилья, но я не жаловалась. Работая у него, я получала гарантию, что никто из Стражей не заинтересуется, откуда я беру деньги. Хотя, узнал бы кто, чем занимается в жизни Кровавая Кара…

У меня всегда были свои цели, о которых не знал никто, кроме Тыра. Шарз тотчас бы попытался нажиться, если бы узнал о них, а другие… не было в моей жизни тех, ради кого я была готова поступиться своими мечтами. Да и тех, кому могла бы просто рассказать о них, не было. Слишком опасно.

В зале сегодня, и правда, негде было яблоку упасть. По такому случаю Шарз не стал экономить и зажег все светильники, отчего арена казалась частью Нижнего мира, по слухам погруженного именно в такое золотисто-алое сияние.

— Сегодня последний бой Кровавой Кары! Уже завтра она возвращается в Нижний мир, чтобы и дальше отстаивать свое превосходство, но на этот раз среди тех, кто равен ей по силе и происхождению!

— Его заносит, — прокомментировал слова Шарза Тыр.

— Еще как, — недовольно ответила я. Не хватало того, чтобы меня запомнили, как заносчивую демонессу. Тяжело вздохнула и попросила. — Давай маску.

О, моя маска — это нечто неповторимое. Мы сами придумали ее с Тыром, совместив иллюзии и трансформацию. Она не меняла мое лицо, но и не была эфемерной, чтобы под нее мог заглянуть тот, кто выше меня по силам. Несколько месяцев упорного труда, и теперь по моему лицу, от бровей до губ, струилась черно-красная вязь, напоминающее кружево, объемная, словно живая. Она не сильно, но ощутимо меняла меня — форму лица, губ, убирая чисто человеческие черты. С ней я чувствовала себя другой. Не нужно было притворяться слабой и скрываться, она давала ощущения, которых никогда бы не довелось испытать Рине. Она давала свободу.

— Ты делаешь меня похожей на монстра, Шарз! — у Кары глубокий, поистине женский голос из тех, что называют сексуальными. — Все подумают, что я их не люблю, и только и жду того, чтобы смыться отсюда с их денежками!

Вокруг раздался гогот, но передо мной расступились, пропуская к центру арены, где стоял ушлый гном.

— Ты же знаешь, милая, — он противно захихикал. Да уж, в этом образе на милую я была слабо похожа. — Ты самый лучший маг, что выходил на эту арену. И это может подтвердить любой, кто бросал тебе вызов.

Я улыбнулась и обвела толпу взглядом. Действительно, много знакомых лиц. Одни из них ненавидели меня, другие хотели быть похожими, но никто не оставался равнодушным.

— Но сегодня, — и как ему удавалось говорить еще громче, не иначе попросил кого-то из магов усилить голос. — Сегодня все будет иначе! У нас появился боец, равных которому еще не было на нашей арене! Последний бой нашей Кары должен стать незабываемым! Лишь раз! Лучший боец Высшего мира и жесточайший боец Нижнего мира.

Мое сердце упало. Если это то, о чем я думаю…

Толпа напротив меня расступилась. И на арену вышел мужчина.

Хуже того. Демон. Высший.

С таким мне никогда не справится.

Тыр упорно вбивал мне в голову, чем высшие демоны отличаются от низших. А теперь я могла увидеть это сама. Высокий, с практически идеальным телом, — рубашку же ему, конечно, трудно было надеть, пускай все видят и облизываются, — и темными, почти черными волосами, в которых проглядывают красные пряди. На лице маска, увидеть сквозь такую я точно не смогу, даже если там и стоит простая иллюзия. Он боец не моей категории.

Он ухмылялся, идя ко мне, но эта издевательская улыбка тем сильнее таяла, чем ближе он приближался. Мне стало весело. Он явно не мог увидеть мое лицо и это его смущало. Наверное, рассчитывал встретить здесь аферистку, неплохого мага, притворяющегося демоном. Среди поединщиков это было модно. Страх перед боем никогда не помешает. Что ж, немного тебя разочарую. Но вот от боя все же стоит отказаться.

