Великий поход

Евгений Гаркушев

По поручению могущественного Собора России магистр Даниил, опытный и бесстрашный боец, отправляется с важным секретным посланием к японскому предпринимателю Акиро Фукуро, руководящему строительством грандиозного межпланетного корабля «Великий поход», – и сразу же оказывается в вихре смертельно опасных ситуаций и перестрелок. Всю жизнь мечтавший о полете к звездам, Даниил вынужден с риском для жизни противодействовать великому космическому проекту, потому что цена, которую придется заплатить человечеству за свое любопытство, может оказаться слишком высокой…

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Великий поход предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

ГЛАВА 1

Засада

Потолочная балка, не выдержавшая давления тяжелого хрустального свода, с оглушительным грохотом треснула над моей головой. Вниз со свистом понеслись куски стекла и бетона. Стальная ферма начала падать. Еще пара секунд — и она сметет ряд нежных азалий, разделяющих зимний сад на две части. Осколки свода уже колотили по листьям пальм и фикусов.

Я нырнул за огромную кадку с цветущей магнолией, кувыркнулся через голову вперед и устремился в боковой проход, по краям которого стояли ящики с розмаринами. Над головой засвистели пули. Импульс лучевой винтовки ударил в ствол магнолии, которая упала, словно сжатая исполинским серпом. Огромные белые лепестки цветов швырнуло вверх. Они закружились, полетели во все стороны, медленно опускаясь на каменное крошево и разбитые кадки перьями сказочной птицы. Остро запахло древесным соком.

Стальная ферма рухнула, круша азалии, разваливая ящики с плодородным грунтом, пробивая деревянный пол до бетона. Хорошо, что свод сработали добротно. Хрустальный купол держался на оставшихся фермах. Вверху зияла дыра, в которую задувал холодный ветер и летели ледяные брызги дождя, смешанного со снегом.

У меня не было оружия. Да и отстреливаться от нападавших я не собирался. Нужно уходить любой ценой. Уносить с собой доверенное мне послание, выполнять поставленную задачу. Но какое варварство — разгромить общественный зимний сад! Мерзавцы…

Один из мерзавцев словно вырос на выходе из большого зала. Темный силуэт, лицо под черной облегающей маской, просторные одежды, под которыми можно спрятать любое оружие и снаряжение. Но в руках этого человека оружия не было. Специалист по вероятностям? Предсказатель? Боевик? Да кто угодно — понятно лишь, что не простой солдат.

Я схватил цветочный горшок, метнул в грудь того, кто преграждал мне дорогу. Тут же поднял второй горшок, бросил в голову врага. Но противник мой падал, пораженный первым снарядом, и второй горшок, не попав в цель, врезался в стену. На пол посыпался мягкий грунт.

Мне оставалось только перепрыгнуть через осевшее тело и юркнуть за поворот. В спину не стреляли. Не успели опомниться или боялись попасть в своего.

Маленький коридорчик, дверь, за ней — еще один большой зал. Посредине — бассейн, наполненный теплой водой, от которой шел едва уловимый запах озона. У дальнего края — двое солдат в камуфляже. Вряд ли они охраняют здесь общественный порядок. Скорее всего охотятся за мной.

Рюкзак с титановым контейнером болтался за спиной. Плыть с ним будет не очень удобно. Да и под водой меня отлично разглядят, а надеяться на то, что пули отразятся от водной поверхности — не слишком разумно. Я побежал вдоль бассейна. Солдат, имевший лучшую реакцию, поднял автомат.

— Не стреляйте! — закричал я.

Солдат замешкался. Напрасно. Я кричал на ходу, а ему, чтобы услышать и понять, что я говорю, пришлось прервать движение. И все же двадцать метров, разделяющие нас, мне не одолеть. Я выиграл доли секунды, но солдаты могли успеть выпустить в меня по полному рожку патронов.

Срезая угол, я перемахнул через бортик и нырнул в голубую воду. Несколько мощных гребков руками и ногами, не всплывая, рывок вверх — и я выскочил на поверхность в каком-то метре от края бассейна, рядом с солдатами. Я ухватился за бортик и еще одним рывком поднял тело над водой. Второй солдат, прежде казавшийся неповоротливым, неожиданно быстро попытался столкнуть меня обратно в воду ударом приклада. Вода заливала глаза, мешая видеть, но я все же перехватил автомат и втянул его обладателя в воду, а затем выбрался на пластик бортика сам.

Воздух наэлектризовался. Второго солдата с опаленным лицом и сожженными внутренностями швырнуло в стену. От моей мокрой одежды пошел пар.

Сзади опять стреляли из импульсной винтовки. Я вовремя почувствовал присутствие еще одного противника за спиной, там, откуда пришел, и сместился с линии огня. Вступи я сейчас в драку со вторым солдатом — мне бы не поздоровилось.

Влетев в подсобку за бассейном, вынеся плечами деревянную, почти декоративную дверь, я с радостью обнаружил, что отсюда вниз ведет узкая лесенка. Не иначе, проход к системе очистки и дезинфекции воды. Я рухнул в открытый люк, не оглядываясь. Что за интерес увидеть нападающего с лучевой винтовкой, если это будет последняя картина в моей жизни? До сих пор я вообще лицезрел только трех противников. Ту фигуру на проходе и двоих солдат. Хотя солдаты, по всей видимости, пешки из внешнего охранения. Иначе ими так легко не пожертвовали бы.

