Магазинчик на Цветочной улице

Дебби Макомбер, 2010

Лидия Хофман шестнадцать лет боролась с тяжелым недугом и победила его с помощью самоотверженной любви родных, доброты друзей и… вязания. Теперь она – удачливая владелица магазинчика пряжи «Путеводная нить» на Цветочной улице – набрала первую группу на курсы вязания. Словно волшебная нить Ариадны прочно связала не знакомых прежде женщин. Общая энергия преодоления помогает блистательной Жаклин восстановить гармонию в семье и наладить отношения с простушкой-невесткой и «неверным» супругом, неформальной боевой Аликс найти надежную пристань в житейском море, а отчаявшейся в попытке родить ребенка Кэрол – обрести чудесного сыночка. Сама Лидия под влиянием этой энергии начинает верить, что ее любовь не в прошлом, а в будущем.

Оглавление

Глава 10

ЖАКЛИН ДОНОВАН

В попытке скрыть свою нервозность Жаклин налила себе второй бокал шардоне. После первого же глотка она вошла в кухню и вынесла оттуда тарелку с закусками для своих гостей. Марта искусно разложила крекеры, смазанные мягким плавленым сыром с зеленью и украшенные крошечной креветкой. Поль позвонил в начале недели, чтобы спросить, не могли бы они с Тэмми Ли остановиться у них дома в среду вечером.

Они провели уик-энд Дня матери в Луизиане с мамой Тэмми Ли, которая, видимо, чувствовала себя не слишком хорошо. Жаклин приняла осознанное решение не обижаться.

В первый раз Поль спрашивал разрешения навестить свой родной дом, и нервы Жаклин были натянуты с момента его телефонного звонка.

— Расслабься, — сказал Ризи, следуя за ней в кухню.

— У меня дурные предчувствия, — тихо сказала Жаклин.

Она бросила взгляд на часы на микроволновке и поняла, что еще целых десять минут до того, как должны приехать ее сын с невесткой. Она поежилась от перспективы иметь «милую» беседу с Тэмми Ли и боялась, что Поль вот-вот объявит, что принял предложение о переводе в филиал в Нью-Орлеане, чтобы Тэмми Ли могла быть поближе к своей семье.

— Специально договариваться, чтобы приехать сюда, — совсем не похоже на Поля.

— Просто он становится внимательным. — Ризи обошел стойку и уселся на табурет. — Разве вязание не успокаивает тебе нервы?

— Это совсем другое, — огрызнулась Жаклин. — Я бросаю эти смехотворные курсы.

От горячности такого заявления он запрокинул голову.

— Что это на тебя нашло?

— У меня есть причины.

Ей не нравилось смотреть Ризи в лицо, как будто бы он в ней разочаровался. Но ведь это не он конфликтует с этой дурно воспитанной панк-рокершей, или как там сегодня эти люди называют себя. «Аликс через «и» похожа на члена банды. Девушка пугала ее.

— Почему это тебя заботит то, что я делаю? — Жаклин облокотилась о стойку напротив мужа.

— На прошлой неделе ты казалась такой оживленной, — заметил он мягко. — Я думал, это был жест примирения с твоей стороны. И ты записалась на курсы, чтобы показать Полю, что собираешься стать хорошей бабушкой.

— Я и так намерена стать замечательной бабушкой. Бога ради, какие шансы могут быть у ребенка Тэмми Ли? Она его вырастит, обучая, как мариновать свиные ножки.

При этой мысли ее бросило в дрожь.

— Ну же, Жаклин…

— На самом деле это ты во всем виноват!

— Я? — Ризи выпрямился, и на мгновение пока залось, что он вот-вот расхохочется. — Ты обвиняешь меня? В чем же?

— В том, что я… записалась на эти ужасные курсы вязания.

Он нахмурился:

— Лучше расскажи мне, что происходит.

— На курсах есть одна молодая женщина. Представить не могу, почему она захотела научиться вязать, но это не важно. Она просто отвратительна, Ризи. Это единственное слово, которое я могу подобрать, чтобы описать ее. Волосы у нее какого-то нелепого алого оттенка, и она сразу же невзлюбила меня, когда узнала, что ты отвечаешь за происходящее в районе Цветочной улицы.

Ризи потянулся за вином.