— Если ты согласишься, я сам тебя убью, — Тыр озвучил мои мысли.

— Не думал, что встречу здесь столь достойного противника, — он легко поклонился, только наметив уважение.

Ничего себе! Мне поклонился демон! Из высших! Они же вообще не умеют смирять гордыню, действуют только в своих интересах. Да, а голос у него тоже изменен. Хотя, парень, ты ошибаешься, я тебе не противник. И вряд ли дорасту до такого.

— Я тоже, но боюсь, мы не сможем помериться с вами силами, — я отвела взгляд, признавая свое поражение. Показала свою слабость еще до начала боя. Нехорошо, но жить мне хочется как-то больше, чем развлекать здесь собравшихся.

— Он недоволен, — прошептал Тыр.

— Кара, деточка, отойдем, — меня сцапал Шарз и, отведя чуть в сторону, заставил наклониться к нему. — Ты чем думаешь вообще? Я для твоего последнего боя столько мага искал! Этот согласился только потому, что я сказал, что ты демонесса! Он же уже лет сто не участвует в боях, а тут у нас в Фагорне оказался. Ты хоть представляешь, какой это шанс? Это же сам Титан!

— Тогда точно нет!

Я чуть не закричала, но вовремя опомнилась. Биться с самим Титаном подобно сумасшествию. Его не зря называли самым жестоким демоном Нижнего мира. Он никогда не проигрывал. Его искали все Стражи Верхнего мира. Им гордились в Нижнем. Никто не знал, кто скрывается под маской Титана, но это и не было важным, ведь многие из участников скрывали свои настоящие имена. О нем уже сто лет никто не слышал, но все же… Я покосилась на него. Интересно, сколько живут демоны? Потому что мужик выглядел очень даже ничего. Но биться с ним? Ни за что!

— Деточка, — голос Шарза стал проникновенным. — Я ведь знаю, что тебе нужны деньги. И, как бы ты ни пыталась это скрыть, даже знаю на что…

— Шарз…

— Тихо. Ты хоть понимаешь, какие деньги будут после сегодняшнего боя? На твой выигрыш ставят один к двадцати! И это было еще до того, как вы вышли на арену! Сейчас ставки просто взлетят, понимаешь?

— Демоны преисподней! — Тыр судорожно вцепился мне в ухо.

Если бы я победила, то могла бы забыть о плате за учебу на пару лет точно. Но… Это самоубийственно опасно.

— Я не могу…

— Кара, это же несколько тысяч!

— Я не смогу его победить, ты ведь должен это понимать, Шарз, — я пришла в отчаяние. — Он просто убьет меня…

— Не убьет, об этом я позабочусь. А победа… Деточка, я ставлю на твою победу каждый раз, но сегодня все против тебя. Твой проигрыш принесет им меньше, чем твой выигрыш. Все, что от тебя требуется, выйти туда и победить. Если проиграешь, я заплачу, плюс твоя ставка, как всегда. Деньги в любом случае будут твои. Но подумай хорошо, отказавшись от боя, ты вряд ли сможешь исполнить свою мечту.

Он знал, на что давить, мерзкий гном. И я понимала, что он как никогда прав. Уйди я сейчас, и все, что я делала эти годы, окажется напрасным. И мне придется начинать сначала.

Я бросила быстрый взгляд через арену. Он стоял там, неотрывно глядя на меня.

— Сумасшедшая, не соглашайся, — Тыр обеспокоенно кусал меня за ухо. — Он же сильнее нас.

— Знаю, — тихо ответила я, но гном услышал.

— Что, Кара?

— Хорошо, я согласна, — выдохнула я.

Шарз радостно заулыбался и отпустил меня.

— Кара, ваша битва станет легендой!

Я невесело улыбнулась. Что ж будь, что будет.

Мы ушли с арены к зрителям, и началась первая битва. Совсем юный парень, может быть даже студент Университета, которому требуются деньги на учебу, как и мне, против Сагала, которого я, если честно, боялась. Мне довелось биться с ним лишь раз, но тот бой я никогда не забуду.