Устроившие мне ловушку надеялись, что я не смогу выйти из зимнего сада. Что меня пришибет куском бетона или задавит потолочной фермой. Что им удастся попасть в меня из винтовки. Но мне повезло. Даже в тихом зимнем саду, где нападения можно было ожидать меньше всего, я не стал выяснять, что происходит, а начал действовать по боевой программе. Теперь я сам почти удивлялся этому.

Действительно, кто мог угрожать мне рядом со штаб-квартирой Собора? Разве можно было ожидать нападения сразу же за пропускным пунктом? Наверное, все же можно было, и я это понял. Потому что отец Диомид попросил меня выйти не через главный вход, на площадь Свободы, а через «его» калитку, которой он так любил пользоваться для посещения зимнего сада на Егоровском проспекте. Казалось бы, какой в этом смысл? То, что я явился в штаб-квартиру Собора, мог отследить любой заинтересованный наблюдатель. Значит, вопрос в том, когда и как я оттуда выйду… Можно контролировать и все входы. Только своим предложением отец Диомид словно невзначай, без прямых указаний предупредил меня: неприятности могут начаться сразу же!

Проскочив мимо установок для обработки воды бассейна ультрафиолетовым излучением, я вылетел в какой-то совсем уж темный и узкий коридорчик. Некрашеные оштукатуренные стены, слегка неровный бетонный пол. Технический этаж. Знать бы здешние переходы… Но я и в зимнем саду бывал всего пару раз. Мне больше по душе были сады настоящие, под открытым небом.

Путь преградила решетчатая дверца с навесным замком. Замок казался не слишком крепким. От честных людей. Сосредоточившись, я вырвал его, отломав попутно приваренную к двери петлю, на которой он держался. И продолжил свой путь по темным коридорчикам. За собой я оставлял явственный мокрый след, но попробуйте, догоните!

Итак, кто на меня напал? С чьего ведома? С какой целью? Неужели для того, чтобы воспрепятствовать миссии, порученной мне отцом Диомидом? Это по меньшей мере глупо. Содержание документа, который я несу, вряд ли является тайной для кого-то из заинтересованных лиц. Сама попытка отнять его у меня здесь не слишком удачна. Даже если им удастся уничтожить меня, что толку? Диомид тут же снарядит нового гонца, с такой же грамотой… Запасы псевдопергамента в канцелярии Собора неограниченны, мы сами его производим. Времени для того, чтобы доставить послание — более чем достаточно.

Может быть, кому-то не понравился именно я? И этот кто-то захотел свести личные счеты, даже не подозревая о задании, которое дал мне отец Диомид?

Не исключено… Но нападать на представителя Собора возле его штаб-квартиры, где в любой момент может подоспеть помощь? Опасно! Хотя, с другой стороны, эффект неожиданности мог сыграть врагам на руку. Такой наглости я не ожидал.

Характер нападения говорил в пользу того, что атака была тщательно спланирована. Находившиеся в засаде бойцы начали не с тривиальной автоматной очереди, даже не с залпа из подствольных гранатометов — но с обрушения балки, которая когда-нибудь должна была обрушиться из-за дефектов в изготовлении свода. Вражеский специалист сместил вероятности, изменил ткань реальности, ускорив события, которые когда-то должны были произойти. Придави меня эта балка, рухни потолок — и мысль о покушении могла бы даже не возникнуть. Но ведь я тоже слегка чувствую вероятности. Не могу их менять по своему желанию, как некоторые, и даже вижу не очень отчетливо, но базовый курс проходил… Поэтому почувствовал неладное за доли секунды до того, как началось обрушение.

А сам отец Диомид? Не мог ли он приложить руку к покушению? Мысль вздорная, глупая, но даже нелепые версии стоит иногда рассматривать.

Нет, мой наставник и руководитель скорее всего ни при чем. Если он захочет со мной расправиться, у него имеются для этого десятки законных способов. И десятки незаконных. Причем настолько эффективных, что я и пискнуть не успею. Что ни говори, а Диомид старше, опытнее, мудрее и сильнее. Именно поэтому каждый его ход я просчитать не могу. Объяснить все его действия — тоже.

Уверен, что вовсе не старец решил от меня избавиться. А вот подтолкнуть «покушением» к какому-то решению или образу действий он вполне мог. Хотя слишком это просто, тривиально. Просто и ненадежно… Поэтому не буду предаваться досужим домыслам, стану анализировать лишь факты. Когда они появятся. Сейчас фактов у меня почти нет.

Два поворота узкого темного коридора — и я обнаружил маленькое зарешеченное окошко, выходящее на улицу.

Пора покидать негостеприимный комплекс зданий! На улице меня могут поджидать новые опасности, но там их гораздо легче избежать. Здесь за каждым углом может быть припрятан небольшой сюрприз. А всю улицу боевиками не заполнишь. Чем дальше я буду от центра событий, тем меньше вероятность встретить врагов.

Я вырвал решетку, аккуратно выдавил наружу пластиковую раму с окном. Выбрался на засыпанный мокрым снегом тротуар. Время приближалось к полуночи, людей на улице не было. Я поднялся во весь рост, поправил рюкзак и уверенной походкой зашагал по улице — не забывая поглядывать по сторонам. Мой беззаботный вид вряд ли обманет настоящих охотников. К тому же я был слишком мокрым после купания в бассейне. Промокнуть так под моросящим дождем невозможно. Разве что повалявшись в луже, заполненной ледяным крошевом…

Пока что я еще даже не остыл, и тело не чувствовало холода. Мороз шел по коже от другой мысли — что, если нападение на меня — это и нападение на Собор? Что, если сейчас боевики штурмуют штаб-квартиру, пытаются уничтожить всех магистров, отца Диомида?

