9-й день недели

Дальний

Журналист и полицейский снова в центре противостояния двух могущественных сил. На этот раз поле битвы – политическая арена. Политический триллер «9-й день недели» – продолжение фэнтези «8-й день недели». Книга содержит нецензурную брань.

Оглавление

Глава 5

— Доброе утро. Старший лейтенант Николаев. Как самочувствие?

Ещё до того, как ДПСник взмахнул полосатым жезлом, приглашая остановиться, мужчина в белой бейсболке и светло-жёлтой футболке почуял неладное. Из всего разношёрстного потока полицейский выбрал самую неприметную машину, которых пруд пруди — его серебристый «Солярис». Мужчина включил поворотник, свернул на обочину и плавно нажал на тормоз. До цели оставалось каких-то двадцать-тридцать минут езды плюс поправка на пробки.

Страх вернулся. Незваным гостем распахнул дверь сознания. Ладони вспотели и предательски дрожат. В зеркале заднего вида видно, как неспешно приближается страж порядка. Первый порыв — не дожидаясь подхода полицейского, выйти из машины с документами. Через секунду идея оказалась отвергнутой, поскольку такое поведение наверняка покажется подозрительным. Остаётся ждать. Достать документы и страховку, и ждать.

Полицейский, на вид которому лет двадцать пять, бегло пошарил глазами в салоне, благо отсутствие тонировки позволяет это сделать. Вместо ответа мужчина протянул документы. Пока ДПСник внимательно их изучал, мужчина внимательно рассматривал самого стража порядка: рослого, широкоплечего и всего в веснушках.

— Валентин Павлович, ничего не употребляли накануне?

От волнения мужчина сглотнул. Размеренное повествование жизни в потоке оказалось грубо прервано человеком в форме. Рыжий веснушчатый юнец с полосатым жезлом и ощущением собственного всевластия наглым образом вторгся в его личное пространство. И не просто вторгся, а прошёлся с грязными ногами и развалился на любимом диване. К страху, сначала неуверенно и неловко, затем громче и напористее, подмешалось ещё одно чувство: желание убить наглеца. Мужчина в светло-жёлтой футболке может это сделать по счёту раз. Голыми руками. Он вообще может сделать с этим зарвавшимся юнцом всё, что угодно. Но нельзя, нельзя. Пойти на поводу у внезапно возникшего желания означает подвергнуть опасности осуществление миссии. А миссия, цель — превыше всего. Поэтому важно собрать волю в кулак и не позволить открыть багажник. Мужчина ответил, насколько возможно, спокойно и уверенно:

— У меня язва желудка, молодой человек. Мне вообще пить нельзя.

Старший лейтенант Николаев на мгновение сощурился, оценивая услышанное. Распрямился и постучал «правами» по ладони.

— Сожалею, Валентин Павлович. — Он улыбнулся. — Вот муж моей сестры тоже мучился язвой. Так ведь и не пил отродясь. А здоровье вона как повернулось. Кто-то цистернами глушит, и хоть бы хны. А другой трезвенник, да занедужит.

— Жизнь — несправедливая штука. — Философски изрёк мужчина и сразу же об этом пожалел, поскольку ДПСник оказался настроен поговорить.

— Вы правда так считаете? — И, не дожидаясь ответа, продолжил. — Вот муж моей сестры, царство ему небесное, частенько её поколачивал зазря. И ведь не пил, не курил и вообще вёл здоровый образ жизни. Просто дури в нём водилось в избытке. И ведь не скажешь слова поперёк. Был такой детина, что лучше сделать вид, что не расслышал. На этом скверном характере, видать, язву и нажил. Уж не представляю, как сестрица моя с ним дальше бы жила, да помер он от остановки сердца. Просто так, неожиданно. Ходит-ходит, потом остановился и каак рухнет. Не помогли ни здоровый образ жизни, ни приехавшая «скорая». Сестра вздохнула свободно. Я очень рад. А вы, Валентин Павлович, говорите жизнь несправедлива. — И, вздохнув, вернул документы.

Мужчина даже предположить не мог, что полицейский окажется настолько болтливым и надоедливым. Во всяком случае, лучше пусть трындит, чем шмонает машину. Неторопливо, нарочито спокойно убрал документы в бардачок. Следующую фразу, произнесённую полицейским, прекрасно расслышал, но изо всех сил захотел, чтобы она лишь послышалась. Что?