Я махнула рукой троллю, который ходил по залу и собирал ставки. Счастливо оскалившись, он подошел ко мне. Я его не знала, но это не значило, что он не знал, кто я. По крайней мере, уважение чувствовалось.

— Поставь пять золотых на победу Сагала и… отдай пареньку после боя.

— Ха, — он ударил себя по бедру. — Не верил Шарзу, а ты действительно такая! — он забрал деньги и пошел дальше.

— Зачем? — раздалось рядом.

Я подняла глаза. Сквозь прорези маски на меня смотрели удивленные черные глаза.

— Что зачем? — почему-то мой голос прозвучал хрипло.

— Вы могли не отдавать ему выигрыш. Не уверен, что кто-то вообще так здесь делает, — он странно дернул плечом, словно хотел пожать плечами, а потом передумал.

— Могла бы, — я смотрела, как паренек пытается отбивать атаки. Но что может противопоставить опытному огневику маг земли. — Здесь все делятся на две категории. Одни ищут острых ощущений, доказывают всем вокруг, как они круты. Другие… Другие приходят сюда от безысходности. За один бой можно заработать больше, чем за месяц честной работы.

Наверное, я все же допустила слишком много грусти в свой голос, потому что почувствовала, как Титан положил руку мне на плечо. По телу словно прошел разряд молнии. Я вздрогнула и судорожно вздохнула. Не нравится мне такое состояние перед боем. Я ведь уже взрослая, чтобы так реагировать на совершенно незнакомого мужчину. Мне с ним еще биться, а я…

— Мне жаль…

— Что? — я что-то пропустила, пока мечтала об этом мускулистом теле? Демоны, когда я начала думать о демонах в таком ключе?

— Вы молодая красивая девушка. Вы способны сострадать. Что, кстати, практически невероятно, учитывая, что вы — демонесса высших кровей.

— И чем же вас так это удивляет? — я вздернула подбородок, но трудно казаться гордой, смотря на человека, то есть не человека, демона, снизу-вверх.

— Демонессы не способны на проявления искренних чувств по отношению к чужим. Только к членам семьи.

Мне перестал нравиться наш разговор. Титан смотрел на меня с интересом, но теперь я понимала, что это чисто исследовательский интерес. Возможно, он даже не воспринимал меня как равную. Кто я такая — маг, который все равно не сможет справиться с ним.

— Он слишком много о себе думает, — прошипел Тыр. — Жалко, что мне его не одолеть.

Шарз объявил конец боя. Выиграл Сагал.

— А теперь на арене великолепная Кровавая Кара и непобедимый Титан!

Я откинула все сомнения и твердым шагом вышла на арену. Демон шел следом, отдавая мне право ступить первой в круг. Почему?

В бой нужно вступать с холодной головой и мертвым сердцем. Ни одна мысль не должна мешать. Эту истину я усвоила еще в первом бою. И вот теперь я выхожу на арену, обуреваемая тревогами. Я точно знаю, что мне не победить, но все равно иду. Я сумасшедшая и не боюсь этого.

Мы становимся в позицию. Нас с Титаном разделяет всего десять шагов, и мне даже кажется, что я вижу, как светятся его глаза. Что сейчас думает он? Насмехается? Или ему жаль ту, которой ни за что не одолеть его?

— Я уступаю право первой атаки, — неожиданно произносит Титан.

Я смотрю на него, пытаясь понять, что это значит. Ни один противник никогда не уступал мне, только жеребьевка решала, кому бить первым. Он хочет показать свое превосходство, не может же быть иначе. Или же пытается понять, на что я способна?

Я поклонилась и встала в позицию для атаки — левая нога чуть вперед, правая рука на уровне сердца. Могу поклясться, что видела в этих черных глазах удивление, игра света никогда не обманывала меня. Ему есть чему удивляться. Демоны не склоняются, демоны не благодарят, и демоны никогда не используют умения Верхнего мира в честном бою друг с другом.