Если и так, я не должен возвращаться. В случае непосредственного нападения на штаб-квартиру Собора, важность моей миссии возрастает в десятки раз. Я должен выполнить ее, а что будет потом — не так важно. Хотя что у меня есть, кроме Собора? Собор для меня — и семья, и работа, и любимое дело, и возможность жить так, как мне нравится… По сути дела, я очень одинок.

Завернув за угол, я увидел прямо посреди улицы фигуру в тяжелой броне. Иссиня-черный шлем с моросью дождя на забрале. Толстые титановые пластины нагрудников. Мягкие сочленения брони на локтях и коленях. В такой броне ходили охранники, служащие Собору. Но я не мог полагаться на надежду, что встретившийся мне боец — союзник. Встречи с ним нужно было избежать.

Поравнявшись с окном магазина, я боком прыгнул в него, разбивая тяжелое стекло витрины. Раздался пронзительный вой сигнализации. Стрелять солдат в броне не стал. Это говорило в пользу того, что он на нашей стороне. Значит, не все так плохо…

А я промчался через просторный торговый зал, выскочил в подсобное помещение, нашел дверь черного хода, закрытую только на задвижку. Не иначе, где-то в помещении огромного магазина дежурил сторож.

Когда я отодвигал задвижку, за спиной у меня раздался сдавленный смешок.

Я резко обернулся. В подсобке, сжимая в руке хлыст электроразрядника, стоял молодой человек, которому на вид можно было дать лет двадцать — двадцать пять. Тонкие усики, вытянутое лицо, слаборазвитая мускулатура. Повстречай я его в другом месте в другое время, и внимания бы не обратил. Обычный инфантильный молодой человек, не желающий знать ничего, кроме прикладных программ специализированного компьютера, с помощью которого он зарабатывает себе на жизнь. А жизнь в его понимании — это возможность выпить, покурить, подключиться к виртуалке. Иногда — что-нибудь съесть. Но только иногда. Ведь в виртуальных мирах энергия почти не расходуется, а сила мускулов выбирается нажатием на соответствующий сенсор.

Как он здесь появился? Присутствие обычного человека я бы почувствовал. Не простой парень, совсем не простой… И нападать сзади не захотел. Или не решился?

— Кто такой? — коротко спросил я, еще не решив, что предпринять.

— Твоя смерть, — тихо ответил молодой человек. — Попался, гонец.

Откуда у этого щенка такая уверенность? Разрядник его мне не очень страшен — сумею уклониться. Да и сильнее этого хлыща я по крайней мере раза в четыре. Согну в бараний рог! Но самоуверенность — не лучшее качество человека. Скольких великих воинов оно подвело! А обычных бойцов — без счета.

— Что тебе надо? — осведомился я.

Молодой человек не ответил. Лишь слабо шевельнул рукоятью хлыста. Жало рванулось ко мне с невиданной скоростью.

Разряд в пару тысяч вольт мне не выдержать. Это вопрос физиологии, а не воли и умений — тело просто швырнет на пол, и, пока я буду приходить в себя, молодой человек и его подручные скрутят меня. Живым им в плен, пожалуй, лучше не даваться.

Уйти от жала я не успевал. Успевал только подставить рукав мокрого пиджака. Моя одежда была пропитана водой очень сильно. Часть заряда стечет по костюму в проводящий, с включением металла пол. Надо постараться, чтобы как можно меньшее количество электронов прошло через тело.

Хлыст соприкоснулся с пиджаком. Конденсатор с сухим щелчком разрядился. Ощущение не из приятных — меня словно вывернуло наизнанку. Но я смог устоять на ногах. Защита в виде мокрой одежды оказалась действенной.

Дернувшись, я подпрыгнул и схватил молодого человека за глотку. Тот с нечеловеческой силой вцепился мне в бицепс. Понятно: мускулы модифицированы, он только на первый взгляд кажется слабым. На самом деле парень гораздо сильнее среднего человека.

Второй рукой я ударил врага под ребра. Напрасно! Он оказался в хорошем бронежилете, и я только повредил пальцы.

Мужчина резко повернулся, сбросил мою руку, попытался ударить сам — по глазам. Но я блокировал удар, вывернул ему руку и бросил лицом на пол. С физическими законами не поспоришь: при своих чудомускулах противник имел массу меньшую, чем я. В данном случае это пошло мне на пользу. У меня оказался больше момент инерции.

Выворачивая шею врага, я спросил:

— Кто тебя послал?

Молодой человек только захрипел. Общаться со мной явно не входило в его планы. А я не мог вырывать у него признание. Времени не было, да и боли мой противник явно не чувствовал.

Свернув молодому человеку шею, я открыл дверь и выскочил из подсобки на улицу. Золотой переулок! Он шел параллельно Егоровскому проспекту. Здесь я часто бывал прежде — по переулку удобно добираться до входа в штаб-квартиру Собора из центра, если не хочешь, чтобы на тебя глазели сотни людей, гуляющих по проспекту.

Около черного хода магазина стоял, будто поджидая меня, простенький электромобиль. Сейчас мне было не до церемоний. Я выдавил стекло, достал универсальную электронную карточку и сунул в замок зажигания. Дверь приветливо пискнула и разблокировалась. Я нырнул внутрь.