— Валентин Павлович, а давайте посмотрим багажник. — Безмятежно изрёк полицейский и, не дожидаясь реакции водителя, направился к багажнику. Человек в светло-жёлтой футболке прекрасно знает, что следовать букве закона — значит составить протокол и пригласить свидетелей. Что не только займёт время обоих, но и гарантированно осложнит выполнение задачи. Если не воспрепятствует вообще. А это неприемлемо.

Мужчина внутренне сжался и… страх растаял. По венам растекалось умиротворяющее тепло, руки теперь не дрожали. Ловким движением вытащил из-под водительского сиденья охотничий нож… и спрятал обратно. Надо всегда оставлять себе шанс. Неизвестно, как сложатся события. С ножом удобнее и быстрее, но он не оставляет обратной дороги.

— Еду на дачу. — Мужчина кивнул на аккуратно разостланную спецовку цвета хаки, армейские ботинки и надёжно прикреплённую к боковине бутыль с прозрачной, чуть желтоватой жидкостью.

— Так дачи в другой стороне, — паренёк покачал головой, показывая жезлом в обратном направлении.

— Сначала надо забрать сестру с племянником. — Не моргнув глазом, нашёлся мужчина. — Попросили вытащить их на природу.

— Аа, понимаю. — Сначала протянул веснушчатый, затем недоверчиво покосился на бутыль с бензином. — А сивуха зачем? Говорили же, что не пьёте.

— Так это мужикам. — Мужчина пожал плечами. — Как ни крути, верно говорят, что самогон — это жидкая валюта.

— Каким мужикам? — ДПСник положил лапищу на пробку бутыли и так внимательно её осматривал, словно видит впервые.

Мужчина сжал кулаки и стиснул челюсти. Подобного придурка вижу впервые. И где таких набирают? Стоя за спиной полицейского, мысленно представил, как бьёт по почкам и, стянув бедолагу на асфальт, одним движением сворачивает толстую веснушчатую шею. Несмотря на дикое желание атаковать, прекрасно отдаёт себе отчёт в том, что это самое глупое и бессмысленное, что сейчас можно сделать. Пожалуй, хуже только получить пулю. Остаётся только следить за ситуацией и надеяться на лучшее. Это самое сложное, поскольку он привык не ждать, а действовать.

Пытаясь хоть немного расслабиться, мужчина поправил бейсболку и огляделся. Транспортный поток неторопливо плывёт мимо них. Водители и пассажиры с ленивым любопытством взирают на серебристый «Солярис» с открытым багажником и деловито копошащимся в нём полицейским. А водитель, крепкий мужчина в шортах, футболке и бейсболке, стоит рядом и хмуро смотрит вдаль. Вот полицейский, высокий рыжий здоровяк, вылез из багажника и обратился к мужчине. А тот, кажется, совсем его не замечает.

— Что, простите? — Мужчина задумался и не расслышал обращения.

— Я говорю, что за мужики, которым вы везёте сивуху? — Повторил паренёк.

— Строители. — Мужчина снял бейсболку и сощурился от солнца. Ощущение теряемого времени выжигает изнутри. — У меня на даче работает бригада строителей. Возводят дом. Здоровенные такие деревенские мужики. Хорошо работают и уважают хороший отдых после работы.

Паренёк на несколько секунд задумался, затем глубокомысленно изрёк:

— Получается, это уже реализация самогона.

— Ну что вы, что вы. — Мужчина почувствовал, как холодная капля пота потекла между лопаток. — Просто застолье, не более того.

ДПСник, кажется устал. То ли от солнца, то ли от затянувшегося общения.

— Счастливого пути.

Видимо, хотел сказать что-то ещё, но передумал и махнул рукой.

— И тебе не хворать. — Даже глядя на широкую удаляющуюся спину в форме, мужчина никак не мог избавиться от ощущения тяжести.

Как в глубоком сне, захлопнул багажник, завёл мотор и влился в поток. Через час серебристый «Солярис» замер на парковке перед деловым центром, а мужчина долго смотрел на аккуратную вывеску «9-й день недели. Журнал». Наконец, решительно выдохнул и похрустел костяшками пальцев. Время действовать. Неторопливо вышел, открыл багажник и взвалил на плечо бутыль с жидкостью. Обычный офисный центр, обычная машина, обычный разносчик воды. Направляясь ко входу, не переставал думать о том, как же хорошо, что ДПСник сразу повёлся на бутыль с «самогоном», и не догадался заглянуть под разостланную спецовку. Ведь под ней чехол со снайперской винтовкой ВСК-94.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я