Ждать чуда, что спасло бы меня от боя, было бессмысленно, и я атаковала. Простое заклинание огненного вихря. Я ведь демонесса, огонь моя стихия. Вихрь полетел на Титана, но на полпути замер, превращаясь в стену, и двинулся на меня. Кто бы сомневался, вихрь — это даже не цветочки для опытного мага. Миг и стена распалась на сотни искр. Они упали на пол, замерли и вдруг взвились в сторону мужчины, собираясь в огненных змей. Титан не остался равнодушен, и в мою сторону покатился шар пламени, вбирая в себя моих змеек.

Мы обменивались ударами, не нанося друг другу ущерба. Минута, другая, время бежало, ничего не менялось. Со стороны казалось, что мы развлекаемся, хотя для Титана скорее всего так и было. Я же чувствовала, как на спине собираются капли пота, как начинают дрожать руки. Реши он сейчас ударить всей силой, и я даже не смогла бы выставить против него самый простой щит. Очередная атака, и я с трудом уворачиваюсь от огненной молнии, а мы с Титаном оказываемся совсем рядом, меньше, чем на расстоянии вытянутой руки.

Что я ищу за этой маской? Почему так быстро бьется мое сердце?

Вокруг встает стена золотого пламени. Мы в ее кольце, отрезанные от людей, от привычного мне мира. Я знаю, что пробить эту стену мне будет не по силам. Я проиграла, стоило мне выйти против него.

Он не убьет меня, но может покалечить, слишком долго играла кошка с мышкой.

По губам Титана скользит легкая улыбка.

— Скажи, — шум пламени заглушает слова, но он наклоняется ко мне и его дыхание обжигает сильнее бушующего вокруг огня. — Что стоит на кону?

Его глаза совсем близко, и я понимаю, что их цвет тоже иллюзия. В них отражается пламя, но не я, в них нет жизни.

— Скажи, — выдыхает он мне в губы.

— Моя жизнь…

Легкое, едва заметное касание губ ошеломляет. Словно тысячи иголок пронзают тело, но ответить я не успеваю. Титан отстраняется и…

Опускается на одно колено.

Пламя вокруг нас подает.

Я не слышу ни звука. Все молчат, потому что то, что вижу я, то, что видят остальные — невероятно! Непобедимый демон стоит на коленях, признавая свое поражение.

Но Шарз не был бы собой, если бы не опомнился первым.

— Кровавая Кара победила! И это бой станет легендой! Величайшая победа и величайшее поражение!

Он продолжал говорить, но я смотрела на Титана и не слушала.

— Зачем? — одними губами спросила я. В душе буйствовал ураган эмоций, разобраться в котором одной мне явно было не под силу. Бежать, срочно бежать, и пусть Тыр все мне объяснит. Я не ребенок, я видела и испытала многое, но это…

Титан поднялся, проведя рукой по моей оголенной коже от пальцев до плеча.

— Есть вещи важнее победы, — на мгновение он замер, глубоко вздохнув, и мне показалось, что он хочет снять иллюзию.

— Моя жизнь? — демоны, я с ним флиртую?

Он качнул головой, и волосы упали ему на лицо, пряча от меня выражение его глаз, изменивших цвет.

— Будущее.

— Мое? — удивилась я. С каких пор демонов волнует что-то помимо их собственных жизней.

Шарз подлетел ко мне и начал обнимать. Для него такое окончание боя было подобно манне небесной, рогу изобилия и прочим атрибутам успеха. Даже боюсь представить, сколько он заработал сегодня. Наверняка, такую сумму я даже не смогла бы себе представить, не говоря уже о том, чтобы осмелиться произнести ее вслух. Я виновато улыбнулась Титану, когда гном схватил меня за руку и поволок с арены.

Наверное, во всем виноват шум и плохая акустика помещения, а может быть сумбур в моей голове или что-то иное. Ведь как иначе объяснить ответ Титана, который я, то ли услышала на самом деле, то ли просто придумала.

— Наше, — сказал он мне в спину.

Я не обернулась, продолжая идти дальше. И лишь у самой двери в каморку Шарза решилась. Но высокой фигуры демона нигде не было.