Двигатель завелся сразу. Нажав педаль акселератора, я понесся прочь, к городским окраинам. Сиденье электромобиля пропитывалось водой, стекавшей с меня. Хотя я и опасался, что может произойти замыкание, включил обогрев автомобиля и сидений на полную мощность. Надо хотя бы немного высохнуть. В разбитое стекло задувал холодный ветер, но это — мелочи…

Погони я не замечал. Хотя кто поручится, что вся комбинация не была затеяна ради того, чтобы загнать меня в этот автомобиль и заставить ехать на нем через город? Под капотом может быть заложена мощная бомба. Крышу легко оснастить радиомаячком, позволяющим со стопроцентной гарантией поразить автомобиль точечным ударом с орбиты.

Но нет, не стоит давать волю дурным предчувствиям и считать врагов сильнее и мудрее, чем они есть на самом деле. Это тоже не слишком полезно. Я еду в обычном электромобиле, который не так легко отследить на улицах большого города.

Окна машины запотевали так, что включенный на полную мощность воздухообдув не справлялся с конденсирующейся на стеклах влагой. Еще бы — влажность в салоне установилась стопроцентная, температура поднялась до сорока градусов, а на улице царил мороз. Одежда никак не желала сохнуть.

Ночь только начиналась, и мне нужно было переждать где-то темное время. Ни на поезде, ни с помощью воздушного транспорта я покидать столицу не собирался. Вокзалы стерегли, да и другие пути наверняка тоже. Поэтому имело смысл потеряться на несколько часов. Осмотреться, сориентироваться, узнать новости, не привлекая к себе внимания.

Возвращаться на базу Собора нельзя. Зачем испытывать все приключения, которые выпали на мою долю, еще раз? Надо держаться подальше от известных мест, от баз, квартир друзей, точек сбора. Где?

Проще всего, конечно, снять номер в гостинице. Обсушиться, поесть, связаться по надежным каналам с нужными людьми. Но в гостинице меня легче всего найти. Даже если я воспользуюсь безличной карточкой для оплаты и поддельными документами для регистрации, вычислить меня не так сложно.

Куда человек моего положения и образа жизни пойдет в столице в последнюю очередь? Пожалуй, в ресторан. Всем известно, что никаких гастрономических пристрастий у меня нет и быть не может, что питаться соратники Собора могут чем угодно и где угодно… Еще я не пойду в казино. И должности не подобает, и интереса никакого. Что за радость проигрывать деньги? А выиграешь — не избежать обвинения в жульничестве. Всем известно, что некоторые магистры могут воздействовать на реальность, подтасовывать вероятности. И если ты не способен на подобное — кому об этом известно? Да и вообще, казино — не лучший способ укрыться для насквозь мокрого человека, который не хочет привлекать к себе внимание.

За окном мелькнула броская, но не очень большая вывеска: «Секс-клуб. Баня. Магазин». Слышало подобных заведениях. Все заходят полуголыми или вообще голыми, купаются. Ну, и не только купаются… Сам я, впрочем, не бывал в них, даже в молодые годы. Друг рассказывал. Делился восторгами. Вот и мне представился случай посетить злачное место. Надеюсь, документы здесь предъявлять не нужно? Скорее всего нет. Не для того сюда ходят.

Тормозить перед входом в удачно найденное заведение я не стал. Доехал до станции метро, аккуратно припарковал электромобиль на свободной площадке. Вышел в морозную ночь и поспешил вдоль пустынного шоссе обратно.

Холодало прямо на глазах… Одежда сразу покрылась ледяной коркой. А волосы приобрели подобие модной прически с использованием лака.

Вот и ярко освещенный вход в секс-клуб. Я решительно переступил порог. Привратник в пестром халате оживился, широко улыбнулся и объявил:

— Мы рады видеть вас.

— А уж как я рад, — выдохнул я, подходя к шкафчику, в котором нужно оставлять одежду. — Под дождь попал, да еще и упал…

— И не один раз, по-видимому, — улыбнулся привратник. — Хорошо, что протрезветь успели. У нас пускают только приличную публику. Пьяных — ни в коем случае. Дорожим репутацией.

— Я ведь приличный человек?

— Трезвый — значит, приличный, — подмигнул мне швейцар.

— У вас тут нет прачечной?

— Нет, — покачал головой привратник. — Оставьте дверь в шкафчик открытой — одежда быстро высохнет. Вы ведь пару часов побудете?

— Конечно, — кивнул я.

— У нас согреетесь — можете не сомневаться.

— Надеюсь. А кормят здесь?

— Без проблем. Нашлись бы деньги на счету, — усмехнулся швейцар. — Вы в главный зал проходите. Сегодня публики мало, все больше — девчонки. Так что будет интересно. По вопросам питания обращайтесь в бар, за выпивкой — туда же. И магазин рядом с баром. Думаю, разберетесь.

— Спасибо, — машинально ответил я, снимая брюки и направляясь в зал, от дверей которого тянуло теплом. Титановый контейнер и кредитную карточку я сжимал в руке.

— Вы все снимайте, не стесняйтесь, — напутствовал меня швейцар. — Не принято, знаете, одетым ходить.

— Ясно, — протянул я. — А кошелек с собой можно взять?

— Берите, что хотите. Лишь бы вам не мешало.

В жарком полутемном зале, перед большим экраном стереовизора сидели за столиком, уставленным снедью, три миловидные женщины двадцати пяти — тридцати лет. Поодаль от них — парень и девушка, увлеченные друг другом, совсем молоденькие. В уголке — одинокий и, похоже, спящий мужчина. Публика вела себя более чем пристойно. Секс-клубы я представлял, в общем-то, несколько по-иному. Видимо, для разгульных оргий существовали другие помещения. Здесь — что-то вроде предбанника.