— Большинство одобряет реконструкцию.

— Аликс живет в многоквартирном доме в конце улицы.

Насколько Жаклин могла судить, это была настоящая крысиная нора. Если дом предназначен к сносу, тем лучше. Аликс и ей подобные будут вынуждены искать дешевое жилье в другом месте. Подобным девушкам нет места в престижном районе, в который вскоре войдет и Цветочная улица.

— Ага… — пробурчал Ризи и отхлебнул вина, — теперь понимаю.

— И что планируется для этого здания? — спросила Жаклин.

— Еще не решено. — Ризи осторожно покрутил свой бокал с вином. — Город ведет переговоры с владельцем. Моя идея состояла в полной переделке этого места под кооперативный район, но, похоже, некоторые защитники дешевого жилья достучались до мэра.

— Вот неудача! Эти обитатели дешевого жилья разрушат весь район. Ты вполне можешь распрощаться со своим тяжким трудом.

Она терпеть не могла казаться пессимисткой, но если Аликс является показателем социального уровня живущих в этом здании, тогда вся улица рискует.

— Может быть, ты дашь еще один шанс своим курсам вязания? — предложил Ризи, проигнорировав ее выступление.

Правда состояла в том, что Жаклин хотела продолжать. Она совсем не находила курсы «ужасными», это было преувеличение ради Ризи. Если не считать стычки с Аликс, урок ей понравился. Лидия велела им походить по магазинчику и выбрать три мотка шерсти своих любимых расцветок. Тогда это могло показаться бесполезным упражнением. Жаклин выбрала блестящий серебряный, насыщенный алый и пронзительно красный.

Следующим заданием Лидии было выбрать шерсть цветов, которые Жаклин меньше всего нравятся. Та сразу же подошла к ярко-желтому мотку, этот цвет ей совсем не нравился. Лидия рассказала о контрастных цветах и показала, как они дополняют друг друга. И в самом деле, желтый выглядел совершенно другим на фоне алого, и, как сказала Лидия, контраст был на удивление действенным.

Она узнала, что вязание начинается с выбора текстуры и цвета пряжи, чего она прежде не принимала во внимание. Жаклин ушла с урока с осознанием того, что узнала гораздо больше, чем основные петли для вязания. Однако этого было мало, чтобы унять ее беспокойство в отношении Аликс.

— Я могу начать посещать следующий курс для начинающих позже, летом, — буркнула Жаклин, все еще не определившись, что делать.

Она заплатила за полный шестинедельный курс, и ей ненавистна мысль о том, что какая-то хулиганка выживает ее своими плохими манерами.

Зазвонил дверной звонок, и Жаклин почувствовала, как напряжение поползло вверх по позвоночнику. Пока Ризи открывал дверь, она выдавила из себя улыбку и двинулась в гостиную, сжав руки перед собой. Она выжидала, пока Ризи поздоровается с Полем и Тэмми Ли в прихожей.

— Как здорово увидеться с вами обоими, — промурлыкала Жаклин, протягивая руки к Тэмми Ли и своему сыну, когда молодые вошли в комнату.

Она быстро обняла невестку и испачкала щеку Поля своей помадой. Теперь, когда Жаклин знала, что Тэмми Ли беременна, она удивлялась, почему не догадывалась об этом раньше. Ее невестка определенно ведет себя достаточно демонстративно, чтобы ограничиться лишь блузой для беременных.

Поль и Тэмми Ли уселись на диване так близко, что касались друг друга плечами. Они держались за руки, словно хотели показать всем: ничто не сможет их разлучить.

Пока Ризи наливал Полю бокал вина, Жаклин внесла блюдо с закусками. Тэмми Ли улыбнулась Жаклин.

— Я люблю креветки, но, как только забеременела, просто с ума от них схожу, — сказала она, слегка гнусавя. — Спросите Поля. Думаю, его уже должно тошнить от креветок, но он никогда не жалуется.

Она любовно посмотрела на мужа, беря салфеточку и два крекера.

Поль бросил на жену взгляд полный любви и гордости, и Жаклин пришлось приложить все усилия, чтобы сохранять спокойствие. Она не могла понять, что ее сын нашел в этой девушке.

— Что предложить вам из напитков? — спросил Ризи у Тэмми Ли, когда принес Полю его бокал с вином.