— Не знаю, что у тебя с этим Титаном, деточка, но ты феноменально богата!

Я села на мягкий стул для почетных гостей в кабинете Шарза. Заправляя прядь волос за ухо, привычным жестом провела по золотому дракончику в ухе и получила в ответ родное тепло.

— Не понимаю, о чем ты?

Гном противно засмеялся.

— Титан поставил на твою победу и распорядился выигрыш отдать тебе.

Хорошо, что я сидела. Даже Тыр вздрогнул в ухе.

— Как? — сипло переспросила я.

— Как-как, обычно. Твоя ставка, плюс то, что я плачу за бой, плюс то, что ставил я. И теперь еще денежки Титана. Ты хоть понимаешь, какой богатой стала?

Я понимала. Демоны Нижнего мира, я прекрасно это понимала. Выигрыша хватит не только на оплату всех лет обучения, но и… не знаю, на сколько лет после. Так просто не бывает.

— И что теперь?

Я потерялась, не зная, что сказать еще.

— Что-что, будешь исполнять свои мечты и не волноваться, — ухмыльнулся Шарз. — Надеюсь, что ты не забудешь о дядюшке Шарзе? А то я буду по тебе скучать.

— Конечно, скучать он будет. По денежкам, что ты ему приносила, как не скучать? — влез Тыр.

Слава демонам, что его слышу только я.

— Спасибо тебе большое за все, — сказала я. — Ты для меня, правда, как дядюшка. Но ты ведь сам знаешь, что у меня есть мечта, и все это было ради того, чтобы я могла ее исполнить.

— Знаю, — вздохнул он. — Но, если что, приходи. Ты здесь своя. Даже без этой дурацкой маски.

— Она не дурацкая, — немного обидевшись, возразила я.

Он отмахнулся.

— Как деньги будешь забирать?

— Переведи в банк, как и всегда.

День закончился. Я вышла в ночную прохладу города. Не могу поверить, несколько часов назад у меня не было ничего, только мечта и желание жить. Теперь я могла не волноваться о будущем. И завтра спокойно идти на испытания в университет.

— Рина, — оживился Тыр. — А мы теперь больше не будем у Гуха работать?

— Мы, — улыбнулась я.

— Ну, ты.

— Думаю, нет. Да и времени не будет…

* * *

Я проспала. Как такое могло случиться, я даже не представляла. Тыр не разбудил меня и теперь с виноватым видом помогал мне собираться. Естественно мешал при этом намного больше. Я накинула плащ поверх светлого платья, которое называла свои счастливым, и помчалась в сторону Университета.

Огромные кованые ворота были открыты. Их закроют только после того, как закончатся испытания. Сколько времени я мечтала войти в них! Это чувство невероятного воодушевления и, в то же время, осознания своего ничтожества по сравнению с магами — преподавателями и выпускниками, теми с кем я только мечтаю сравниться в умении.

— Куда?

Мне перегородил дорогу мужчина, смотрящий с таким пренебрежение, что захотелось швырнуть в него каким-нибудь малоприятным заклинанием.

— Поступать, — сдержалась я.

— Поздно, — с ехидством ответил он. — Приходи в следующем году. А теперь, вали отседова.

— Прием не закончен, пока открыты ворота, — напомнила я ему о правилах и, обойдя его, направилась к зданию. Он попытался меня остановить, но Тыр подставил ему подножку, и мужчина, громко ругаясь, упал на землю.

Я уже была у высоких дверей, когда они распахнулись, и навстречу мне вывалилась разномастная толпа. То, что это такие же поступающие, как и я, было видно с первого взгляда — студенты обязаны носить форменную одежду. Но с ними было пятеро человек, скорее всего приемная комиссия.

— О, — довольно симпатичная гоблинша взялась за дужку очков. — Вы опоздали.

— Да, — не нервничать, ты, между прочим, вчера победила самого Титана, а теперь волнуешься перед преподавателем.

— И что же нам теперь делать? — вопросила она.