— К нам, к нам! — провозгласила пышная румяная брюнетка, маня меня пальцем, едва я переступил порог. На щеках ее играли ямочки, прямые волосы блестели даже в неярком свете желтых плафонов.

Можно подумать, я мог пойти куда-то еще! Не к спящему же мужчине? Хотя кто мешал мне занять отдельный столик? Но вряд ли это выглядело бы естественно. А мне нужно было затеряться. Стать таким, как все, ничем не привлекать к себе внимания.

— Нам и бутылку некому открыть. Обслугу сюда не пускают, а каждый раз в бар ходить лень, — заявила худенькая миловидная блондинка с лицом лисички. Улыбка ее была очень приятной. — Вы умеете открывать бутылки?

— Умею, — не стал спорить я. — В совершенстве.

— Так открывайте! — властно приказала русоволосая молодая женщина, пожалуй, самая привлекательная из присутствующих. И самая молодая. У нее была маленькая грудь и острые выпирающие ключицы. Я отметил это не как мужчина, а, пожалуй, как доктор. Обилие раздетых женщин нисколько меня не смутило, и я этому потихоньку порадовался. Впрочем, стоит ли радоваться подобному?

Раскрутив проволоку на проволочной «корзиночке» шампанского, я аккуратно, без хлопка, вынул пробку.

— А салют? — обиженно надула и без того пухлые губки брюнетка. — Мы хотели салют!

— Самый высокий класс — открыть бутылку без хлопка, — пояснила ей блондинка. — Будем знакомиться, молодой человек?

— Да…

Я хотел назвать свое имя, но вовремя сообразил, что не стоит произносить настоящее. Других имен, кроме своего, начинающихся на «да», я не знал.

— Вы не робейте, — улыбнулась русоволосая девушка. — Мы вас не съедим. Первый раз в этом клубе?

— Да.

— Вот и не стесняйтесь. Здесь очень прилично. Поэтому сюда и ходим. Меня зовут Алена.

— Очень приятно, Алена.

— Оксана, Вика, — представила Алена брюнетку и блондинку.

— Рад, очень рад. Очарован. Я — Даниил.

Не собирался называть настоящее имя, но назвал. Врать не хотелось. Да и вообще, хотя бы потому, что подлинное имя называть глупо, можно это сделать. В какой-то степени это даже отведет подозрения.

Девушки переглянулись. Наверное, я сказал что-то не то. Пожалуй, перегнул палку с этим «очарован». Нуда ничего. Будем считать, что я провинциал, впервые приехавший в столицу. Хотя и в провинции сейчас почти не осталось глухих углов. Разумнее, наверное, притвориться беззаботным искателем приключений.

Пока я раздумывал, какую линию поведения избрать, Оксана поднялась во весь рост — я невольно опустил глаза к полу, воспитание все же сказывалось — и, покачивая тяжелыми бедрами, обогнула стол и пошла к мигающей красными огоньками арке — входу в соседний зал. Распущенные черные волосы прикрывали спину, но не то, что ниже. Проходя мимо меня, девушка слегка коснулась меня локтем. Кожа Оксаны была шелковистой, очень приятной на ощупь. Пахло от девушки весенними цветами.

— Возьму чего-нибудь закусить, — обернувшись, Улыбнулась она. — Что тебе захватить, Даниил?

Приятно, когда о тебе заботятся, но одалживаться я не люблю. Особенно у молодых привлекательных женщин.

— Позвольте, лучше я вас угощу! Девушки переглянулись и прыснули.

— У нас абонемент в это заведение, Даниил, — объяснила Алена, приглаживая волосы. — Скидки. Обед бесплатно, а сами мы едим очень мало. Диеты всякие, знаешь ли… Зачем ты будешь тратить деньги? Лучше купишь потом что-нибудь выпить.

— Хорошо.

— Так что тебе? — спросила Оксана.

— Мяса, — коротко ответил я. — Можно пирожных.

— За фигурой не следишь? — поинтересовалась Вика. — По тебе не скажешь. Лишнего жира не заметно.

Мне даже стало немного не по себе, когда девушка взглянула на меня так оценивающе. Вот уж не думал, что я способен испытывать стыдливость и смущение…

— Много работаю, — зачем-то оправдался я. — Занимаюсь спортом. А сегодня и пообедать не пришлось. Думал зайти в какой-нибудь ресторан, но потом забрел сюда.

— Чтобы искупаться, наверное, — хихикнула Вика.

— Искупаться тоже не помешает, — не стал спорить я.

— Каким спортом ты занимаешься? — задала вопрос Алена. Похоже, она меня «выбирала» и хотела оценить со всех сторон.

— Плаванием. Бегом, — ответил я. — Когда-то ездил на велосипеде, сейчас перестал. Времени нет.

— Здесь есть небольшой бассейн, — порадовала меня Вика. — Мы можем поплавать все вместе, если захочешь.

— Да, конечно, — склонил голову я. Похоже, отдыхать не придется! Девочки решили взяться за меня вплотную.

Оксана вскоре вернулась с тарелкой аппетитно выглядящей мясной нарезки, блюдом со свежими овощами и корзинкой с пирожными. Я, не скромничая, приступил к ужину. После беготни сегодняшнего вечера следовало восстановить силы.