— Как мило с вашей стороны, что вы об этом спросили, но ничего не надо, спасибо.

«Если и есть за что быть благодарным, — размышляла Жаклин, — так это то, что Тэмми Ли, по всей видимости, заботится о себе во время беременности. По крайней мере, у нее для этого достаточно здравого смысла».

Ризи и Жаклин сидели напротив молодых в кожаных креслах. Их разделял полированный приставной столик красного дерева. Они так редко пользовались гостиной, что спустя пять лет после покупки кресла все еще пахли новой кожей.

— Думаю, мы должны им сказать, — прошептала Тэмми Ли Полю.

Поль кивнул и сжал ей руку.

— Тэмми Ли сегодня днем прошла ультразвуковое обследование, и, кажется, у нас будет девочка. — Он улыбнулся. — Иногда этого нельзя сказать наверняка, но наш врач совершенно уверен, что это девочка.

— Девочка, — повторил Ризи, и в его голосе звучало счастье. Он встал и похлопал Поля по спине. — Ты слышала, Джеки? Наконец-то у нас будет девочка!

Жаклин почувствовала, что у нее онемели руки.

— Внучка, — поправила она его, когда странное покалывание распространилось по ее рукам. О, как когда-то она хотела дочку!

— Мы еще не выбирали имена, — поспешила добавить Тэмми Ли тихим гнусавым голосом. Создавалось такое впечатление, словно она говорит под водой.

— Мы только сегодня днем решили, что хотим узнать пол малыша. Вы первые, кому мы об этом сказали.

— Мы с твоей матерью всегда надеялись иметь маленькую девочку, — признался Ризи, вторя мыслям Жаклин.

— Это… это просто замечательно, — наконец вымолвила Жаклин.

— Мы решили, что нам следует сказать вам, мам, — Поль в первый раз обратил на нее внимание, — чтобы ты знала, какого цвета пряжу выбрать для детского одеяльца.

— Миссис Донован, поверьте, когда Поль сказал мне, что вы вяжете одеяльце для нашего малыша, это согрело мою душу. Вы все так добры ко мне!

Она положила обе руки на свой живот и вздохнула.

Гнусавый выговор Тэмми Ли заставил Жаклин стиснуть зубы. Некоторые могут находить его приятным, но для Жаклин он говорил о необразованности его обладательницы. Об отсутствии утонченности.

— Есть еще одна новость, — сказал Поль, подвигаясь к краю диванной подушки.

— Еще одна? — переспросил Ризи. — Только не говорите, что у вас будут близнецы.

— Ничего подобного. — Поль издал короткий смешок.

Тэмми Ли широко улыбнулась мужу.

— Близнецы! Я так нервничаю с одним ребенком, даже и представить не могу, что было бы, если бы у меня было два малыша.

Поль с женой обменялись такими ласковыми взглядами, что Жаклин отвела взгляд. Надежда, что ее сын сожалеет о своей женитьбе, скоропостижно умерла.

— Итак, какая же эта ваша вторая новость? — спросил Ризи.

Лицо Поля просияло.

— На прошлой неделе я узнал, что нас с Тэмми Ли приняли в члены загородного клуба Сиэтла.

Клуб, членами которого были Жаклин и Ризи, считался самым престижным в этом районе. Ежегодно членство ограничивалось всего несколькими местами. Само собой разумеется, принимали людей только определенного круга. Первой мыслью Жаклин, когда ей представили Тэмми Ли, была та, что Поль лишился всех шансов когда-нибудь вступить в члены загородного клуба.

— Я так довольна, — сказала Жаклин, старательно изображая улыбку.

По-видимому, продолжительная и неуместная дискуссия Тэмми Ли о южной кухне не нанесла столь уж разрушительного ущерба, как она сочла прежде.

— Меня пригласили работать в комитете по составлению поваренной книги, — заливалась Тэмми Ли, словно это было величайшим счастьем всей ее жизни. — Не могу сосчитать, сколько раз меня просили поделиться любимыми рецептами моей мамы, тети Тельмы и тети Фриды.

— Рецептами чего? — не сдержалась Жаклин и выпалила вопрос прежде, чем успела сказать себе «стоп».

— В основном люди хотят знать о собачьих галетах. Несколько дам уже спрашивали меня об этом.

