Глава 5
— Ну да, — согласился незваный гость, — он школьник. Обучается на дому из-за болезни.
— В вещах того, кто лежал без сознания в сарае, нашли удостоверение на имя Евгения Иосифовича Колымагина, частного детектива агентства «Брум», — отчеканил Леонид.
Дегтярев стукнул кулаком по столу.
— Колымагин! Что он делал на нашем участке? Как попал в Ложкино?
— Ты его знаешь? — удивилась я.
— А то нет! — разозлился полковник. — Сын Йоси, отличного мужика, жаль, он умер. Незадолго до кончины Иосиф попросил меня:
— Точно знаю, что у тебя есть стажерская ставка. Возьми Евгения, не хочет сын по моим стопам пойти. Видишь ли, по его мнению, адвокат — скучная профессия. Хорошо хоть недотепа юрфак окончил. Взбрело в голову Женьке детективом стать. Оформи идиота временно практикантом и отправь его из реки трехнедельного покойника выуживать. Потом пусть в морге около патологоанатома постоит, послушает его умные речи да в обморок грохнется. Может, тогда поймет, что в дорогом костюме в теплом здании суда сидеть намного приятнее, чем на ветру у водоема не один час трястись. Чтение бумаг с описанием преступлений клиента не самое приятное занятие, но все же это лучше, чем нюхать «аромат» в секционной и лицезреть труп на столе из нержавейки.
Александр Михайлович потер затылок.
— Ну я его и взял. Лора, жена Йоси, всем друзьям правду рассказала: мужу осталось несколько месяцев, он об этом не знает, вы уж, ребята, постарайтесь Иосифу что-нибудь приятное сделать.
— Ты его за утопленником отправил? — полюбопытствовал Николай. — Что-то я Колымагина у нас не припоминаю.
— Ты как раз в отпуск ушел, — усмехнулся Дегтярев. — Евгений десять дней проработал и уволился. На реку он не ездил, не представился случай. Я за короткий срок успел понять, что сынок Колымагина капризный, избалованный тип, с утра начинал ныть: «Я творческий человек, не приспособлен к тупому ремеслу. Почему я должен обзванивать каких-то людей? Неужели для этой идиотской работы дураков без образования не найдется?» Ну, все ему не нравилось, даже кофе в буфете.
— Он там реально мерзкий, — заметил Олег.
— Замолчи, — велел Александр Михайлович, — не в кофе дело. Ушел он, и слава богу. Йося очень доволен был. И что? Теперь Женька детектив? «Брум»? Ну и название! Смехота.
Я опустила глаза. Человек, который решил зарегистрировать детективное агентство «Нюх», но перепутал клавиши, напечатал «Тюх», не заметил ошибки, получил документы, разозлился на всех, кроме себя, и теперь говорит, что он владелец «Плаза Тюх», не имеет никакого морального права издеваться над названием «Брум».
— Зачем он залез в наш сарай? Как он туда попал? — повторил уже ранее заданные вопросы Дегтярев.
Кирилл вскочил.
— А где мой сын?
— У нас его нет, — ответила я.
— Мы с женой познакомились в загсе, — вдруг произнес Кирилл. — Оба намеревались получить свидетельства о смерти. Я пришел с маленьким Веней, мог сыну няню нанять, но тот не хотел ни с кем оставаться, требовал:
— Пусть мама скорей вернется.
Я побоялся сообщить малышу правду, не сказал: «Мама умерла, ты никогда больше ее не увидишь». Соврал, что она в командировке, думал, что у детей такого возраста память короткая, скоро забудет маму. Но Веня каждое утро начинал с вопроса:
— Она приехала?
Одного малыша я дома не мог оставить, в сад он ходить категорически отказался, всех нянь, которых я приводил, вон гнал, кричал: «Верните мою маму». Поэтому он со мной везде ездил. А что делать? И в загс мы вместе пришли. Я обрадовался, что очереди нет, одна женщина только. Хотел ее попросить нас вперед пропустить. Да она меня опередила, мило так сказала:
— Молодой человек, я никуда не тороплюсь. Через десять минут инспектор после обеда вернется, идите первым. Вы с ребенком.
Веня посмотрел на нее и как закричит:
— Мамочка!
И бросился незнакомке на шею, обнимает ее, плачет, спрашивает:
— Почему ты так долго домой не возвращалась? Мне без тебя плохо!
Дама его обняла, к себе прижала, глядит на меня. Я достал из портфеля ручку, блокнот, написал: «Жена умерла. Веня не знает, думает, что она в командировке». И показал ей.