Девушки подняли бокалы с шампанским, перемигиваясь, выпили за хороший вечер. Я пригубил вино вместе с ними, сходил в бар и вернулся с большой бутылкой мартини. Женщины остались довольны. Сам я мартини никогда в жизни не пробовал, но марка была на слуху, вот я и решил купить именно этот напиток.

— Что у тебя в этой железной сумке, Даниил? — заинтересовалась Оксана, рассматривая титановый контейнер, с которым я не расставался. — Она выглядит интригующе… Даже слишком!

Я едва не покраснел. Какие мысли могли возникнуть у посетительницы секс-клуба относительно содержимого длинного цилиндрического контейнера?

— Очень важные вещи, — ответил я девушке, погладив ее запястье. Две серебристые точечки имплантов показались мне неожиданно горячими, хотя обычно импланты холодят. — Точнее, документы. Но ничего интересного в них нет.

— Ты, наверное, шпион? — сохраняя серьезное выражение лица, спросила Алена. — И прячешься здесь от погони?

Я подумал, что красивая русоволосая Алена самая любопытная из моих новых знакомых. И не только любопытная, но и проницательная. Оксана — самая женственная. Возможно, идея похода в клуб принадлежит ей. В данный момент девушку интересует лишь отдых. О худенькой Вике впечатление у меня еще не сложилось.

— Почему ты решила, что я шпион?

— Обычно мужчины так и норовят утащить хотя бы одну из нас куда-нибудь в нижние помещения, — рассмеялась Алена. — Особенно Оксану, хотя сделать это совсем не просто. А ты даже намека никому не сделал. Ведешь себя очень нетипично. Что-то здесь не так…

— Просто я первый раз в таком месте, — признался я. — Намек еще сделаю. Если только на работе все будет нормально. И не вызовут на дежурство.

На экране стереовизора один музыкальный клип сменял другой. Мне очень хотелось переключиться на канал новостей, но как сделать это аккуратно? И так приняли за шпиона, хотя я вовсе не являлся шпионом…

— Не смущайте нашего кавалера, — вступилась за меня Оксана, кладя мне руку на плечо. — А то и он сбежит — останемся мы одни-одинешеньки. Даже бутылку будет некому открыть.

— Ты права, — хихикнула Вика.

Стереовизор переключили на другой канал. Он по-прежнему показывал музыкальные клипы, но картинка стала откровенной, а точнее — непристойной. Общество голых дам меня не смущало, да и просмотр совместно с ними эротических программ — тоже, но можно и прикинуться скромником.

— Девочки, я новости посмотрю? — тихо спросил я.

— Новости? — изумилась Оксана, снимая с моего плеча руку. — Ты пришел сюда смотреть новости?

— Мне надо узнать, не вызовут ли на работу, — повторил я.

— Полицейский, — протянула проницательная Алена.

— На задании. С тобой все ясно…

— Да нет же! Никакой я не полицейский. И даже невоенный.

— Тогда спасатель.

— А это так важно?

— Ладно, ладно, — успокоила подруг Оксана.

Впрочем, теперь она тоже смотрела на меня оценивающе, пытаясь, видимо, догадаться, кто я такой и чем зарабатываю на жизнь.

Общение в таком русле нравилось мне все меньше. Девочки оказались гораздо умнее, чем можно было предположить с первого взгляда. Или я стал излишне подозрительным и не понимаю шуток?

Налив себе полный бокал мартини, я выпил его залпом.

— Алкоголик, — тихо прошептала Алена.

«Хорошая мысль, — подумал я. — Выпить еще пару стаканов, притвориться мертвецки пьяным. Поспать пару часов, чтобы никто не приставал»…

— Нервничает, — возразила подруге Вика. — Не удивлюсь, если он — священник.

Я вздрогнул в который раз за вечер.

— А вы-то кто, девочки? Глядя на вас, не скажешь, что вы пришли сюда ради приключений.

— Только ради приключений! — фыркнула Оксана, тряхнув густой гривой волос. Грудь ее соблазнительно вздрогнула. — Но приключения бывают разные. Знаешь, как говорится, в бане все голые. Нам интересно наблюдать за людьми. Делать выводы. Развлекаться, глядя на то, как «неотразимые» павлины пытаются заманить нас своим ярким оперением. Хорошо подвешенным языком, накачанными мускулами, нарисованным лицом… Про усилия пластических хирургов я уж молчу…

— А сами вы, конечно, преуспевающие деловые леди, — не остался в долгу я.

Девчонки переглянулись.

— Не часто встретишь такой любопытный экземпляр, — протянула Алена. — Наблюдать ты умеешь, — добавила Вика. — Охотник встретил охотника?

— Это ты о чем? — переспросил я.

— Тоже наблюдаешь за людьми? Изучаешь нравы?

— В какой-то мере.

— Что ж, давай наблюдать вместе. Даже занятно… Мы, может быть, примем тебя в нашу компанию…

Алена глянула на подругу неодобрительно, но промолчала.

Мы выпили еще мартини, я сходил в бар за новой бутылкой. Заодно прихватил у бармена приставку к стереоцентру — чтобы можно было посмотреть новости на маленьком экране.

Девочки в мое отсутствие явно о чем-то спорили. Пусть. Даже если они догадаются, кто я такой — какое это имеет значение? Через пару часов меня здесь не будет. А до того времени не только я буду под их наблюдением, но и они под моим.

Я активировал приставку, которая мгновенно связалась с сетью через инфракрасный порт стереовизора, и начал изучать ленту новостей.