— Собачьих галетах?

— Это похоже на хлеб из кукурузы, мама, — вставил Поль.

— Я знаю, что это такое, — произнесла она сквозь зубы.

— Поль просто обожает мои собачьи галеты, — прогнусавила Тэмми Ли, горя желанием продолжить разговор. — Моя мама рассказывала, что их назвали так, потому что охотники бросали собакам остатки кукурузных лепешек, чтобы те тихо вели себя по ночам.

— И именно этот рецепт вы собираетесь представить для поваренной книги загородного клуба Сиэтла? — Жаклин была убеждена, что больше никогда не сможет показаться на публике.

— Угу, и еще я попросила у мамы рецепт брансвикского жаркого, который ей передала моя бабушка. Это самое любимое блюдо моего папы. Бабушка росла в Джорджии, а потом вышла замуж и переехала в Теннесси. Мне было почти восемнадцать, когда мы переехали в Луизиану, поэтому на самом деле я считаю себя блюграсс гёрл[4].

— Брансвикское жаркое, — повторила Жаклин. «По крайней мере, хоть звучит презентабельно».

— Это южный вариант чили. Мама всегда подает его, когда у нас барбекю. У мамы есть оригинальный бабушкин рецепт, но мне нужно его слегка изменить. Теперь все кладут свинину или цыпленка вместо опоссума или белки.

Еще одно слово этой женщины, и Жаклин опасалась, что упадет в обморок.

— Надеюсь, ты дашь им свой рецепт жаркого из окры, — сказал Поль, словно никогда в жизни не пробовал ничего вкуснее. — Вы не поверите, что Тэмми Ли делает из плодов окры. Клянусь, у меня такое ощущение, словно я умер и попал на небеса.

Единственный раз в жизни Жаклин видела этот вязкий зеленый плод. Он оказался в каком-то супе. Жаклин никогда не пробовала его прежде, но, выловив из суповой миски, отказалась его есть из-за густой слизи, капающей с ложки. Жаклин чуть было не подавилась только при одном его виде, а теперь сын говорит ей, что наслаждается этим отвратительным плодом.

— У меня есть еще рецепт пирога с орехом пекан, любимого пирога нашей семьи, и я буду счастлива им поделиться.

— Думаю, что нас приняли в члены загородного клуба только из-за кулинарных талантов Тэмми Ли.

Жаклин пришлось закусить губу, чтобы удержаться и не напомнить Полю, что она вот уже несколько лет добровольно участвует в деятельности клуба. Ее благотворительные проекты одни из самых удачных кампаний по сбору средств в загородном клубе. Имя Ризи тоже обладает определенным весом, но, очевидно, их сын не принимает в расчет давний вклад своих родителей. Но нет, он решил, что двери в клуб им открыло кулинарное искусство Тэмми Ли — подумать только, тушеное мясо убитой белки!

— Похоже, вы переполнены хорошими новостями, — сказал Ризи, широко улыбаясь, выражая своей улыбкой восхищение.

— Да, — согласилась Жаклин, делая попытку выглядеть столь же довольной. Она старалась, сильно старалась, но это было очень нелегко.

— Я заявляю, что не знаю пары счастливее нас с Полем, — протянула Тэмми Ли. — Поверить не могу, что мужчина так может любить женщину, как Поль любит меня, особенно с тех пор, как мы узнали о ребенке.

— Мы безмерно счастливы считать вас членом своей семьи, — сказал Ризи.

— Я чувствую вашу любовь, — сказала Тэмми Ли, глядя на Ризи. — И у меня не хватает слов, чтобы отблагодарить за такой теплый прием.

Поль встретился взглядом с Жаклин. Он понимал, что она чувствует. Она могла обмануть Тэмми Ли, но сын знал ее слишком хорошо. До сих пор Поль защищал свою юную жену от ее неодобрения. Одно время мать и сын были особенно близки, но с появлением Тэмми Ли эта связь фактически исчезла.

В этот момент Жаклин увидела вызов во взгляде сына. Она поняла, что, если хоть одним словом обидит Тэмми Ли, он никогда ей этого не простит.

Примечания

4

По аналогии с «Блюграсс Бойз» — ансамблем, играющим музыку в стиле блюграсс — вариант народной американской музыки.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я