— Испытания еще не начались, — этот был похож на обычного человека, но кто их разберет, да и разговаривал так, будто все ему до смерти надоели.

— Отлично. Хорошо. Имя, — гоблинша уставилась на меня поверх очков.

— Катарина ЭсКа́рас.

— Чудесно. Следуй за нами.

Нас привели на полигон, укрепленный таким количеством защитных заклинаний, что на нем смело можно было устраивать что угодно, никто бы даже не заметил. Все происходило несколько сумбурно, но я радовалась, что хоть немного могу побыть самым обычным человеком. Тыр все же помог мне наложить иллюзию, и из-за его чувства вины она получилась на удивление высококачественной. Нужно будет запомнить, как он ее сделал.

Среди поступающих было много разных рас. И мне это нравилось.

Отдельной группой стояли демоны. Именно это стало одной из причин, почему я хотела поступить именно сюда. В отличие от большинства учебных заведений, здесь была целая кафедра демонологии, где учились и преподавали выходцы из Нижнего мира.

— Так! — прокричала гоблинша. — Сейчас вас разделят для прохождения испытаний! Те, у кого ведущая стихия земля — за мной!

Небольшая группка самых растерянных двинулась за ней. Вперед вышел тот, что разговаривал с ней на лестнице.

— Я профессор Малила, те, кто владеет водой идут за мной.

Я начала паниковать.

— Что делать будем? — тревожно шебуршась, спросил Тыр.

— Не знаю, — прошептала я.

Почему-то мне всегда казалось, что испытания — это нечто вроде экзамена, где выявляют сильные стороны, и уже потом определяют на нужный факультет. И вот она, расплата за легкомыслие. Я не знала, с кем мне идти. Тревога поднималась, заставляя кусать губы и постукивать каблуком по твердой утоптанной земле.

Дело в том, что я не только демон-полукровка. Это еще полбеды. Я к тому же была стихийником в полном смысле этого слова. Я одинаково хорошо владела всеми четырьмя стихиями. Ну, может, не совсем одинаково, но ведь в этом и заключается смысл учебы, в совершенствовании своих навыков. Огонь подчинялся мне беспрекословно, спасибо за это демонической крови, с остальными стихиями пришлось хуже, но я справилась. И держала это в секрете. Так уж повелось, что в Фагорне боялись стихийников. Нет, нас не уничтожали. Уже лет пятьдесят. Но и не встречали с распростертыми объятиями. Полных стихийных магов было очень мало, больше было тех, кто владел какими-то двумя видами, чаще родственными. Но и им приходилось несладко. Труднее найти работу, больше контроля, сложнее доказать свою невиновность в случае обвинений. А вот в Университете в Ирате когда-то был факультет стихийной магии, куда я и надеялась попасть.

— Будем ждать, — заключил Тыр. — Не может же быть так, что ты одна у нас такая.

Между тем ушли и огневики, и воздушники, среди которых я неожиданно заметила отпрысков Дюли. С той стороны раздавались выкрики, доносились вспышки, но даже я понимала, что нас от них отделяет не один десяток щитов.

За демонами пришло сразу двое. Женщина в длинном облегающем платье глубокого кроваво-красного цвета и жакете с меховой оторочкой. Резкие, но красивые черты лица и маленькие рожки, которые она попыталась скрыть, но неудачно. Низшая демонессса, которой хочется быть высшей. Вторым был мужчина. Вот в его облике все сразу говорило, что он не только высший демон, но и относится к элите, аристократ. Темно-синий с красным костюм по фигуре, дорогие украшения, манера двигаться, говорить, прическа — коса, которую без применения магии точно не заплести.

Они увели своих студентов, даже не посмотрев в нашу сторону.

Нас осталось всего шестеро. Трое явно попали сюда по ошибке. Больше всего они походили на отбившихся от стада барашков — такие же испуганные и большеглазые. Четвертый и пятый, парни, походили на магов-недоучек. Один из них, человек, казался смутно знакомым, но память не могла уловить сходства ни с кем. Второй был вампиром и держался отстраненно и надменно. Это неудивительно, вся их раса считала себя высшей ступенью развития, даже демоны по сравнению с ними казались нормальными и более человечными что ли.