Новость об обрушении части свода в зимнем саду на Егоровском проспекте в эфир прошла. Стало быть, в штаб-квартире все в порядке. Полицию в зимний сад допустили, журналистов — тоже. Ничего интересного они там не увидели, да и увидеть не могли. В остальном столица жила мирно. Несколько грабежей, разбойное нападение, поимка взбесившегося мутанта. Все как всегда. У меня отлегло от сердца.

Интересно, а ищут ли еще меня ребята, разгромившие зимний сад, в котором так любил гулять отец Диомид? Или они продолжают плести интриги вокруг штаб-квартиры Собора? Хотя более вероятно, что их выловили и перебили. Вряд ли отец Диомид простит кому-то разгром своего любимого сада!

Хотелось бы знать точно, но даже пакетную передачу запроса по защищенному каналу через подставные серверы я осуществлять не решился. Сбросить сообщение — другое дело. Но меня ведь интересовал ответ. Волей-неволей нужно раскрыть обратный адрес. Точнее, дать возможность противнику узнать его.

От экрана приставки я оторвался тогда, когда почувствовал, что об меня трется что-то мягкое. Алена прижалась щекой к моему плечу и умоляюще сложила руки на груди. Вопрос ее прозвучал не то чтобы неожиданно, но все равно как-то странно.

— Скажи нам, кто ты такой, — попросила девушка соблазнительным шепотом. — Не пожалеешь. Вознаградим, как пожелаешь.

— Зачем вам знать? Так ли это важно?

— Мы поспорили на пятьдесят рублей, — объявила Оксана, ревниво поглядывая на подругу. — Недаром ходим в этот клуб у дороги не первый год. Научились распознавать людей без одежды. В костюме-то каждый отличит полицейского от чиновника, водителя от уборщика, банковского клерка от программиста.

— Хотя программера просто узнать и без одежды — усмехнулась Вика. — По мозоли на одном месте.

— На каком? — не удержался я.

— На заднице, — отозвалась девушка. — А ты думал, где? Ну, давай, рассказывай.

— Только в обмен на ваш рассказ о себе, — улыбнулся я.

— Вика — креативный директор рекламного агентства, — тут же выдала подругу Алена. — Оксана — ведущий менеджер крупной торговой компании. Я — практикующий психолог.

— Хобби у вас, однако, — заметил я. — Совмещаете приятное с полезным?

— Когда мы здесь занимались чем-то приятным? — хитро прищурилась Алена. — Я что-то и не припомню. Не очень часто люди интересные попадаются. Все больше представители пролетарских профессий. А с ними за жизнь поговорить хорошо, но чем другим заниматься — увольте. Я так вообще замужем… Да и Оксанка с Викой мужским вниманием не обделены.

— Угу, — кивнул я. — Ну, я тоже пролетарий. Пилот дирижабля.

— Рассказывай. У тебя даже имплантов нет.

— Заметили?

— Не заметить трудно.

— И что? Обязательно, что ли, подключаться к системе управления напрямую? Я пилот.

— Вот только обманывать не надо, — нахмурилась Вика. — Мы полагали, ты джентльмен. А ты надуваешь честных девушек. Мы тебе все о себе рассказали.

— Нуда. И даже не прочь уединиться со мной где-нибудь внизу… — хмыкнул я. Не очень хотелось обижать девчонок, но удерживать их на расстоянии было просто необходимо. — Давайте искупаемся, а потом я вам все расскажу. Подробно.

— Хорошо, — неожиданно легко согласилась Алена.

Я поднялся, чтобы идти в бассейн. Вика пошла впереди, показывая дорогу, Алена сзади. Я чувствовал спиной ее взгляд. На пороге я задержался и оглянулся, пропустив Алену вперед. И обнаружил, что Оксана не пошла с нами. Схватив взятую мной в баре приставку, она подключила ее к имплантам на руке. Даже с расстояния в десять метров мне было хорошо видно ту часть экрана, которую не скрывала пышная грудь девушки.

Оксана не подключилась к поисковому серверу, не делала запросов. А передавала информацию. Что-то настолько ценное и секретное, что нельзя было воспользоваться телефоном и видеокамерой. Или то, что нельзя описать словами — например, образ, запечатленный в сознании.

О женщины! Имя вам — вероломство!

Мне действия девушки совсем не понравились. Почему-то сразу представилось, что красивая брюнетка докладывает кому-то о встрече со мной. Передает мой образ, манеру речи, интонации. Если лицо можно изменить, отпечатки пальцев и рисунок сетчатки глаза — подделать, то комплексный анализ визуальной картинки расскажет о человеке все, как бы он ни старался измениться. А я даже не озаботился поработать над своей внешностью.

Переведя взгляд на экран большого стереовизора, я, к своему ужасу, обнаружил, что тридцать третьим[1] кадром в видеоряде клипа показывают мою фотографию с крупной подписью: разыскивается. Ниже, чуть мельче, шло: сообщить о всех подозрительных лицах.

Такое я видел в первый раз. Я имею в виду не свое фото по стереовизору, а столь осмысленную нагрузку на тридцать третий кадр. Рекламщики иногда изощрялись, вставляя в «невидимые» кадры призывы купить ту или иную марку йогурта или пива — но чтобы по общественному каналу стереовизора шла служебная информация неизвестного ведомства? По всей видимости, кодированный сигнал получала сейчас вся сеть законспирированных сотрудников тайной службы столицы. И не только столицы. Хорошо, что я в свое время просто ради забавы научился «читать» тридцать третий кадр — если, конечно, он присутствовал в передаче.

А менеджер Оксана оказалась не просто менеджером. Жаль… Она мне почти понравилась.