У женщины слезы из глаз градом. А я вдруг понял: лицом она на Асю смахивает, прическа точь-в-точь как у покойной жены, очки такие же. Платье, жакет, сумка — все серо-голубого цвета, любимого покойной супругой. И ярко-красная губная помада, Ася ее обожала, всегда перед выходом из дома ею пользовалась, говорила: «Без этой помады я как голая».
Сотрудница загса кабинет открыла, я ребенка попытался от незнакомки оторвать. Тот в рев: «Не уйду от мамы». Так втроем в комнату и вошли. Я ее имя узнал — Вера Михайловна Губарева. Оказалось, у нее муж скончался. Вышли мы на улицу. Веня строго так спросил:
— Ты точно моя мама? Вроде она, а вроде и не похожа!
Вера его обняла.
— Понимаешь, заболела я, не заразно. Пришлось лекарства пить, из-за них внешность слегка изменилась. Жить пока с тобой и с папой я не могу, врач не разрешает, но буду приезжать.
Малыш опять бросился к ней на шею.
— Платье, как у мамы, голос, как у мамы, пахнет, как мама, она моя мама.
И что тут делать? Через два месяца мы поженились. Веня перестал сомневаться, всем говорил: мама из командировки вернулась. И мы очень хорошо жили вместе, это были безоблачные счастливые годы. А потом…
Кирилл отвернулся к окну.
— Я никогда никому не рассказывал, как умерла Ася. Но, поверьте, это было страшное время. Больницы, врачи, сначала надежда, потом отчаяние, опять надежда. Недуг стартовал во время ее второй беременности. Родилась Олеся, а жена быстро ушла. Веня, как я уже говорил, страшно переживал. Олеся ничего не понимала, ей на момент смерти мамы было два месяца всего. Девочка на три года младше брата. Потом в моей жизни появилась Вера. Я, наивный, решил, что все страшное позади. Ан нет. Через несколько лет у Вени обнаружилась тотальная аллергия. Мальчик скудно питается, и мы постоянно живем в ожидании неприятных сюрпризов. Вот вам пример: много лет Веня пил яблочный компот, и проблем не было. А в ноябре мальчик им в очередной раз полакомился и чуть не умер. Хорошо, что дома все лекарства имеются. Вот и гадай теперь, в чем причина? Яблоки плохие? Вода не та? Понимаете?
Я кивнула. Кирилл заметил мое движение головой и налетел на меня:
— Ничего вам не ясно. Мальчика сейчас нет дома. Он устал от уколов, лечения. Я его понимаю, но лекарства нельзя отменить. Парнишка сбежал, где-то спрятался. Определенно захочет есть, пить, пойти в туалет. Что случится, если неразумный подросток…
Кирилл задохнулся и замолчал.
— Мои слова вас не успокоят, — неожиданно сочувственно произнес Дегтярев, — но если вы ответите на кое-какие вопросы, мы постараемся побыстрее найти Вениамина. Леня! Позвони куда надо.
Патологоанатом кивнул и вышел.
— Вы вообще кто? — устало спросил гость.
— Полковник Александр Михайлович Дегтярев, — представила я толстяка, — владелец детективного агентства «Плаза Тюх». До того как открыть собственное дело, он много лет работал на руководящих должностях в полиции.
— Вы на самом деле можете отыскать Веню? — оживился Кирилл.
Вместо Дегтярева ответила опять я:
— Очень постараемся. Давайте пройдем в наш офис.
Сосед встал.
— Хорошо, только мне надо вернуться домой за машиной.
Полковник остановил нашего соседа.
— Никуда ехать не потребуется. Служебное помещение расположено в небольшом доме, который находится на этом же участке. Дарья, позови Собачкина и Кузю.
И тут в комнату вернулся Леня. Дегтярев взглянул на него.
— Нет, — ответил патологоанатом, а заодно и эксперт нашего детективного агентства.
— Что означает «нет»? — занервничал Кирилл. — С Веней беда? Его нет?
— На данный момент ни в морги, ни в больницы не поступал подросток шестнадцати лет, которого подобрали на улице, в общественном месте или еще где-либо, — объяснил полковник.
— А также за последние сутки в столице не зарегистрировано ни одного происшествия с участием подростков, — дополнил Леня, — под машины они не попадали, на рельсы в метро не падали. С большой долей вероятности ваш сын жив.
Николай вздохнул, и я поняла, о чем он думает. Отнюдь не все смертельные случаи регистрируются официально. Преступник может привести подростка к себе домой, запереть его. Кто тогда узнает, где ребенок? В полицейские сводки его имя сразу не попадет, и окажется там только после заявления родителей о пропаже паренька.
— Отличная новость! — слишком радостно воскликнул полковник. — Идем в офис.