— Итак, — пятый из преподавательской комиссии тяжко вздохнул. — Мы были рады видеть вас в стенах нашего Университета. И надеемся, что на будущий год вы сможете определиться со стихией, и тогда пополните ряды наших славных студентов.

Он просто повторял слова, из года в год одни и те же, для тех, кому не было места в Университете. Мне казалось, что под ногами разверзлась пропасть, и я падаю в нее, все глубже погружаясь в беспросветное отчаяние. Как? Куда подевался факультет стихийников?

— Почему? — парнишка-маг выступил вперед и вскинул голову. — Я сильный маг, но у меня две главенствующие стихии. Они равноправны, и я не могу отказаться от одной из них. Разве вы не должны учить нас? Я пришел сюда именно за этим! Учиться на стихийном факультете!

Я была с ним полностью согласна.

— Факультет закрыт, набор прекращен.

— Почему? — не унимался паренек.

— Я не уполномочен объяснять вам решения администрации Университета.

— Может, тогда объясните их мне?

И как я могла не заметить? Буквально в двух шагах от меня стоял мужчина в преподавательской форме — черных брюках и сюртуке с двумя рядами блестящих серебряных пуговиц и нашивкой на груди в виде букв «УМИ» и семиконечной звезды. Я едва доходила ему головой до середины груди, такой высокий он был. Длинные волосы были собраны в низкий хвост. Темно-синие глаза насмешливо оглядели меня, когда преподаватель заметил, что я его разглядываю.

— Г-господин канцлер, вы можете узнать все у ректора. Он с радостью объяснит вам все.

— Не сомневаюсь, — канцлер вышел вперед, и я увидела красные пряди в его волосах. А когда он стянул перчатки, то еще и заостренные черные ногти.

Он демон! Канцлер! Тот, кто был в пятерке руководства Нижнего мира. Сердце провалилось в пятки. Но он же демон, как он может защищать нас? Или я чего-то не понимаю? Откуда он вообще здесь взялся?

— Я беру их испытание на себя.

Как я устояла на ногах, не понимаю.

— Н-не положено, господин канцлер.

— Я прибыл по просьбе ректора, чтобы преподавать. И моим единственным условием было желание преподавать именно на факультете стихий. И что же я узнаю прибыв? Он закрыт, а студентов отправляют домой, даже не выяснив уровень их силы.

— Я всего лишь выполняю приказ ректора…

— Тогда, можете пойти и доложить ректору.

— К-конечно, господин канцлер.

Я проводила взглядом испуганного преподавателя.

— А он наводит ужас, — сказал Тыр, и я была с ним полностью согласна.

— Ну что, начнем, пожалуй, с вас, — канцлер обратился к тем троим, что я окрестила барашками. — Ваша стихия?

— Я не знаю, — проблеяла полненькая блондиночка.

— А вы?

— Земля, или вода… или воздух? — высокий худой паренек смотрел на канцлера испуганными глазами. — Я с магией… плохо… очень…

— Ну а вы сможете ответить?

Полноватый блондин, похоже, брат девушки, яростно замотал головой. Демон вздохнул.

— На что вы надеялись?

— Папа хотел, чтобы мы попытались, — тихо сказала блондиночка.

— Надеюсь, вы не расстроитесь, что я не буду вас испытывать и просто отправлю домой?

— Н-нет.

— Можете идти, — вздохнул он. — Ну а вы?

— Я хочу, чтобы вы меня испытали, — выступил вперед юноша. — У меня две стихии — вода и земля.

— Отлично, — улыбнулся канцлер.

Он взмахнул рукой, и в парня полетел вихрь, поднявший столб пыли. Тот отразил его, послав земляную волну.

Демон-стихийник! Разве такое бывает? Я не в счет, я больше человек, чем демон. Но как, как такое возможно? Они же все огненные.

— Будь с ним осторожна, — посоветовал Тыр.