Девушка получила кодированный приказ и теперь торопилась исполнить его. Тем более я был не просто подозрительным лицом, а парнем с картинки. Вне всяких сомнений. Именно поэтому Оксана так спешила — программа, закодировавшая ее сознание, включила высший приоритет. Девушка не подумала даже о том, что нужно дождаться, пока я выйду из зала.

Может быть, Оксана вообще ни о чем не думала. Вполне вероятно, что сейчас работала только часть ее мозга. И симпатичная, мягкая девушка никогда не узнает, что выдала каким-то неприятным людям славного молодого человека, с которым можно было даже завести приятную интрижку.

Очень интересно, однако же, кому под силу развернуть в столице настолько широкую агентскую сеть? Да и доступ к технологиям кодирования весьма и весьма затруднен… Что ж, я отправлю отчет руководству Собора. Чуть позже. В настоящее время у меня есть конкретное задание.

— Сейчас приду, девочки, — притянув к себе Алену и поцеловав ее в щеку, я резко повернул и вышел в раздевалку.

Там я схватил в охапку свою одежду и, не одеваясь, выскочил на улицу.

— Допекли девчонки? — захохотал вслед швейцар.

— Нет, что вы. У вас здорово, — на ходу ответил я — Но у меня обнаружились важные дела. Надо ехать в Липецк. Срочно. Меня там очень ждут.

— Вот оно как…

Швейцар, казалось, мне почти поверил.

А я рысью пробежал пару кварталов, остановился возле сухой лавочки, оделся и медленно пошел по ночной улице, продолжая анализировать полученную ненароком информацию. Какова вероятность наткнуться на агента неведомой организации в случайно выбранном клубе? Все зависит от числа этих агентов. Если агент каждый десятый — вероятность весьма велика. Но не может же состоять в тайной организации двести тысяч человек? Не могут же они закодировать столько людей? Кто знает…

Если сделать более оптимистичные допущения, что агент — каждый сотый, можно спать спокойнее. Все-таки двадцать тысяч человек — это много, но терпимо. А если агент каждый тысячный, вероятностью встречи с ним вообще можно пренебречь. Моим врагам просто повезло, что я оказался в одном клубе с Оксаной. Другие девушки, кажется, не воспринимали сообщения со стереовизора. Или их тонкий план заключался в том, чтобы увести меня в бассейн, пока подруга докладывает о том, что нашла нужный объект? Нет, не верю! Они только переглядывались.

Как бы то ни было, из столицы надо убираться. На попутках. Километрах в ста можно будет воспользоваться другими средствами передвижения. А сейчас — только автомобилями, каждый из которых проверить просто нельзя.

Я вышел на обочину и поднял руку. Спустя десять минут один из мчавшихся мимо грузовых электромобилей, груженных зелеными контейнерами, остановился. Парень с интересом посмотрел на меня хмельными глазами, можно даже сказать — изучил, и радостно заявил:

— Попутчик!

Похоже, молодому человеку было очень хорошо. Даже чересчур хорошо. Он был то ли пьян, то ли под действием наркотиков. Из кабины пахло одеколоном, освежителем воздуха, жареной картошкой и спиртовыми парами. Обычный такой запах, в чем-то даже приятный…

— Куда едешь? — поинтересовался я.

— В Рязань. Груз сопровождаю.

— Возьмешь?

— А то. Конечно. Если ты еще и пива купишь…

— Насчет этого не беспокойся. Автопилот работает нормально?

— Обижаешь… Только на нем и езжу. А ты что так поздно собрался?

— С девчонкой не поладили, — ответил я, что было почти правдой.

— Ну и поехали. Подумаешь, девчонка! Женщина всегда найдется. А вот где она встретит такого парня, как ты? Залезай быстрее, а то мне лишний простой запишут. Мы лучше в дороге у палатки остановимся, пива купим.

— Хорошо, — согласился я, забираясь в теплую кабину. — Звать тебя как?

— Андрей.

— Стереовизор не смотрел в последние несколько часов, Андрей?

— Обижаешь… Я эту дрянь вообще не смотрю. Что хорошего там можно увидеть? Музыка — в убогом формате. А картинка мне лично и даром не нужна.

Словно подтверждая серьезность своих слов, парень на всю мощь врубил отличный лазерный проигрыватель. Ритм молодежной музыки неведомого мне направления заполнил все пространство салона, сделав дальнейшую беседу невозможной. Меня это устраивало.

До Рязани мы останавливались только три раза. Дважды — купить пива и один раз — чтобы запастись водкой. К утру, когда мы прибыли в древний город, Андрей совершенно не вязал лыка.

Что ж, работа экспедитора нервная, не мне судить молодого человека. Тщательно заперев его в машине, чтобы не сбежал куда в беспамятстве, я отправился по своим делам. Рязань была только первой вехой на моем пути. Мне нужно было дальше. Гораздо дальше. На юг, а потом на восток. Пока мой друг набирался спиртным под грохот своего проигрывателя, я наметил путь. Не самый короткий, но самый надежный. Тот, на котором меня будет очень трудно вычислить. Даже имея агентов в каждом городе.

От Рязани я полечу. Так будет проще, безопаснее и быстрее.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Великий поход предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Примечания

1

В стереовидении, в отличие от стандартов кинематографа, в секунду показывается не двадцать четыре, а тридцать два кадра — то есть тридцать два объемных изображения. Но эффект «двадцать пятого» кадра, невидимого глазу, но воспринимаемого подсознанием, можно воспроизвести и здесь.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я