А между тем испытание больше и больше напоминало то, что вчера происходило на арене. И вдруг я поняла, почему паренек кажется мне знакомым. Это ему я отдала свою ставку!

Ловкой атакой, используя воздушную петлю, совершенно не знакомого мне заклинания, канцлер опрокинул юношу на землю.

— Имя? — спросил он.

— Стоун Обри, — поднимаясь, ответил тот.

— Поздравляю, студент Обри.

На лице парня расцвела счастливая улыбка, а канцлер уже обращался к вампиру.

— Ваша стихия?

— Вода и воздух.

Эта битва была молниеносной. Реакция вампиров намного совершеннее человеческой, да и демоны тоже не так уж просты. Я не успевала за их движениями, и уже через пару минут вампир склонился в почтительном поклоне, признавая поражение.

— Ваше имя? — спросил канцлер.

— Кальвени Ди Эль Верти.

— Поздравляю, студент Ди Верти. Вы?

Он смотрел прямо на меня, а я… я тонула в темной синеве его глаз. И мне было страшно.

— Говори, — укусил меня за ухо Тыр.

— Вода и огонь.

— Ой, ду-ура, — взвыл Тыр, и только потом до меня дошло то, что я сказала. Я настолько привыкла использовать все четыре стихии, что никогда не задумывалась о том, какие могут быть преобладающими. Но назвать две абсолютно противоположные… Наверное, моя голова совсем не хотела работать мне на благо.

— Огонь и вода? — удивился канцлер. — Необычное сочетание.

Я попыталась улыбнуться. Канцлер пристально посмотрел на меня и атаковал. Вода. Легко, я превратила ее в пар и отправила ему обратно. Огонь завернула в смерч и погасила. Все, как вчера ночью. Я снова на арене. Прости Тыр, не смогу я уйти от Шарза, от чувства собственной значимости и власти. «Запомни первое правило, Рина. На бой нужно выходить с холодной головой и мертвым сердцем». Я снова нарушила свое правило и оказалась на земле. Точнее полетела как кукла, хорошо хоть не сломанная. Единственное, что успела, сгруппироваться, чтобы ненароком не наставить синяков, ведь выдавать то, что я отлично владею и двумя другими стихиями, не хотелось. Но коснуться земли не довелось. Канцлер создал для меня воздушную подушку, в которую я и ухнула, словно в дорогую пуховую перину.

— Имя? — улыбнулся он.

— Катарина ЭсКа́рас.

— Поздравляю, студентка ЭсКа́рас, вы приняты…

Через три дня я стояла среди сотен студентов от первого до последнего курса. Начиналась моя новая жизнь. Жизнь, в которой я буду равной среди равных.

Меня окружали люди и демоны, вампиры и гоблины, тролли и гномы. Такие разные, но объединенные одной целью. И что бы не происходило дальше, первый пункт в списке моих целей был выполнен. Я поступила. Теперь я студентка. А дальше — пункт два. Попасть в архивы Университета.

* * *

Он смотрел на студентов. Сколько их? Сотни.

Как он найдет ее здесь?

Иллюзия. Ее внешность скрывала мощная иллюзия, равных которой он никогда не видел. Кто помог ей наложить ее? Было только двое в Нижнем мире, кто мог бы сделать такое, но…

Демонесса. Не следовало отпускать ее. Схватить и спрятать от мира, чтобы она принадлежала только ему.

Нет. Он смотрел на студентов. Его внимание привлекла небольшая группка. Его студентки. Демонессы. Их не так уж и много. Он найдет ее. Она будет его. Скольких сил ему стоило сдержаться там, на арене, и не поцеловать ее. Но так нельзя. Так неправильно. И пусть каждый вздох без нее теперь причиняет боль, перед которой меркнут все муки ада, он вытерпит. Он найдет ее, и она подарит ему счастье, то самое, заслуженное ими.

Он сжал кулаки.

А вдруг она не студентка, и этот прощелыга-гном посмеялся над ним? Или вовсе человек? Вдруг она просто гениальный маг-огневик? И это была всего лишь иллюзия?

Как найти ее?

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Тьма в моей крови предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я